Золотой трон (ЛП) - Джонсон Джули - Страница 45

Они позволили мне жить два дня, не зная, что мой отец мертв.

Это невообразимо.

Это непростительно.

Мои руки поднимаются, как будто они принадлежат кому-то другому. Я грубо толкаю дверь и переступаю через порог, в маленькую гостиную, где они собрались, чтобы обсудить меня.

Бедная, жалкая Эмилия.

Невинная, с которой обращаются в перчатках.

Пешка, которую передвигают по шахматной доске.

Каждая голова поворачивается к двери, одинаковые выражения удивления и сожаления вырезанные на их лицах. Я позволяю своему взгляду переходить от человека к человеку, задерживаясь до тех пор, пока они практически не начинают дрожать от моего холодного взгляда.

Бейн.

Симмс.

Леди Моррелл.

Хлоя.

Картер.

Мой взгляд задерживается на нем дольше всего. Надеюсь, он видит предательство в моих глазах.

Надеюсь, это преследует его.

Только когда тишина становится абсолютной, я наконец произношу слова вслух.

— Мой отец мертв.

Леди Моррелл издает звук страдания.

— Эмилия… — вздыхает Хлоя.

— Ваше Величество… — начинает Симмс.

Я вздрагиваю от нового титула — сурового напоминания об этой странной новой реальности — и поднимаю руку в знак тишины. Мой голос звучит совсем не так, как мой собственный. Очищенный от эмоций. Такой холодный, почти нечеловеческий.

— Король Лайнус мертв. Я — ваша новая королева. И мой первый приказ… — Мой взгляд переходит от Бейна к Симмсу и Леди Моррелл. — Вы уволены. Вы все трое. Немедленно.

— Простите?! — рычит Бейн.

— Моя королева, пожалуйста… — титрует Леди Моррелл.

— Но, Ваше Величество… — начинает Симмс.

— Молчать, — шиплю я, снова поднимая руку. — Или вы не получите выходного пособия за вашу — чем вы всегда хвастаетесь, Симмс? Двадцать четыре года преданной службы?

Симмс бледнеет, но замолкает.

Леди Моррелл начинает плакать.

Бейн краснеет и кипит, но молчит.

— Эмилия, — говорит Хлоя, делая осторожный шаг в мою сторону. — Пожалуйста, давай просто поговорим об этом. Мы можем…

Я откидываю голову назад и смеюсь. Безумный звук. Непринужденный. Безумный женский гогот. Когда я наконец останавливаюсь, все в комнате смотрят на меня с беспокойством.

— Говорить? — Я задыхаюсь, все еще хихикая. — Ты хочешь поговорить? О, Хлоя. Я не хочу с тобой разговаривать. Я даже смотреть на тебя не хочу.

— Послушай, Э, я знаю, что ты расстроена…

— Я не расстроена. С чего бы мне расстраиваться? Потому что ты солгала мне в лицо? Потому что ты действовала за моей спиной и сговорилась скрыть от меня правду о смерти моего отца?

Вся кровь отхлынула от ее лица.

Я качаю головой и фригидно улыбаюсь.

— Наверное, правду говорят — яблоко от яблони недалеко падает. Октавия была бы так горда.

— Э… Пожалуйста…

Я смотрю на Картера. Его лицо серьезное, взгляд пристальный, он следит за каждым моим движением. Изучает меня с атомной точностью. Я думала, что мое сердце уже разбито вдребезги после нападения грузовика, но, когда наши глаза встретились, я поняла, что мне еще есть что разбивать.

— Ты, — говорю я, мой голос дрожит от нахлынувших эмоций. Я быстро заглушаю их ледяной яростью. — Ты знал. Вчера. Прошлой ночью… ты знал и не сказал мне.

Он ничего не говорит в свое оправдание. Даже его глаза пусты — никаких мольб о понимании, никаких бессловесных рационализаций, чтобы объяснить эту двуличность. Чтобы оправдать это нарушение доверия. Чтобы оправдать его решение провести ночь между моих бедер, прежде чем всадить кинжал мне в спину.

Я повторяю слова, которые он прошептал мне в постели, глядя на него.

Эта ночь — все, что у меня когда-либо будет с тобой.

Один украденный момент вместе из бесконечной разлуки.

— Я не могу даже смотреть на тебя, — шепчу я, чувствуя, как начинает щипать глаза. Я отрываю взгляд от его слишком голубых глаз и в последний раз осматриваю комнату. — Я не могу смотреть ни на кого из вас. Я хочу, чтобы вы ушли из этой комнаты. Из этого замка. Из моей жизни.

— Ваше Величество, пожалуйста!

Симмс.

— Моя королева, нет…

Моррелл.

— Ты пожалеешь об этом, глупая сучка!

Бейн.

— Эмилия! Не делай этого! — Хлоя кричит мне в спину, кричит, чтобы я прислушаться к голосу разума, но я уже ушла — отвернулась от них и направилась в коридор, где расположились четверо охранников, которых я смутно узнала. Они сразу же привлекают внимание, как только я появляюсь в поле зрения.

— Пожалуйста, проследите, чтобы их всех немедленно вывели из замка. Все, что им понадобится из их покоев, будет отправлено с курьером.

— Да, Ваше Величество.

Я серьезно киваю и продолжаю идти, слишком оцепенев, чтобы заботиться о чем-либо.

Ни боль в моем избитом теле.

Ни шрамы на моей израненной душе.

Ни потасовка, которую я слышу позади себя, когда стражники не дают Хлое и Картеру преследовать меня.

Ни тот факт, что мой отец мертв.

Ничему из этого нет места в моей голове. Все перевесила одна единственная мысль. Одно всепоглощающее откровение, которое эхом отдается в каждом моем шаге.

Я больше не маленькая девочка, ищущая одобрения тех, кто прячется за полуправдой и красивой ложью.

Я больше не марионетка, чьими ниточками можно манипулировать без всяких последствий.

Я больше не пешка, которой маневрируют на этой мучительной шахматной доске.

Я, блять, королева.

КОНЕЦ

…продолжение следует