Женевьева (СИ) - Мирная Татьяна - Страница 16

Меня настолько захватили эти мысли, что, когда мы остановились на очередную ночёвку, я первым делом позвонила отцу: хотелось обсудить с ним собственные предположения и подозрения. Звонила с опаской, потому что папа всё ещё злился на короля за то, что он втянул меня в очередное приключение. И на меня тоже за то, что согласилась. Саин Маруани не говорил это вслух, но я чувствовала, поэтому накануне разговор у нас не получился. Зато сегодня наметился прогресс.

— Как ты, моя девочка?

— Пока всё хорошо, пап, — я улыбнулась. — Ты не переживай, если пропаду ненадолго: тут иногда перебои со связью бывают.

— Ты сама звони, когда удобно. Я всегда жду.

Тоска иглой впилась в грудь.

— Па-а-ап, — я оперлась затылком на стену и вздохнула: — Ты у меня самый лучший! Знаешь?

Он улыбнулся.

— Не подлизывайся, стрекоза!..

Мы долго разговаривали, и в дом я вернулась в приподнятом настроении. А поздним вечером, помня про уговор с Гриолком, подошла к Перкону.

— Я поставлю следилку.

— Зачем?

— Чтобы знать, кто зашёл и вышел из дома.

Безопасник Фахари недовольно насупился, но я уже шмыгнула за дверь и, обойдя территорию, со спокойным сердцем направилась спать. Однако очень скоро моё настроение с отметки «прекрасное» опустилось до «гадкое-прегадкое». Угадайте почему?.. Эта волосатая сволочь (а может, и не одна) целую ночь ходила туда-сюда, каждый час будя меня. И я… промолчала, потому что на своё замечание совершенно точно услышала бы в ответ:

— Нам надо было! А если тебе это мешает — не колдуй!

Утром ехала мрачная и безнадёжная, как Бездна. Все и всё бесило. Даже Силь не лезла ко мне, тихо переговариваясь с гоблинами, которые оказались рядом. Но сегодня я меньше всего походила на дракона, стерегущего своё сокровище. Скорее, на его дохлый труп. Полнейшая апатия, вялость и… И хотелось плакать.

Во время привала я сходила в туалет, и причина такого состояния стала понятна: у меня начались месячные. Как-то во всей этой суете я забыла о них. Улетая из Линахенга, вообще не парилась, рассчитывая, что быстро вернусь домой, а потом закрутилась. И вот результат: мне предстояло пережить не самые приятные дни, да ещё в дороге! Бездна!.. Тут уж я без всяких сомнений и колебаний воспользовалась магией: во-первых, убрала болезненные ощущения, а во-вторых, позаботилась о чистоте одежды. Это всё, что я могла на данный момент. Главное — пережить завтрашний день, когда будут самые обильные выделения. Хм-м… Мои щёки неожиданно залил стыдливый румянец. Я давно не комплексовала по поводу своих женских дел. Разве что на первом курсе, придя на тренировку и оказавшись среди парней. Но тогда меня быстро заставили забыть про стыд, и позже я без всякого смущения предупреждала ребят и отказывалась от спаррингов. А сейчас… Для гобов — это такой повод поиздеваться над человечкой!

К счастью, в местном магазинчике оказалось всё необходимое. Я, закинув в свой чудо-рюкзак две пачки с прокладками, вышла на улицу, настороженно оглядываясь по сторонам: не увидел ли кто мою покупку? Но наши гобы даже не посмотрели на меня, увлечённо переговариваясь и размахивая руками. Я с невозмутимым видом стала крепить сумку к седлу.

— Плохо ты кормишь свою Девочку, — хохотнул Перкон, подходя к соседнему ящеру. — Сейчас она из твоих штанов быстренько шорты сделает.

И точно! Мой пак-хор принюхивался и голодным взглядом поглядывал на джинсы. Точнее, не на джинсы… Даже сквозь заклинание он чувствовал кровь! Хищник, что хотеть!.. Хорошо хоть, сытый!

Пристально наблюдая за поведением ящера, я села верхом и тронула поводья. По улице двигалась медленно, ожидая, пока догонять остальные. Я уже нормально реагировала на пролетающие мимо автолёты и щёлкающие гилайоны. А когда собиралась толпа, чтобы поглазеть на вождя и его невесту, больше думала о безопасности, чем о нашей «популярности». Пока Сисилия улыбалась и махала ручкой, я держала наготове защитное заклинание. Гоблины рядом посмеивались и, словно нарочно, подталкивали ко мне местных, жаждущих поздороваться с человеческими девушками. Вот как отказать наивной ребятне, тянущей свои тёплые ладошки? У меня мозги закипали, пытаясь всё успеть и за всем уследить! А этим мордам лишь бы поржать!..

Я настолько погрузилась в собственные мысли, что не сразу обратила внимание, как изменился ландшафт. Мы свернули и теперь спускались вниз, оставляя горы за спиной. Впереди раскинулись луга и поля, а далеко на горизонте проступила синевато-зелёная полоса. Похоже, это и есть тот самый лес Покаяния. Интересно, почему его так назвали?

Солнце начало клониться к закату, но духота ещё не спала. Наши ящеры бежали по дороге, а вокруг никого, лишь далеко-далеко виднелись крыши деревни. Я слушала щебет птиц в небе да шумное дыхание пак-хоров. Гоблины молчали, видимо, тоже устали за день.

— Заночуем в охотничьем домике, — предупредил нас Гриолк во время небольшого отдыха.

И я машинально глянула в сторону ширившейся зелёной полосы, прикидывая расстояние и время на дорогу.

Когда солнце нырнуло за горизонт, мы наконец добрались до леса. Проехав что-то около километра, наш отряд оказался перед настоящим дворцом. Я так поняла, что этот деревянный особнячок принадлежал вождю клана, потому что не каждый охотник мог себе такое позволить. Двухэтажный, с панорамными окнами, колоннами и стеклянной верандой, дом по-настоящему впечатлял. Плюс чистый воздух, тишина и уединение. Интроверты запросто могли бы тут жить на постоянной основе.

— Наконец-то! — навстречу нашему маленькому отряду спешил мужчина в камуфляжной одежде и забавной панамке из такой же ткани. — А я уже заждался!

— Мы задержались в штольнях.

Гоблины тепло приветствовали своего знакомого. В их объятиях и похлопываниях по спине было столько неподдельной радости и искренности, что я умилилась. Меня всегда завораживала настоящая мужская дружба.

— Леди, позвольте представить вам Шойкха, нашего лесничего. Он следит за порядком в этих краях, — Гриолк в очередной раз хлопнул мужчину по плечу.

Было видно, что они хорошо знают друг друга. И вообще, у меня сложилось впечатление, что вождь на ключевые посты назначил своих людей, то есть гоблинов.

— …А это принцесса Сисилия и леди Женевьева!

— Добро пожаловать! — Шойкх неуклюже поклонился, явно не зная, как приветствовать особу королевских кровей.

Силька скривила губы в насквозь фальшивой улыбке, а потом что-то фыркнула мне на ухо про неотёсанного мужлана, но я не стала одёргивать её, не до того было. Сейчас мне больше всего хотелось добраться до ванной.

Если честно, я так устала, что буквально валилась с ног. И, наверное, впервые за всё время в Байани ушла спать раньше других. Тем более действие заклинания закончилось, и низ живота ныл всё сильнее. После душа я согрелась под невероятно мягким пледом и провалилась в глубокий сон. Проснулась среди ночи, прошлёпала в ванную и тихо выругалась: второй день месячных был самым трудным и кровопролитным, что называется. Но куда деться?.. Приведя себя в порядок, я спустилась вниз, надеясь найти какую-нибудь еду. Наверное, мои спутники что-то такое предполагали, потому что на столе меня дожидался ужин. Судя по магическому колпаку, сохранявшему еду тёплой, это Силь постаралась, и её внимание было приятно.

Я, присев на стул у окна, с аппетитом ела, когда в дом вошёл Перкон.

— Что, боевичка, сдалась? — усмехнулся он, намекая на мой ранний сон.

Но я даже ухом не повела, не было никакого желания спорить. Молча убрала за собой посуду и вышла на улицу, предупредив главного охранника:

— Я поставлю защитный контур.

— На кой х..? — нахмурился Перкон. — Мы же договорились!

Пришлось напомнить ему.

— Мы договорились, что я буду ставить вас в известность. Я ставлю.

— Иди ты лучше спать…

Не слушая дальше, я закрыла за собой дверь и вышла на каменную дорожку. На улице было прохладно и свежо. Мне сразу стало легче! Как будто кто-то стёр с лица всю усталость и слабость. Я сделала глубокий вдох, наслаждаясь моментом.