Один-единственный (ЛП) - Хиггинс Кристен - Страница 43

Отлично. Наберусь терпения. У меня получится. Медленно, глубоко вдохнув, я подавила желание еще раз пнуть Ника, на этот раз в более нежные части тела, и вернулась к подслушиванию. Все равно нечем заняться.

— Может, поговорим о свадьбе, дорогая? — предложил няшный котик.

— Алек, не сейчас! — гаркнула Лэйни. — Ладно? Можем мы просто… посидеть? Пожалуйста!

— Конечно, любимая, — моментально согласился он.

Безнадежно. Этой парочке ни за какие коврижки не ужиться вместе.

— Знаешь, по-моему, Каролина очень симпатичное имя, — улыбнулся Алек.

— Для кого? — буркнула Лэйни.

— Для ребеночка. Для дочки.

Лэйни уставилась на него. На ее лице отчетливо читалась скептичная презрительность.

— Как скажешь.

— Здравствуйте, — приветственно помахала я счастливой паре.

— Не смей, — пробормотал Ник, не отрываясь от чтения.

— Меня зовут Харпер, и я ненароком услышала ваш разговор, — поднявшись, я подошла к их столику. — Не возражаете, если подсяду на секундочку?

— Нет, что вы, — отозвался парень. — Я Алек, а это моя невеста Лэйни.

— Приятно познакомиться. Харпер Джеймс, адвокат по разводам.

— Харпер, — окликнул Ник, поднимая глаза от книги. В его тоне слышалось предостережение.

— Ненароком услышала ваш разговор, — продолжала я, игнорируя бывшего мужа. — Алек, вы, похоже, славный парень. А вы, Лэйни… Словом, послушайте, мне бы хотелось узнать, все ли у вас хорошо.

— У нас все замечательно! — с трагической искренностью воскликнул Алек. — Э-э… а вам какое дело?

— Назовем это профессиональным интересом. Не хотелось бы показаться бестактной, но я чувствую себя обязанной обратить ваше внимание, что если между вами уже сейчас возникают проблемы, это не очень хороший признак.

— Занимайтесь своими делами, леди, — ощерилась Лэйни. На зубах у нее стояли брекеты.

— Позвольте угадаю, Алек, — поспешно сказала я, игнорируя девицу. — Поначалу Лэйни была сама любезность, правда? Но как только вы сделали ей предложение и вручили именную карточку «Америкэн Экспресс»…

— Так, нам пора, — материализовался рядом со мной Ник и потянул меня за руку. — Извините за беспокойство, ребята.

— Откуда вы знаете, что я подарил ей кредитку? — хмурясь, спросил Алек.

— И машину, как я догадываюсь, тоже?

— Не лезьте в чужой огород, дамочка, — огрызнулась Лэйни.

— Алек, если вам приходится так сложно уже сейчас, когда вы, по идее, нежно влюблены…

— Замолчи, Харпер, — прорычал Ник.

— …просто представьте, как… — моя речь оборвалась, поскольку Ник зажал мне ладонью рот, рывком поднял меня с кресла и принялся подталкивать к выходу. Коко послушно потрусила следом, волоча за собой поводок.

— Ой, какая славная собачка! — воскликнула Лэйни, вскидывая глаза на Алека, и ее стальной взгляд преобразился в расчетливо-нежный. — Вот бы завести такую масечку-лапулечку…

— Хочешь, куплю?

— Правда, купишь? Для меня? — Лэйни протянула руку к Коко, но та благоразумно увернулась. Ник освободил меня из своего захвата и поднял поводок.

— Ей нужны только ваши деньги, Алек, — выпалила я. — Обязательно составьте брачный контракт!

— Извините, — бросил Ник счастливой парочке, снова ухватил меня за руку, буквально выволок за дверь и только потом отпустил. Коко уселась и, словно участвуя в сговоре, тоже разочарованно уставилась на меня. — Обязательно надо было такое устроить?

— Какое «такое»? Высказать правду? Попытаться уберечь бедолагу от страданий?

— Не тебе здесь решать, Харпер, — потер глаза Ник.

— Это словно наблюдать со стороны, как машина на скорости девяносто мчит прямо в столб. Я просто не могла промолчать.

— Оставь их в покое. Ради всего святого, это же абсолютно чужие тебе люди. Ты ничего о них не знаешь. Может, в их… отношениях… все нормально.

Я выдернула поводок Коко из его пальцев.

— А как же. У них все нормально, а Бруклинский мост продается (23).

— Ты на всех лепишь ценники, Харпер. Ты очень циничная.

О-о, эти слова… этот снисходительный тон!

— Я реалистка, Ник. Я каждый божий день имею дело с паршивыми отношениями — и зарабатываю себе этим на жизнь. Парень без ума от своей невесты, а она с трудом его терпит. Но он человек обеспеченный, как можно заключить по новехонькому пикапу — вещественное доказательство номер один, ваша честь, — указала я на припаркованный перед нами блестящий черный «шевроле». — Хотя у нее на пальце бриллиант в три карата, у папы с мамой явно не хватало денег на услуги дантиста, потому что она только сейчас надела брекеты — вещественное доказательство номер два. И нетрудно догадаться, кто за это платит. Он хороший человек, из кожи лезет, чтобы девица улыбнулась, а она на него даже не смотрит. Так несправедливо. Им не следует жениться. Ставлю тысячу долларов, она станет ему изменять. Готова спорить, она уже ему изменяет.

Я замолчала, переводя дух. Ник как-то странно смотрел на меня.

— Окно открыто, — приглушенно сказал он.

Ох… засада. Я повернула голову… действительно, засада. Лэйни, теребя кольцо, нервно металась взглядом между мной и своим женихом. Потому что, понятное дело, я была права.

Алек, слегка приоткрыв рот, уставился на меня так, будто я только что огрела его лопатой. Мне жаль, парень. Медленно-медленно он повернулся к своей невесте:

— Ты любишь меня, Лэйни?

Поколебавшись, та натянула на лицо улыбку и взяла его за руку, поблескивая акриловым маникюром, словно когтями.

— Ну конечно, люблю! Ты мой холосенький ковбойчик!

Он купился. Конечно же, купился. Если мужчина сюсюкает, как няшный котик, у него явно отсутствует чувство собственного достоинства. И самосохранения. Что ж, вскоре у кого-то из моих собратьев по адвокатскому ремеслу появится новый клиент.

— Пойди погуляй, — негромко велел мне Ник. — Встретимся возле машины через двадцать минут.

И я пошла. В желудке плескалось незнакомое чувство; мне потребовалось какое-то время, чтобы опознать его. Стыд. Я знала, что права. Все сказанное мною сбудется, готова прозакладывать кусок своей печени вместе с почкой. Разве это плохо — попытаться спасти няшного котика от разбитого сердца? Конечно, лучше бы горькая правда исходила не от постороннего человека, но по крайней мере, парень ее услышал. Может, сегодня посреди ночи он прозреет. Бросит эту Лэйни, найдет добросердечную девушку, которая оценит его по достоинству, и все закончится хорошо.

А может, и нет. Может, он женится на этой охочей до денег интриганке, и они будут жить долго и несчастливо.

Разочарование на лице Ника… вот от чего мне делалось больно. Гадство.

Быть правой — это, увы, еще не все, что нужно для счастья.

Коко, которая семенила рядом со мной, быстро перебирая крепкими лапками, остановилась, чтобы обнюхать один из четырех здешних фонарных столбов. Вокруг сновали по своим делам горожане: мужчины в джинсах и фланелевых рубашках, зеленых кепках с эмблемой компании «Джон Дир» или — в редких случаях — в ковбойских шляпах; женщины примерно в таких же практичных и прочных нарядах. Я же в своих льняных брючках, розовой шелковой блузке, серебряных браслетах и дорогих туфлях определенно бросалась в глаза.

Мне не хватало Ким, которая относилась ко мне с симпатией. И Денниса, который ни разу не разочаровывался во мне и не заставлял мучиться, чувствуя себя неправой или неверно понятой. Я скучала по Уилле, которая любила меня даже тогда, когда я указывала ей, чего не следует делать. Хотя, с другой стороны, сестра во всех видела только хорошее.

Каково оно — мыслить подобным образом? Доверять всему миру, полагаться на людскую доброту, как это делает Уилла, пускать события на самотек… в ее исполнении это выглядело проще простого. И, естественно, не приносило богатых плодов. А теперь она замужем. Останемся ли мы близкими, как прежде? Поскольку мы с ней не знали друг друга с рождения и прожили врозь ранние годы становления личности, наша внутренняя связь, вероятно, не столь сильна, как у родных по крови.