Чёрный и Зоя. Без крыльев (СИ) - Ростова Татьяна - Страница 54

Зайдя во двор по дорожке, выложенной настоящими булыжниками, а не обычной декоративной пластинкой, друзья попали в заплетённый виноградом лабиринт. Закат уже отпылал на западе, пока они подъезжали, и здесь, в полумраке вечера, было по-деревенски уютно и дышалось всей грудью.

Вдруг им навстречу от дома отделилась высокая, тучная фигура и тут же заговорил громкий мужской голос:

— А это ещё кто? Да неужели малолетки — Чёрный и Мистик? Обалдеть, ёб… О, да тут и дамы, прошу прощеньица, — добавил он тише, наклоняясь над Зоей, которая ему не доставала макушкой и до груди.

— Привет, Грица, — усталым голосом произнёс Чёрный, — мы бы и до дома доехали сегодня, но уж очень задница деревянная, пустишь переночевать?

— Твоя. гм… задница дряхлеет? Да ладно, заходите. Это твоя, Мистик? — спросил тихо Грица, кивая на молодую женщину, по старинке хватая молодого мужчину за предплечье очень и очень больно.

— Нет, это Зоя — подруга Чёрного, — спокойно ответил он, но от Грицы не укрылась нотка язвительности в тоне Мистика.

Все они зашли на ярко освещённую высокую террасу дома, тоже оплетённую виноградом, что немало удивило Зою, раньше она считала, что в таком обилии это растение растёт только у них на юге.

Из двери дома вдруг выскочила высокая молодая девушка и резко остановилась, во все глаза глядя на троицу.

— Чёрный! Это ты? Привет! — воскликнула она и подбежала, звонко чмокнув мужчину в заросшую донельзя щёку.

— Привет, коза, как жизнь? — искренне улыбнулся он.

— Нормалёк, о, и Мистик тут! Привет, — с ним она тоже поцеловалась и тут же перевела заинтересованный взгляд на молодую женщину, у которой почему-то даже губы были белее снега. И потому она молодой девушке показалась при ярком освещении абсолютно невзрачной.

— Ладно, Эля, хватит, беги, говори матери, что у нас гости, — поторопил девушку Грица.

Зоя опустилась в плетёное кресло, заметив, как пристально её разглядывает и хозяин дома, и его красивая дочка.

Тряхнув короткими чёрными волосами, она исчезла в доме, крича на все комнаты: «Мама, Чёрный с Мистиком приехали!»

— А она уже совсем выросла, — заключил Чёрный. — Это мы такие старые.

— Нет, это я такой уже старый, а вы — молодые кобели, чтобы и носа в её сторону не поворачивали. Прошу прощеньица, — обратился он к Зое. Та натянуто улыбнулась и отвела глаза.

Снова почти бегом вышла Эля вместе с женщиной лет пятидесяти, очень похожей на дочь — статной брюнеткой с синими глазами.

— Давно вас не видели, — заключила она, тепло смотря на молодых мужчин. Потом её взгляд удивлённо перешёл на Зою. — Пойдёмте, я покажу вам с Мистиком вашу комнату, примете душ перед ужином.

Чёрный хохотнул, но ничего не сказал, повернувшись к другу, на его лице была недобрая усмешка.

Мистик покачал головой и проводил взглядом Зою, которая поднялась с места и проследовала за высокой женщиной, оставив на террасе мужчин и девушку. Эля плюхнулась с размаху на её место.

Пройдя сквозь вереницу хорошо обставленных комнат, Зоя зашла в небольшую за хозяйкой и огляделась. Уют и мягкий свет понравились ей.

— Располагайтесь, как вам удобно, душ я ещё покажу. Как вас зовут? — деликатно спросила женщина.

— Зоя. Но я не девушка Мистика, — не выдержала она и сказала всё-таки.

— Нет? О, извините, вы… очень гармоничная были бы пара. А тогда… Славы? — удивилась хозяйка и на кивок молодой женщины заморгала. — Извините меня, я никогда бы не подумала, что этот бобыль когда-нибудь будет рядом с такой девушкой.

Встретив непонимающий взгляд Зои, женщина начала оправдываться:

— Вы кажетесь не такой, как рядом с ним обычно… до вас, то есть. Ну, ладно, это хорошо, что он остепенился и повзрослел, наконец. Меня зовут Юля, вот здесь, в начале коридора, душ. Ужин я накрою через полчаса.

— Спасибо большое.

Хозяйка вышла, а Зоя опустилась на постель и ещё долго так сидела, глядя неосмысленным взглядом в ковёр на полу.

На террасе тем временем Грица откровенно веселился, удивляясь и подцепляя Чёрного насчёт такой серьёзной девушки. Тот отмалчивался, и вскоре хозяин понял, что это неспроста, а здесь кроется что-то сложное.

Эля же не спускала с мужчины восторженного взгляда. А когда вышла к столу Зоя, она поджала губы и стала дерзко разглядывать молодую женщину.

Зоя несмело улыбнулась девушке, вспоминая свою воспитанницу Алёну, которая уже вышла замуж за Славного и уехала с ним путешествовать по Европе, о чём мужчина давно мечтал. Но эта девушка — Эля, была вовсе не такой миролюбивой, как Алёна, и она что-то явно испытывала к Славе, Зоя почувствовала её враждебность.

За ужином, который состоял из картофельного пюре, овощного салата и пышных котлет, а на десерт дрожжевые оладьи со сметаной, разговор крутился вокруг «Байк-шоу» и «Байк Рок Феста». Потом перешёл на троих старших детей Грицы и Юли, которые жили в Москве.

Зоя с аппетитом ела вторую порцию, отказываясь от вина. Выпив полбокала и чувствуя, что пьянеет, женщина решительно отставила его от себя, ей никогда не нравилось то чувство, когда перестаёшь себя контролировать.

— А ты не выходишь ещё замуж? — спросил Чёрный у Эли.

Грица фыркнул, подняв и опустив свои мощные плечи.

— Пусть закончит учиться сначала. И мозгов к тому времени будет побольше.

— Папа, хватит обо мне говорить, как будто мне пятнадцать, — оскорблено сказал Эля и обворожительно улыбнулась Чёрному, как бы говоря «мы то знаем, что это совсем не так, верно?» Зоя смотрела на это, распахнув свои большие глаза, и с ужасом видела, как её любимый ответил хитрой улыбкой на улыбку девушки.

— Нет, замуж я ещё не выхожу, а зачем? Чтобы связать себя сразу? — заявила она.

— Вот ты и доказала, что мала ещё умом, — заключила мать.

— Почему же, я с ней совершенно согласен, — возразил Чёрный. — Связывать себя — нет этого хуже.

Мистик перевёл взгляд с друга на Зою, и заметил, что его слова причиняют ей сильную боль. Она рассеянно трогала вилку тонкими пальцами и старалась изо всех сил сосредоточиться на этом действии, чтобы не выдать себя и своё отношение.

— Ну, конечно, Чёрный, все знают об этом, то-то я смотрю, ты приехал один, а подруга твоя — так похожа на остальных. Взрослеешь, мой мальчик, умнеешь, хотя и не хочешь это принять.

Чёрный расхохотался, но его смех не был естественен:

— Грица, ты психологом подрабатываешь? Не знал. У тебя отлично получается. Зоя действительно моя женщина, но мы с ней оба свободны, понимаешь? И в этом прелесть.

За столом стало тихо после этих слов, и все, как по команде, посмотрели на светловолосую молодую женщину.

Она подняла голову, щёки её загорелись румянцем, и, глядя в непроницаемые, без зрачков, глаза любимого, Зоя произнесла:

— О, все прекрасно знают, что такую прелесть можете позволять только вы, мужчины. А мы, если бы и захотели, сразу же перестали бы быть вашими женщинами, разве не так? Ты нечестен с собой. Свобода — это вами придуманное понятие, для того чтобы объяснить самим себе своё непостоянство.

Сказав это, она поблагодарила хозяйку за отличный ужин, и спросила позволения прогуляться по саду. Все изумлённо проводили её взглядами, никто никогда не думал, что с Чёрным так может кто-нибудь из женщин разговаривать. Глупые дурочки, что обычно окружали его, никогда прав не качали.

Зоя была в голубых джинсах и в одной льняной блузке с длинными рукавами. Холодно не было, но молодая женщина зябко повела плечами совсем не от ночной прохлады. От страха.

После сегодняшнего дня, полного молчания, пренебрежения к ней и под конец — позорного унижения словами о свободе в их отношениях, Зоя не сомневалась — Слава не хочет быть с нею вместе. А это значит, что она теряет его. В её 34 года у неё не оставалось ничего, кроме любви. Да, Господь наградил её этим чувством, но наказал слишком упрямым мужчиной, долго живущим в одиночестве. Он считал, что неспособен к полной близости — она чувствовала это. И переубедить его было невозможно.