(не)моё чудовище (СИ) - Фрост Деметра - Страница 27

- Пусти, кому говорят, - шипит девочка, ерзая и пытаясь выбраться из кольца моих рук.

- Понравилось? - спрашиваю я хитро.

- Что… Что?!

- Лошади. Обед. Понравилось?

- Э… Ну, да, - снова смутилась девушка.

- А поцелуй?

- Ах, ты…

Самойлова шипит и рьяно бьет меня кулачком в бок. Не очень ощутимо, больше щекотно, и я смеюсь.

И отпускаю птичку на волю.

Она же бодро отпрыгивает от меня и разъяренно фыркает.

- Да ладно тебе, не злись, - я примиряюще поднимаю ладони вверх. - Одевайся. И поехали.

Ника пораженно взвизгивает. В приступе эмоций она совсем позабыла о том, что я не только успел с нее куртку снять. Но и футболку задрать и даже лифчик. Вот она и стоит, сверкая сисечками, и даже внимания не обращает. Пока я не указал ей на это опущение.

Девушка поспешно приводит себя в порядок. По глазам вижу - ее так и тянет дать мне увесистую пощечину. Но за что? Она ведь сама была не против. Так что поздновато спохватилась. Разве что за то, что остановился и не довел дело до логичного конца.

И она сама прекрасно это осознает.

Пока мы идем к машине, держу Самойлову за руку. Сначала девушка еще попыталась возмутиться и ладошку вырвать, но в итоге смирилась. И Степаныч нас таким взглядом проводил - закачаешься. Думаю, и другие работнички, оказавшись случайными свидетелями, были в шоке. Но я снова поймал себя на мысли, что все уж очень правильно получается и ощущается. Хоть и маленькая, ладошка Ники в моей собственной на своем месте. Правильном месте.

И то, что сама она сейчас под боком - тоже правильно. Хоть и не было у нас ничего, чувствую - очень правильно.

В автомобиле девушка на меня даже не смотрит. Дуется. И пока едем, она то бледнеет, то снова краснеет. А то и забавно пятнами покрывается. А еще вздыхает или вовсе - пыхтит обиженно.

Уже на подъезде к Юрьево притормозил и остановился у обочины. Надо расставить все точки над “i” до того, как, оказавшись около дома, Самойлова выскочит и, сверкая тапками, скроется из виду.

- Ты чего? - резво повернувшись, спрашивает грозно девушка. - Продолжить хочешь? прямо здесь?

- Не дури, - хмыкнул я, - Все можно было и в конюшне… продолжить. Поговорим?

- Не о чем говорить, - по-детски насупившись, отрезает Самойлова. - Поехали уже. Дома дел невпроворот.

- Мое предложение в силе, кстати.

- Какое?

- Помочь с ремонтом.

- Благодарствую. Сама справлюсь.

- Тогда это не предложение, а констатация факта. Я помогу. Ты ж мне нравишься, девочка.

Тут уж Самойлова не выдержала. Хмыкнула и посмотрела так… Оценивающе-скептически.

- А смысл? - после небольшой паузы спрашивает она, - Сглупила я, знаю. На поводу пошла. Расслабиться захотела. Но это плохая идея. Здесь я временно. Дом продам и и в Москву. Там у меня и парень, и работа.

- И как ощущения?

- Какие еще ощущения? - непонимающе изогнула бровь девушка.

- Ты ведь практически изменила своему парню.

- Тошно, - сказала Ника, а я понял - врет. Причем не очень хорошо.

- Может, тогда бросишь его?

Ника забавно скривилась и недоуменно качнула подбородком.

- А смысл? - спросила она, - Ради короткой интрижки? Сам же ругал женщин, которые переобуваться на раз-два.

- Почему же сразу короткой?

- А скажешь - нет?

- И все-таки - объясни, будь добра.

Коротко и емко Самойлова высказывает свою позицию. И не могу не восхититься - все-то у нее четко-конкретно и по полочкам разложено. А ведь совсем недавно дулась, как девчонка малая. Может, у нее все-таки того - раздвоение личности?

- Но приятно провести время - тоже неплохо, - говорю я, наклонившись к ней.

Ника тут же вжимается в дверцу и лупает на меня своими огромными неземными глазищами. Но для меня это не проблема, я ведь не пристегнутый, да и салон небольшой. Поэтому еще чуть-чуть - и мы снова нос к носу.

Но стоит мне прижаться ртом к плотно сжатым губам, девочка мгновенно расслабляется. Доверчиво прикрывает глаза и даже откликается. Нет, руками не тянется, как раньше, но на поцелуй отвечает и даже язык подключает. Не отказываю себе в удовольствии снова расстегнуть ее куртку и аккуратно сжать грудь. Погладить большим пальцем мгновенно затвердевший сосок, который легко прощупывался даже через ткань бюстгалтера.

Ну разве не идеальная совместимость? Если уж у нас поцелуи так хорошо получается, каково в постели будет, а? Ника даже изгибается и слабенько стонет мне прямо в рот.

И это охренительно. Просто крышесносно.

Скольжу губами к тонкой, доверчиво изогнувшейся шее, пахнущей чем-то сладковатым и соленым одновременно. И Ника отзывается полустоном-полувсхлипом. Ей нравится. Как и мне.

Но, усмехнувшись, я возвращаюсь на место.

- Вот дурак, - смущенно бормочет Самойлова, не глядя на меня и резко садясь ровнее.

- Давай без оскорблений, - весело отвечаю я, поворачивая ключ зажигания, - Но ты подумай, окей?

- И думать нечего, - фыркнула девчонка, - Брось уже свои шутки. Напрягает.

И тут я не удержался. Расхохотался в полный голос. Ну ведь смешно же! Ей-богу, до колик смешно!

28. Вероника

И что у мужика в голове? Непонятно!

Хотя… Нет, с ним-то как раз все-таки всё понятно.

Но ты, Самойлова?! Ты-то куда?

Какого черта бухаешься в этот омут, как больная на всю голову?!

Ведь не Киану Ривз и не какаю-нибудь звезда местного пошиба! В харизме ему, конечно, не отказать, но ведь поплыла, поплыла как девчонка!

Целуется, правда, это чудовище… ну просто феерично. Внутри аж все огнем горит. Помимо воли все тело отзывается горячкой и сладкой негой - и хочет еще и еще…

Черт… Голова кружится… И все, как в тумане…

И тут не в Махловском проблема, правда. У нас ведь с ним сугубо дела постельные. Ему удобно, мне удобно. Никто из нас двоих и не претендует на что-то более серьезное. Мы даже как-то про измены с ним говорили и пришли к общему мнению, что в нашем случае это не проблема.

Точнее говоря, для Пашки не проблема. Меня же, конечно, червячок обиды погрыз-погрыз, а потом отпустил. Но налево я все-таки не ходила. А вот насчет Махловского не уверена. Да как-то этим я и не интересовалась вовсе. Сам же поднял в свое время тему свободных отношений без обязательств.

Так что не из-за этого я заморачиваюсь.

А потому, что неправильно все это. Я здесь временно и неизвестно еще, сколько девок бородач уже перепортил и какие у него могут быть болячки.

Ведь это меня беспокоит, ведь так?

Нет, Самойлова, не ври себе. Ничего подобного. Да если мы прямо сейчас в койке окажемся, я только рада буду. Раззадорили меня мужские ласки, причем не на шутку так. И продолжения жуть как хочется.

Это женская гордость мне не позволяет - в омут с головой бросаться. Вот так, с первым встречным.

Хотя, если подумать… Некие формальности даже улажены. Хотя цветов и не было, зато романтичная прогулка и обед были? Были. Можно галочку поставить.

Так может - ну его?

Когда Лев останавливается возле забора дедушкиного дома, я выходить не спешу. Пока ехали - я подумала. И потому говорю:

- Короче, я не против.

Повернув голову, мужчина внимательно вглядывается мне в лицо. От его изучающего выражения мне становится неуютно и горячо, но я смело не отвожу взгляд.

- Только! - я назидательно тычу пальцев вверх, - Ты побрейся хотя бы! А то знаешь… Не очень как-то.

- Серьезно? - мои слова его явно развеселили, - И только это?

Я фыркнула. А ему все смешно, я погляжу! Нет, ну дикий какой все-таки человек!

Дурной!

Но целуется охрененно!

- Тогда пока отложим наши дела, коль борода моя не к месту, - леший хитро ухмыляется, - Шуруй уже. Отдыхай. Удачи в ваших ремонтных делах, госпожа Самойлова.

- И вам, Лев Маркович. Провожать не надо.

- И не думал.

Думал. И решил пошутить. Потому что из машины мужчина все-таки вышел и дошел со мной до самого крыльца. А когда я на ступеньках оказалась, снова обхватил одной ладонью за торс, а второй - за затылок. И поцеловал. Горячо и жадно, безжалостно щекоча своей бородой подбородок и губы.