(не)моё чудовище (СИ) - Фрост Деметра - Страница 57

- Дети в комнате с папкой мультики смотрят и дают мамочке потрындеть с любимой подружкой! Так что ничего не слышат! Ну? Где наши глазки?!

Я показываю подруге язык. Это не очень просто, потому что, пока мы болтали, я не только обработала лицо, но и нацепила на него тканевую масочку. Естественно, от активного движения лицевыми мышцами ткань поползла и отклеилась где не надо, поэтому пришлось аккуратным равномерными движениями приводить ее в порядок.

- Когда встречается в следующий раз? - спрашивает Катя.

- Мм… Лев сказал, что приедет завтра.

- Отлично! Ты уже приготовила секси-бельишко на завтра?

- Секси-бель… Что?! Катя!

- Но это нормально! Более того - это необходимо! Надо мужика очаровать, захомутать и выйти за него замуж! Я хочу погулять на твоей свадьбе! А если еще и ребеночка по-быстрому заделаете - мы вместе будем нянчить наших малышей!

- Ради бога, мать, уйми свои гормоны!

- Я не могу это контролировать! И я так хочу, чтобы ты наконец была счастлива!

- Счастье - понятие относительное, ты же знаешь! Но не всем же везет так, как тебе!

- Но ты больше, чем кто-либо, заслуживаешь счастья! Я буду держать за тебя кулачки!

- Ну, спасибо, что ли…

- Не слышу энтузиазма в вашем голосе, будущая госпожа Смирнова!

- Катя! Прекрати! Это бред!

- Всё-всё, стучу по дереву! Слышишь?!

Ага, слышу-слышу! Как и то, как Катя шумно сплевывает три раза. Надеюсь, не в буквальном смысле…

- Закругляемся, - прошу я, стягивая с лица маску и аккуратно запихивая обратно в упаковку, - Без обид, но я спать.

- Да-да, хорошо, - машет ладошкой перед камерой подруга, - Сладких тебе и мокрых сновидений!

- Зараза, - по-доброму журю я ее.

- Как и ты! Жду знакомства с твоим принцем!

- Лучше сказать - лешим!

- Хрен редьки не слаще! Всё, целую тебя, родная! Спокойной ночи!

- Спокойной ночи…

***

С ноющей от боли ногой по квартире шибко не побегаешь. Однако кайфово, ничего не скажешь - проснуться не по будильнику, а дать себе поспать на пару часов дольше, а после еще и сладко понежиться под одеялком.

Но в итоге не могу удержаться - воодушевление и отличное настроение подталкивает меня к уборочным подвигам, и я, пусть и неторопливо, но шуршу по квартире сначала с пылесосом, а потом и со шваброй. Прибираюсь в ванной и на кухне, в спальне меняю постельное белье, до сих пор пахнущее туалетной водой Смирнова. Я едва удержалась от того, чтобы не зарыться в ткань носом, глубоко вдыхая терпкий пряный аромат. И безжалостно закинула в машинку, запустив стирку.

Лев не говорил, во сколько приедет. И поэтому, когда я заканчиваю уборку, ожидание начинает неприятно нервировать.

Чтобы отвлечься, я звоню Светлане Аркадьевне и прошу открыть удаленный доступ, благо, по приезде я установила соответствующую программу, будто чувствуя, что что-то подобное вполне может произойти.

Хотя, конечно, ничего я не чувствовала. Просто знала, что вечно задерживаться на работе невозможно, а волокиты из-за моего отпуска да благодаря стараниями Даны накопилось. Вот и организовала “план Б”, согласно которому я могла бы работать дома, с личного компьютера.

Чем я, в принципе, и занимаюсь, устроившись за кухонным столом с чашкой кофе и бутербродами.

Определенно, работа - наше все. И хотя, конечно, памятник мне никто не поставит и не напишут хвалебных слов, но работа спасает, особенно если работа приятная, понятная и любимая. Она отвлекает. Дает возможность почувствовать себя нужным и способным. А что еще нужно, когда кое-кто заставляет тебя испытывать смятение и нервозность?

Катька говорит, еще отлично помогает шопинг. Я вот очень люблю нижнее белье. А вот продолжительные гульбания по магазинам - не очень. У меня есть три излюбленных магазина и, как правило, много времени на покупки они не занимают. А в эпоху развитых технологий можно и через интернет заказывать…

… На обед я разогреваю оставшееся после вчерашнего мясо. И достаю из морозилки куриные ножки - на вечер запеку в рукаве с картофелем. А пару кусочков кину в кастрюлю для бульона. Так что переживать не о чем.

Но приступить к еде не успеваю - в дверь звонят. И одновременно на телефон приходит сообщение. Идя в коридор, я открываю входящие и невольно улыбаюсь.

“Открывай ворота, царевна”.

От Смирнова.

Его же я вижу и в дверной глазок.

Хочется восторженно завизжать. Но я сдерживаюсь. Несолидно это немножко.

Но в животе будто гусеницы завошкались. Это почти что бабочки, но признаться себе в подобном, значит, признаться и в кое-чем другом. А для этого пока что рано…

- Привет, - как можно спокойней здороваюсь я, открыв дверь.

- Привет-привет, - усмехается Лев, перешагивая порог. Протянув руку, он тут же обхватывает ладонью мой затылок и притягивает к себе.

Целует. Долго, но почти целомудренно, без глубоко и активного проникновения языка в рот, мягко перебирая пальцами мои волосы и поглаживая кожу.

От удовольствия я едва не мурлычу, машинально прижимаюсь теснее и приподнимаюсь на цыпочки.

- Вижу, кое-кто рад меня видеть, - глухо и тихо говорит чудовище в мои губы, облизнув их напоследок кончиком языка.

- Вот вообще ни капли, - хмыкаю я.

- Врунья…

- Разве что… совсем немножко.

Лев смеется и, отступив назад на полшага, поднимает вверх ладонь с зажатыми в ней ручками плотного бумажного пакета. Я с интересом заглядываю внутрь и вижу…

Кроссовки.

Любопытно.

- Зачем? У меня есть кроссовки, - говорю.

- Перестраховался. Давай, девочка, мухой переодевайся, и да, желательно в платьишко или юбочку…

- Но зачем? - повторяю я свой вопрос, - Куда ты собрался?

- Кудамысобрались, - поправляет меня Лев. - Ну? Чего застыла? Вперед и с песней!

- Давай сначала пообедаем! - улыбаясь, прошу я, - Я мясо только что подогрела! И да, вообще-то ты меня только что от обеда оторвал…

- Ничего с твоим мясом не случится, а обедать мы поедем в ресторан!

- Но зачем? - спрашиваю я, - И вообще - благодаря тебе я на больничном…

- Поэтому - кроссовки. - Лев уверенным движением поворачивает меня и слегка шлепает пятерней по моей попе. От неожиданности я негромко вскрикиваю. - Каблуки строго противопоказаны.

- Все равно не понимаю - зачем… - бурчу я, шагая в спальню.

Просто из вредности не хочу надевать никакое платье. Но под кроссовки у меня действительно есть подходящий наряд - простое, но светлое, в крупную клетку, с рубашечным воротом и рукавами в три четверти. Вполне себе стильное.

- И чулочки! - кричит из коридора решивший не разуваться и дождаться меня около дверей мужчина.

Вот же сатрап! А вообще непонятно - и почему я его слушаюсь? Еще и по-быстрому навожу немного марафета и добавляю к платью подходящие аксессуары - тяжелую серебряную подвеску на толстом шнурке, в этническом стиле серьги и тонкий поясок. И капельку духов.

Управляюсь за минут семь.

- Шикарно выглядишь, детка, - хвалит Лев, когда я возвращаюсь к нему.

Очередной поцелуй. И мужчина сажает меня на пуфик. А сам опускается на колено и достает из пакета обувь.

Мать моя женщина… Я, что, сплю?! Или опять попала в кино?! Потому что это то еще клише - обувающий женщину коленопреклоненный мужчина, с потрясающей аккуратностью и очаровательной нежностью прикасающийся к ее лодыжкам.

Знаете, не хватает какого-нибудь противно-романтичной мелодии на фоне. И тогда всё - тушите свет, пошла я спать.

Вот только нихрена мне не смешно, вот в чем проблема. Я задерживаю дыхание и потрясенно гляжу на действо передо мной. И потихонечку млею от прикосновений и незначительных, на первый взгляд, поглаживаний, в которых, вообще-то, нет никакой нужды.

Но уже знакомое возбуждение пульсацией расходится от ног к животу. Да и само присутствие чудовища у моих ног, эта сюрреалистично-рыцарская поза и хитрый и определенно самодовольный взгляд исподлобья - всё это то еще испытание для моих нервов и воображения. Сексуальные фантазии так и пульсируют в мозгу, не давая сосредоточиться на делах насущных…