Короли серости (СИ) - Темиржанов Артур - Страница 23

Давно Ли не выходил просто так поискать приключений. Томми ругался каждый раз, когда он возвращался после трёхдневного забега по зелени: грязный, в форме, пропитанной потом, с заросшим лицом и вонючим дыханием. Пусть рулевой и слизняк, но он всерьёз заботился о помощнике. Точнее, об образе, который он создал в своём воображении. Ли всё же делал ему скидку: Томми входил в очень узкий круг людей, которые дарили ему счастливые минуты в этой мрачной и неприглядной жизни. Людей, с которыми он был в Состоянии. С которыми он мог не быть самим собой.

Перед походом Ли забрал с катера одежду, винтовку, подсумки, флягу с водой и даже ранец. Короткий рейд мог затянуться на день, два, а то и на месяц. Джунгли всегда преподносили сюрпризы, бывало приятные, но чаще не очень.

Краем глаза Ли заметил шевеление за деревьями и остановился. Джунгли любили одиночек, которые знали, что делали. Таких, как Ли. Большие и шумные банды неопытных бойцов вызывали у Вне раздражение. Ли сейчас бы всё отдал, чтобы заставить шайку Валентайна исчезнуть.

— Почему ты остановился? — спросил иммигрант, присев на колено. Этот-то поймёт, в чём дело.

— Движение, вон там, — Ли поднял винтовку и прицелился. Деревянный отполированный приклад приятно охлаждал щёку, палец нащупал спусковой крючок и начал его поглаживать. Саргий замер на месте — сразу видно, опытный боец. Он знал капризы джунглей, то, как Вне любит обманывать, завлекать, флиртовать. Только ему не хватало чуткости, элегантности и опыта Ли.

И маленького шамана, который встал перед иммигрантом и развёл руки в стороны — будто самоубийца, пытающийся остановить поезд.

— То, что там творится, не должно вас волновать, — произнёс он холодным голосом. Ли даже не заметил, как сааксец подкрался. Будто знал, что будет дальше. — Я договорился с Миром. Он должен нас пропустить. Вы же всё портите.

Ли хотел было заспорить, но передумал. Дружелюбно улыбнувшись, он убрал оружие и встал по стойке смирно. Саргий тоже расслабился. Ли стиснул зубы: он не ожидал, что иммигрант так быстро сдастся.

Они двинулись дальше, следуя за шаманом, чуть ли не наступая ему на пятки. Обычно головной уходил дальше, чтобы не подставить отряд, если будет мина или вражеский огонь. Сейчас бояться нужно было отставания.

Ли вдруг подумал, что зелень кажется искусственной. Да, он чувствовал знакомые запахи, он слышал шорохи, где-то пели невидимые птицы и шуршали мелкие зверьки. Вот только это походило на неудачный саундтрек, пущенный под чужую картину. Что-то не сходилось. Но что?

— Подходим, — прошептал шаман, — всем тихо. За той горкой находится деревня. Саргий, притаишься здесь. Капитан, если вы не против, расположитесь за теми деревьями. Эмма?

— Я пойду с капитаном, — отчеканила медичка с жёсткостью, которой Ли до этого в ней не видел. А дамочка-то зубастенькая.

Шаман нетерпеливо кивнул и воззрился на Ли.

— А ты?

— Я с вами, мистер, — Ли усмехнулся. — Может статься, я спасу вам жизнь.

Сааксец скривился, но ничего говорить не стал. Наверняка вспомнил перерезанных на берегу солдат.

За пригорком Ли разглядел деревню. Она лежала в огромной впадине, почти со всех сторон окружённая холмами. Маленький плевок на дне божественного стакана. Хуже места для обороны не придумать. И всё же что-то в этом месте казалось успокаивающим. Будто бы все заботы оставались снаружи, а дорога вниз сулила только гармонию.

Саргий развернул пулемёт и лёг животом на землю. По его рукам тут же поползли муравьи, а штаны почернели, впитав влагу. Капитан уселся между двумя деревьями за огромным бревном, послужившим неплохим укрытием. Медичка спряталась рядом и стала рыться в сумке.

Удостоверившись, что врагов не видно, капитан дал знак. Шаман с Ли полуприседом двинулись к деревне, скрывшись в высокой траве.

На окраине стояла деревянная наблюдательная башня высотой метра в четыре. Славно сколоченная, умело. Собранная без единого гвоздя. Ли поразился такому плотницкому мастерству.

Вот только дежурного на ней не было. Ли насторожился, но шаман молча поманил за собой.

Они добрались до первой хижины, слепленной из грязи, брёвен и листьев. Вся деревня состояла из полукруга домов, стоявших на разном расстоянии от вбитой в землю огромной жестяной балки. Она будто служила центральной осью поселения. С неё свисали обгоревшие амулеты и обереги из костей животных. Второй полукруг состоял из оранжерей и огородов. Их было так много, что еды хватило бы на роту солдат. На другом краю деревни виднелся ещё один аванпост, пустующий так же, как и первый.

В поселении висела пугающая тишина. Ни гула от людей, ни хлопотливого гомона животных. Даже джунгли заткнулись, оставив молчание наедине с собой.

В сараях людей не было, в загонах мирно спал скот. Ли заметил брошенные инструменты и рассыпанное зерно. Жителей выдернули с мест и увели.

Шаман показал на следы в грязи. Они вели к покосившемуся строению с крестами на крыше, похожему на храм. Его стены были изрисованы красными звёздами, взятыми в круг. Эмблема Союза и Пятиединства. От взгляда на них у Ли заболела голова. Сааксец знаком приказал занять позицию у двери в храм и сам встал напротив. Внутри храма слышались голоса.

Ли приготовил винтовку. Кивнув шаману, он показал три пальца. Тот кивнул в ответ.

На счёт «три» они ворвались внутрь, выбив двустворчатые двери.

— О, нет, — прохрипел шаман и выпрямился. На полу в несколько рядов, валялись мертвецы.

— Так вот куда делись жители, — пробормотал Ли и подошёл посмотреть поближе.

По меньшей мере у половины не хватало голов. Остальные же были так сильно изуродованы, что трудно было понять, женщины то были или мужчины. Вонь стояла неимоверная, повсюду летали мухи. Казалось, сам воздух пропитался кровью. Ли почувствовал прилив возбуждения.

На небольшом постаменте стояла странная коробка с чёрным диском под стеклом. Из неё и раздавались хриплые мужские голоса. Судя по размеренности и чёткости, они оглашали некий список.

— Проклятье. Не может быть, — шептал шаман.

— Что такое, сэр? — поинтересовался Ли, осматривая трупы и корча горестное лицо. Отделали крестьян мастерски, он даже слегка позавидовал. Такое зверство — признак настоящего профессионала, который знает, какой эффект хочет произвести и как его достигнуть.

— Мы дрались не с дружинниками, — сказал шаман, проведя ладонью по лицу. Ли заметил, как он украдкой вытер слёзы. — Это были каратели.

— Как их сюда занесло?

Сааксец подошёл к коробке, издающей звуки, и прислушался.

— Был приказ выдвинуться в этот сектор, — произнёс он. — Найти деревню и переговорить со старейшиной.

— Но как они узнали о нас? — Ли почувствовал, как миссия становится всё интереснее.

— Без понятия, — сплюнул сааксец. — Одно я знаю точно: они пришли сюда, чтобы пополнить ряды рекрутами. Старейшина отказался. Так же, как и в прошлый раз. Именно поэтому они сюда и пришли. Обычно Союз давал возможность трёх отказов. Не в этот раз. Всех жителей собрали в храме, разделили на две группы, и начали казнить по одному, на глазах у их любимых и близких. Когда половине отрезали головы, вторых начали бить и топтать, да так, чтобы их невозможно было узнать. Из второй группы выбрали пять человек и отпустили их в разные стороны, чтобы они рассказали в других деревнях, что значит сопротивляться воле Союза. И воле Отца.

— Это кошмарно! — как можно искреннее вскричал Ли. Его позабавило, что сааксцы оставляют выживших. Первенцы при зачистке деревень не щадили никого.

Сааксец в сердцах отшвырнул винтовку и, облокотившись спиной о стену, сполз на пол. Его губы кривились, а в глазах блестели слёзы.

— И они даже не потрудились похоронить тела, — дрожащим голосом произнёс он. — Дети блудниц. Ты знаешь, что это значит?

Вскочив на ноги и утерев нос, сааксец схватил Ли за шиворот и подтянул к себе:

— Это значит, что их души никогда не упокоятся. Они не встретят предков. Они не останутся в общей памяти. Они пропали для нашего народа.