Заячье сердце (СИ) - Ветер Полина - Страница 5

— Он там? — Спрашиваю, просто чтобы убедиться.

— Конечно, принцесса! Я по тебе соскучился, сил нет, но превыше всего наша миссия!

Ну что за придурок?

— Я вот по тебе не скучала… — Бурчу себе под нос, роясь в шкафу.

Ну и что я должна напялить на эту вечеринку?

Не будем изобретать велосипед, джинсы и толстовка отлично подойдут.

Выскочка не собирается отворачиваться или уходить, судя по наглой ухмылочке, поэтому переодеваюсь в ванной.

Он поднимается, видя меня, сующую телефон в задний карман джинсов, подходит ближе, осматривает.

— Ладно, сегодня мы его не соблазнять идём. — Выдаёт свой вердикт. Вот, падла! — Для первого близкого знакомства вполне прокатит. Только волосы распусти. Там вечеринка, детка. А не пара Акулины.

Димка сам стягивает с пучка на моей голове резинку, распуская локоны по плечам, а я замираю, почему-то. Слишком близко он стоит и дышит мне в лоб.

Трясу головой, сбрасывая наваждение, и быстро иду к выходу. Не хватало ещё таких тупых ситуаций мне для полного счастья.

Сергеич — общий друг Выскочки и Вани, зовут которого Миша, но все привыкли обращаться к нему по отчеству, даже не знаю, откуда это повелось.

Видела его пару раз, но лично не знакома.

Мы доезжаем до его дома на такси, слава богу, без происшествий.

— Ооо, Димыч, заходи! — Рычит хозяин квартиры, пропуская нас внутрь. — А это кто тут у нас?

Действительно. Я поворачиваю голову к Выскочке. Кем же ты меня представишь?

— Знакомьтесь: Алина. Дочь моих хороших знакомых. Вывожу в свет, так сказать… — Ухмыляется, говнюк.

— Очень приятно… Михаил. — Протягивает руку, показушно кланяется, пожимая мою ладонь, я улыбаюсь, что мне ещё остаётся…

Мы проходим вглубь квартиры. В большой просторной комнате играет музыка, вместо света — огоньки, как на дискотеке. Несколько человек танцуют, кто-то сидит, попивая спиртное из пластиковых стаканов.

Мне подсовывают один из них. Димка.

— Расслабься немного. А то в обморок упадешь.

— Скажу своим родителям, что ты на меня плохо влияешь. — Огрызаюсь с гаденькой ухмылочкой.

— Ничего с тобой плохого не случится. Я проконтролирую.

— Себя проконтролируй, надзиратель…

Выскочку перехватывают какие-то парни, он обещает подойти ко мне позже, и я остаюсь одна среди толпы.

Ненавижу это дурацкое чувство, когда не знаешь, куда себя деть. Стоишь — руки мешают, ноги ватные и язык разучился общаться. Может, я интроверт? Это сейчас модно…

Отпиваю из стакана. Не то, чтобы я ярая трезвенница, но с алкоголем стараюсь осторожней. Жидкость по вкусу напоминает дешёвое игристое вино. Видимо, это оно и есть. Катька как-то притаскивала бутылку похожей бурды.

— Я тебя уже видел… — Раздаётся над ухом.

Вздрагиваю.

Поворачиваю голову.

Всё.

Несите нашатырь!

Я падаю в обморок, который Выскочка предрекал…

За моей спиной стоит сам Корзун.

Глава 6

— Я тоже тебя видела… — Отлепляю язык от нёба.

На моё лицо выплывает «улыбочка олигофрена» и чувствую, как его здорово перекосило.

Ну класс, Зайцева…

Столько готовилась к этой встрече, а сейчас растерялась, как школьница!

Возьми себя в руки уже, не стой столбом!

Ваня улыбается в ответ, демонстрируя ямочки (ой, угомоните кто-нибудь меня… сейчас умру от ми-ми-мишности!).

— Ты одна здесь или с кем-то? — Бросает странный взгляд в сторону кухни, я подозреваю, что Выскочка там.

Он действительно подумал, что я могла прийти сюда одна?

Ну, даже я не настолько смелая…

— С братом. — Почему-то вру я. Какого хрена несу вообще? — А ты?

— С друзьями.

Браво, Алина! Логично.

Чувствую дрожь в коленках. И просто улыбаюсь, как дебильная, уничтожая жидкость из стакана.

Это провал, Зайцева.

Просто провал.

— Здесь шумно, тебе не кажется? — Говорит он практически мне в ухо. Ещё немного таких движений, и «отдавать Крючковскому будет нечего»…

Понятия не имею, что это такое, но я бы назвала своё состояние «предоргазмическим»…

— Да, согласна… — Выдыхаю.

— Не хочешь на балкон выйти? Подышим…

Он позвал меня на балкон? Я сплю? Это параллельная вселенная? Виртуальная реальность?

— Хочу…

Ноги совсем меня не слушаются. Я забываю, как ходить, дышать, быть…

Мой кумир обратил на меня внимание! Просто невероятно!

Мы проходим через душную комнату и оказываемся на довольно просторной лоджии, окна которой раскрыты настежь.

Тут темно и до жути романтично! Особенно лай собак и бомж, копошащийся у мусорных баков…

Я в восторге.

— Не люблю эти шумные вечеринки… — Говорит Ваня, облокачиваясь на подоконник.

Он смотрит куда-то вдаль, придавая своей фигуре загадочный вид, а я одёргиваю себя, чтоб не пялиться на него, как маньячка.

— Зачем тогда ходишь?

Поворачивает голову, смотрит на меня.

— В основном, чтобы поддержать компанию. Расслабиться после игры. Иногда, правда, находится что-то интересное… или, скорее, «кто-то»…

Повисает минута молчания.

Это он что… обо мне сейчас?

Надо высунуть голову в окно. Пусть проветрится…

— Кстати, мы так и не познакомились. — Выпрямляется и протягивает мне руку. — Я Иван.

Чуть не выпаливаю: «Я знаю, господи! У меня весь дневник твоим именем исписан!».

Удаётся каким-то чудом взять себя в руки и пролепетать в ответ:

— Алина.

Он сжимает мою ладонь, обволакивая её своим теплом.

Кажется, я растаяла и утекла ниже этажом…

Боже, я уже готова расцеловать Крючковского за то, что оторвал меня от скучной философии и сюда привёл!

И чего опять его вспомнила…

— Ты учишься? — Отпускает мою руку, и сразу становится холодно. — Всё не могу вспомнить, где видел тебя…

— Там же, где и ты. Второй курс. Эконом.

— Значит, в институте…

— Ну, я иногда хожу на футбол… Хотя, вряд ли бы ты разглядел меня из толпы истеричных фанаток.

Парень смеётся.

У него идеальный смех: зычный, насыщенный, густой…

В нём всё идеально… Боже, у меня в глазах сердечки!

И сразу же искры.

Балконная дверь распахивается с громким стуком, и я вижу горящий взгляд Выскочки, и как у него раздуваются ноздри.

— О! Вот вы где! — Непривычно громко и запыхавшись, выпаливает он. — Корзун, извини, но я вынужден твою спутницу украсть.

У Вани даже бровь не дёрнулась.

— С чего это?

— С того. Я обещал её к родителям отвезти, а мне ещё в одно место заскочить нужно. — Мелет он какую-то чушь, я только хлопаю глазами.

— Я сам могу её отвезти, куда скажет.

— Лишишься прав, с удовольствием возьму во временное пользование твою сиреневую бэху.

— А, чёрт… — Ваня качает головой. — Извини, Алин, я уже выпил сегодня. Тебе действительно нужно уезжать?

Крючковский «совсем незаметно» толкает меня в бок.

— Даа… — Кошусь на придурка и не понимаю, почему я должна сейчас свалить, если только началось самое интересное…

— Да, и я спешу, поехали быстрей!

Димка практически выталкивает меня с балкона обратно в квартиру, потом в коридор, а я нахожусь в ступоре и поздно спохватываюсь, что мы с «моей мечтой» даже не обменялись телефонами!

От этой мысли хочется плакать.

Ну, вот что за козёл!

— Ты что творишь? Совсем охренел?! — Нападаю на него сразу же, как мы выходим из подъезда.

— Тихо, фурия! Полегче… — За руку ведёт меня к машине, развозчик, блин, честных барышень по домам… — На нас могут смотреть. Не устраивай истерику.

Если Ваня всё ещё на балконе, он нас видит. Но меня бесит Крючковский, я ему глаза выцарапать готова, а не то, что ехать в одной машине.

Всю дорогу до общаги я дуюсь, отвернувшись в окно. Разговаривать нет никакого желания. Мы молча выходим из авто, Дима идёт со мной до двери. Я не останавливаюсь, но он удерживает меня за локоть.

— Заяц.

— Пошёл ты на хрен! — Выплевываю ему в лицо, поворачиваясь.