Девочка Хозяина Порока (СИ) - Гур Анна - Страница 46

Ее холодность меня ранит, что-то внутри звенит от напряжения, от понимания, что не все так, как показывается на первый взгляд.

Почему не хочет, чтобы я влезала? Связано ли это с ее тайным клиентом, о котором здесь никто ничего не говорит?

Сколько же вопросов, которые даже если я озвучу, не получат ответов от закрытой танцовщицы, опять теребящей крестик на шее...

Олли… Оливия.

Кто же ты? Что скрываешь?

- У тебя точно все хорошо? – опять задаю вопрос и на краткий миг взгляд стриптизерши словно дрожит, там проскальзывает тревога и… беспокойство.

Будто обо мне волнуется. В фильмах в таких случаях часто говорят – меньше знаешь, крепче спишь…

Эта странность молчаливого обмена взглядами между нами длится секунду. Но в конце концов я понимаю, что мне показалось.

Олли совершенно спокойно замечает, немного свысока даже:

- Я начинаю новую жизнь, завязываю с прошлым!

Звучит как-то грубо. Бьет по больному.

- Хорошо, тогда удачи тебе. Я рада, что у тебя все хорошо, - отвечаю отстраненно, делаю шаг назад.

На мгновение Олли медлит, рука поднимается и опадает, словно хочет обнять, но произносит сухо:

- Прощай, Изабель. Я рада, что ты с Роллом была в моей жизни.

Разворачивается и уходит в противоположную сторону от меня, а я смотрю в след этой девушке и понимаю, что Оливия не пропадет в жизни.

Выдыхаю, одно то, что ее так спокойно отпустили из клуба, говорит о том, что подруга была права, считая Кириана вполне цивильным бизнесменом. Это дает надежду и мне, что в положенный срок мой хозяин все-таки меня отпустит, и не станет удерживать силой.

Пусть у тебя все будет хорошо, Олли…

Едва шевеля губами, шепчу свое благословение, когда фигурка странной и непонятной девушки скрывается за поворотом.

Оливия сделала свой выбор. Она смогла уйти. Да и как по мне - всяко лучше, чем быть лотом в “Крейзи-меню”.

После обвинений Роба, на душе кошки скребут и гадят всем скопом. Меня макнул лицом в нечистоты тот, из-за которого я и оказалась в подобном клубе.

Накатывает чувство дикой усталости. Моральное истощение. Нервы сдают. Не могу больше терпеть этот ужас.

Быть рядом с Гором - пытка. Дышать с ним одним клубным воздухом - проклятье. Сама возможность столкнуться с хозяином в клубе, или лицезреть его шлюху, которая каждый раз пытается уколоть по больнее - испытание…

Собираюсь и вылетаю на улицу. Воздух прохладный освежает и заставляет немного прийти в себя.

Быстро иду прочь от чертового Порока, буквально тону в своих не слишком радужных мыслях, когда слышу окрик охранника:

- Иза, подожди! Оглохла что ли! Стой говорю! Хозяин приказал…

Секюрити с постовой - тот самый добродушный амбал с приплюснутым лицом неотягощенного умом убийцы, быстро идет в мою сторону, а я ничего не понимаю, застываю у самой кромки дороги.

Что от меня им всем от меня нужно?!

Вопрос вертится на языке, но я не успеваю спросить.

Ничего не успеваю.

Даже вдохнуть не удается.

Рядом с визгом тормозит черный фургон с затемненными окнами, я бросаю взгляд на озверевшего защитника, который тянет руку к кобуре и срывается на бег, но двое крепких мужчин скручивают меня.

А я, как дура вспоминаю, что в таких случаях принято кричать: Пожар!

Так во всяком случае говорилось на уроках самообороны. Но инструкторы явно забыли нас предупредить, что когда с тобой работают профессионалы, ты ничего сделать не можешь...

Даже дышать.

Только чувствовать…

Игла пронзает кожу. Больно. Укол в шею и холод от вкаченной в меня дряни, распространяется огнем.

Меня окутывает панический ужас на пополам с темнотой.

Она заползает в глаза, распространяется изнутри черным туманом, вырубает.

Меня тошнит. Кажется, что слышу грохот выстрелов. Хочу поднять безвольно упавшую голову, увидеть происходящее.

Хочу наедятся, что вечно веселый задиристый парень с пропускного, жив...

Но не могу…

Ничего не могу.

Свинцовая тяжесть наваливается на веки, и они захлопываются. Последнее, что слышу - скрежет покрышек и хлопок двери фургона, который отсекает меня от окружающего мира…

Глава 39

Резко распахиваю глаза. Выныриваю из вязкого дурмана. Подрываюсь с кровати и падаю обратно без сил, перед взором карусель, все кружится.

- Иза… во что… ты опять... вляпалась?

Бессвязно бурчу себе под нос, пытаясь понять, что со мной произошло.

Люстра на потолке мне явно не знакома. Огромная, хрустальная, плывет и мерцает так, что глазам больно.

Прикрываю веки. Картинка воспоминаний. Обрывки. Спина уходящей Оливии… Охранник и… О, Боже!

Фургон. Перестрелка. Меня похитили!

Чтобы успокоится, считаю до ста. В руках нет сил, но все же ощупываю себя. Я в своей одежде.

Уже легче.

Пытаюсь сесть. Не получается. Даже головы от подушки оторвать не могу. Усилие и перед глазами водоворот из пляшущих черных мушек.

В горле дерет нещадно. Понимаю, что дико хочу пить. Губы потрескались. Кажется, что у меня на языке пустыня Сахара.

- Пить…

Жалобно скулю, но рядом ни движения. Я одна. Явно в спальне, а не в подвале. Не знаю даже в этой ситуации что хуже.

Мое без того ужасное состояние ухудшается с каждой секундой. Со мной что-то происходит. Начинает колотить так, что зубы отбивают барабанную дробь.

Опять пытаюсь открыть глаза, не могу.

Пугаюсь.

Мне что устроили передозировку какой-то гадостью?!

Сердце бьется о ребра и болит.

Слышу хлопок двери. Шаги. Кажется, что в комнату вошли несколько человек.

Хватка в волосах. Меня стаскивают с кровати, брыкаюсь, но, по сути, просто вяло трепыхаюсь. Каждое движение дается с трудом.

- Блядь, Вы че сделали?! Мне эта сука в адеквате нужна! – грубый мужской голос и сильные руки на моем безвольном теле.

- Да ничего особенного. Седативное вкололи. Может у нее непереносимость? Хрен знает.

Мне раскрывают веки и я сталкиваюсь с колючим взглядом незнакомого мужчины.

Воспоминание ударяет под дых.

Узнаю того самого лысого ВИПа. Вблизи он еще страшнее. Комплекцией в вепря. Массивный, злой бычара, готовый задрать жертву на смерть.

Резкий толчок и мое безвольное тело падает, но поцеловаться с паркетом я не успеваю, меня подхватывают еще одни руки. Не такие сильные, как у Вепря.

- Мне ее трупак раньше времени не нужен. В порядок привести.

- Может врача?

- Ага и полицию с пожарными сразу зови, увалень. Тут явный передоз. Не мне учить, как откачивать.

- Босс, так девка слабенькая.

- Мне насрать. В себя приведите. Я бревна не трахаю.

Опять теряюсь в черноте. Не хочу отключаться. Сопротивляюсь, но сознание само покидает меня.

Резко подрываюсь от того, что кто-то меня трогает. Это ощущение чужих шершавых пальцев на теле столь ужасно, что меня начинает тошнить.

С меня самым страшны образом буквально сдирают одежду. Рвут, кромсая тело парезами.

-Давай, цыпа, Гор лучших шлюх себе оставляет, покажи, что умеешь…

Голова уже не такая тяжелая. Мне лучше. Глаза распахиваются сами собой, и я в ужасе вижу перед собой лицо лысоголового страшного Вепря.

Он нависает, вдавливает меня в кровать своим огромным телом. Слезы начинают течь из глаз, руки упираются в сильную грудную клетку.

Его большие ладони до синяков сдавливают грудь через лифчик и выбивают оханье.

Далекое от наслаждения.

- Не… трогай…меня.

Губы с трудом шевелятся, но с каждой секундой я чувствую мышцы, которые подчиняются. Ощущаю свое тело.

Лысый громила мнет меня, улыбается на мое шипенье.

- Редко так от бабы кроет. Ты мне сразу зашла.

- А ты мне нет! Отвали! Я принадлежу хозяину клуба!

На миг лицо со шрамом искажается, и сильная рука с мясом срывает с меня лифчик.