Дама Треф (СИ) - Миляева Кристина - Страница 14

— Серьезно считаешь, что я сделаю такую глупость? — вздернула я бровь.

— Ты не стала обо мне волноваться, а просто пошла на свидание, — усмехнулся Лаурент, — это ли не доказательство. А что удобно? Ты устраняешь меня, и вместе со своим возлюбленным занимаешь позицию следующей в двадцатке. И все в шоколаде. Весьма практичное решение.

— Совсем головой поехал? — вскочила я на ноги. — Сам знаешь, что мне не сдалась ваша двадцатка. Иначе бы я не упиралась всеми ногами и руками, пытаясь отказаться от свадьбы. Тем более, убивать тебя на глазах у свидетелей, я бы точно не стала. Нашла другой повод, чтобы отправить тебя на небо к праотцам. И заметь, ты первый поднял этот вопрос. Я даже не знала, что в этой идиотской школе такое разрешено! В моем понимание: это убогое и давно загнувшееся место, которое не дает совершенно никакого толкового образования, а лишь калечит психику детей. А что касается свидания! Я ни разу в жизни на нем не была!

— Пытаешься мне сказать, что этот низший не твой парень? — парень смотрел на меня с полным равнодушием и какой-то печалью. — Так мило ему улыбалась и даже не пыталась голову свернуть за то, что с тобой флиртует. Прям не похоже на тебя. Не находишь? Что это очень странно. Сперва находишь себе мальчика посмазливее, потом травишь меня, а затем, как наследница двадцатки объявляешь о вашей помолвке. В противном случае, даже твои родители не позволят тебе выскочить за дракона, который и мозгами особыми не отличается. Ну, все еще будешь отрицать факт того, что пыталась меня отравить?

— Ты хоть понимаешь, что несешь? — я обессилено рухнула обратно на подушку. — Я хотела поехать с тобой, но мне не дали, сказали, что только близкие могут. Вот так я оказалась стоящая посередине улицы и наблюдающая за тем, как машина отвозит тебя в больницу. А потом Тилен сказал, что если сейчас сунусь в Академию, то его отец повесит на меня всех собак. Что за шерифом в этом плане не заржавеет. Так что я решила принять его предложение и мозолить глаза жителям в надежде, что неудачный отравитель сам себя выдаст. Я столько всего успела передумать, что казалось у меня голова вскоре взорвется, а все что слышу от тебя – обвинения в попытке убийства. Честное слово, если бы это была я, то ты бы уже сдох. Не хуже меня знаешь, что на полпути я не остановилась бы и сделала все, чтобы покончить с тобой. К тому же использовать такой приметный способ тоже не стала бы. Это прямой намек на кого-то своего. Кто знал про аллергию. Будь убийцей я – использовала что-нибудь радикальное и менее приметное. Аварию или падение, несчастный случай, но ни отравление с летальным анафилактическим шоком.

— И все же, это подозрительно, — хотя реакцию собеседника я понимала, но его холодный голос ранил до глубины души, — что это началось с твоим приездом. Сперва просишь разорвать помолвку в день ее объявления и принять на себя всю магическую откатку. Потом едва ли не травят в обычной кофейне, при том, что мало кто вообще знал, что у меня аллергия на лакрицу. И это все так просто – совпадения?

— Погоди, какой магический откат? — я удивленно посмотрела на парня. — Мне ни о чем таком не говорили. Точнее мне вообще сказали лишь то, что наши деды когда-то там лет двести назад заключили договор и на этом все. Я даже условий не знаю, не то что каких-то ограничений и прочего. Впервые сейчас от тебя услышала, что оно еще и наказание за разрыв подразумевало. Честное слово, хочешь магией поклянусь?

— Не нужно, — покачал тот головой, — если хочешь можешь встречаться с кем угодно, я не против. Все равно через год все это закончится. Так зачем сейчас усложнять все это? Можно просто попытаться найти счастье в других. Потому делай что хочешь. Реально, просто держись от меня подальше и не дави на больную мозоль. Чем дольше ты рядом со мной, тем прочнее формируется магия. Я говорил, что мы должны лишь на общих мероприятиях играть влюбленных. Тут же, от тебя ничего не требуется. Ни заступаться за меня, ни переживать, ничего. Просто живи так же, как до этого. Не вспоминай обо мне и не думай ни на мгновение о том, что кому-то может быть еще хуже, чем тебе.

— Постой, я не собиралась ничего такого вытворять, — я тут же перехватила его руку, когда он собрался уходить, — я честное слово переживала за тебя. И все эти годы волновалась. Но ты не прислал ни одного письма. А потом я увидела вас с Кавеей и поняла, что лишняя во всей этой идиллии. А Тилен, я даже не знала, что это флирт с его стороны. Сам же понимаешь, что у меня немного своеобразные взгляды на мир. Я сроду не целовалась с парнями, не держалась с ними за ручку и не ходила гулять. Единственный мужик в моей жизни – ты! Откуда мне вообще можно было понять, что он со мной флиртует. Он же не действовал как остальные, подходя с фразой: «вашей маме зять не нужен?». Понимаешь…

— Повторюсь еще раз, если ты хочешь с ним быть, я не стану возражать, — покачал головой мой жених, — просто будь счастлива с тем, с кем захочешь. Наша помолвка лишь дань древнему контракту. Прошу не появляйся около меня чаще, чем того требуют обстоятельства и тогда все закончится хорошо.

— Погоди, — я все же вздохнула и подняла на него глаза, — а что мне вообще надо делать? Ну, в смысле, как вести себя с парнем? Я понятия не имею… А Тилен, он хоть и милый, но немного пугает своей необычностью. С ним легко и беззаботно. Ему плевать кто я и из какой семьи. Он видит во мне личность. Не хотелось бы упасть в грязь лицом. Помоги? Пожалуйста, мне больше не с кем посоветоваться по этому вопросу.

— Для начала престань отталкивать от себя всех и стань проще, — пожал он плечами, — пойми, это взрослый мир, тут ты не принцесса из прекрасной сказки. Мы все обычные и ничем не выделяющиеся фигуры на огромной шахматной доске. Передвигаясь согласно жизненной схеме, мы отыгрываем заранее прописанные роли. Откинь свою стервозность и позволь себе быть просто и понятной. Без лишних заморочек, древней крови и этих идиотских статусов. Все это давно в прошлом. И если перед зрителями мы должны продолжать защищать все это, то наедине с собой, можно быть кем угодно. Так что будь!

— Хочешь сказать, я всех отпугиваю? — я надулась и отвернулась от него.

— За семнадцать лет, единственный с кем ты не вела себя, как конченная сволочь, это я, — усмехнулся Камилен, — и то последнее время у тебя это началось. Так что да, ты совершенно права, во всех твоих неудачах, виноваты только ты сама.

— Ну, просто замечательный совет, ничего не сказать, — с тяжелым вздохом я откинула голову на прохладное окно, — я серьезно спрашивала. Тилен мне понравился. С ним проще и легче, чем со всеми, кто меня окружает ежедневно.

— Тогда не бей его по роже, когда он попробует тебя поцеловать, — усмехнулся мой собеседник и сдвинул альбомы в сторону.

— А как это? — я повернулась к нему. — Что вообще значит поцелуй. И не ржи ты так, я видела, как целуются, моих родителей вспомни, лижутся при каждом удобном случае. Просто никогда сама этого не делала, потому немного страшно. А если он посчитает, что я полная дура? Не способная даже минимально чувствовать атмосферу?

— Успокойся ты и не переживай, ничего страшного в поцелуях нет, — Лаурент протянул мне руку, — иди сюда, могу показать. Если ты, конечно, не сбежишь.

— Хватит издеваться, — насупилась я. — Это не смешно.

— А я и не шучу, — похлопал он по своим коленям, — могу показать тебе, каково это целоваться. А взамен, на следующих занятиях по социальным дисциплинам ты не откроешь рта в споре с профессором. Это моя проблема, а не твоя.

— Хорошо, учите меня, о великий соблазнитель, — перекинув ногу через его бедра, я устроилась на коленях, — надеюсь, это будет понятно.

— Просто повторяй за мной и не думай ни о чем, — усмехнулся парень и потянулся ко мне.

Его пальцы практически мгновенно оказались запутанными в моих черных кудрях, а губы прикоснулись к моим. Это не было настойчиво или мокро. Напротив, он действовал как-то размеренно и рационально. Медленно, приручая, чужой язык обрисовал контур моих губ и несильно надавил на нижнюю, как бы побуждая к действию. Не отрываясь от созерцания глаз напротив, я все же открыла рот, позволяя Камилену вести дальше, прокладывая дорожку в столь неизвестный и необычный мир.