Мистик (СИ) - Ростова Татьяна - Страница 29

— Не ори, заткни и ссыкушку, я предупредить пришёл, — быстро проговорил он, приблизившись к Вике настолько, что слышен был изо рта сильный спиртовой запах — свидетельство вчерашней попойки.

— Если ты не свалишь в ближайшее время, тебя замочат. Многих замочат, я предупреждаю — рви когти к мамочке. Иначе — беда. Это я по старой памяти говорю, — усмехнулся он и ущипнул её за щёку, как это делал раньше в минуты близости.

Вика дёрнулась от его прикосновения, едва улавливая смысл сказанных слов. Ей казалось, что ещё минута, и она прямо здесь свалится в позорный обморок от страха. Прижав к себе дочь так, что буквально распластала её по себе, женщина безумными глазами смотрела на Валеру.

Тот серьёзно кивнул и сделал шаг назад, когда двери лифта снова открылись. Даня дёрнулся было к маме, весь зарёванный и ничего не соображавший, но, заметив отца, в страхе остановился и замолчал, искривив рот.

— Беги, — чётко произнёс Валера и исчез, оттолкнув консьержку, прибежавшую на детский плач у лифта.

Вика ничего никому не сказала, но приняла решение — ни за что не уезжать. Она никогда не будет крысой, которая спасается бегством с тонущего корабля.

Было непривычно прийти в «Прист» не на работу, а просто развлечься. Она сидела, как на иголках, и машинально оглядывалась по сторонам, следя глазами за гостями, не сделают ли они жеста, подзывая официантку.

Мистик с улыбкой следил за ней, пока тихо не рассмеялся.

— Викки, отдохни, а? Ты бы видела себя со стороны. Всё, я увольняю тебя с понедельника — это уже кошмар. Мы ужинать всю жизнь будем только дома? А у меня работа — сама видишь, какая, постоянная веселуха. Даже если она не лезет в горло, — мрачно добавил он.

Молодая женщина напряжённо сложила ладони и стала дышать на них — они совсем замёрзли от того, что она сильно нервничала.

— Не обращай внимания, я устала просто, — ответила Вика, принявшись перекладывать меню с места на место. Потом вдруг открыла его и стала читать, не видя букв. Она ведь знала его наизусть. Подперев щёку рукой, долго смотрела туда.

— Ну, что скажешь? Давай выпьем сегодня? Мне хочется, чтобы мы немного расслабились.

Она пожала плечами, с усилием улыбаясь.

— Хорошо, Миша, на твой вкус. Дай вспомню — мартини «Rosso» неразбавленный, так?

Он покачал головой: — Нет, сегодня очень, очень много мартини.

— И я… и мне, — она тяжело сглотнула и снова улыбнулась. В глазах же нервно дрожали слёзы.

Если бы молодая женщина хоть раз заплакала после выписки, было бы намного проще, как считал Мистик, но она всё всегда привыкла держать в себе. Иногда он хотел, чтобы она заплакала и пожаловалась, как это делала Зоя, если Чёрный обижал её своими выходками, характер друга был не подарок.

В зале сейчас играла рок-группа «Декабрь», специально приглашённая для своего небольшого концерта. Людей в зале сидело не слишком много, в основном свои ребята, члены мотоклуба — они перестали бывать где-либо ещё после начала войны с таинственными и жестокими «Беспредельщиками».

Вика стала наблюдать за солистом группы, поющим приятную песню по-английски. Подбежала молодая официантка — Лена, они были очень дружны с Викой.

— Приветик, — легко выпалила девушка, — что будете?

— Привет, — искренне улыбнулась Вика. — Давай фирменное на сегодня. А ты?

Мистик следил за лицом Вики и не сразу ответил, невероятно красиво изогнув рот: — То же самое, и донской салат. Острую нарезку из румынского. А после, через час-полтора, подашь шашлык. Мартини «Rosso», — он поколебался, — и апельсиновый сок.

Лена подняла брови, быстро записала и исчезла, как фея.

Вика смотрела на него через столик всё то время, что он говорил. Миша был в серой толстовке, а поверх неё — кожаной жилетке с цветами мотоклуба. В последнее время он почти не снимал её, подчёркивая свою принадлежность к членам клуба. Тёмно-каштановые волосы его отросли, и мягкими волнами закрывали уши и шею. Она спрашивала его, будет ли он их отращивать, он сказал, что «да». Когда-то у него были длинные волосы, и он собирал их в хвост — Ева попросила его обрезать, её очень раздражал образ волосатого байкера. Теперь внутри у Мистика многое поменялось, и он снова отпускал волосы.

Им Лена принесла напитки и холодные закуски и снова исчезла.

— Вот — наконец-то, единственный раз в жизни хочется напиться, а совесть не позволяет, — сказал Мистик и быстро налил в бокалы напиток. Вике он его немного разбавил, но чуть-чуть.

Они чокнулись, быстро улыбнулись и выпили.

— Скажи, а твоя подруга — Милена, она что-нибудь знает о том, что ты лежала в больнице? — спросил Мистик, рассеянно положив на тарелку мясной охлаждённый рулет по-румынски.

Вика долго молчала, потом он сообразил, что она отрицательно качает головой.

— Что бы я ей сказала? Что меня какой-то уголовник, которого мой муж боготворит, ударил ножом в спину?

— Ладно, проехали, просто я хотел устроить небольшой праздник — типа новоселья, когда переедем в новую квартиру, пригласить Чёрного с Зоей и эту Милену. Знаешь, чтобы вы, девчонки, немного расслабились, да и мы тоже. Обстановка, я тебе скажу, не пожелаешь и врагу.

— Что же здесь может быть весёлого, — угрюмо сказала Вика.

Мистик нахмурился, они постоянно съезжали в разговоре на одну и ту же тему, а так хотелось сегодня хотя бы об этом не думать.

— Не надо, Вика, — попросил он тихо и положил ладонь сверху её руки на льняной красной салфетке. — Давай лучше выпьем ещё.

Скоро им принесли горячее блюдо, и поскольку сегодня это был обжигающий узбекский плов, пришлось шашлык по времени отсрочить на два часа.

Но у Вики почему-то особенно не было аппетита. Она ковырялась в тарелке и больше налегала на коктейль, который ей делал Миша, и курила. Пепельница у них на столике постоянно чадила.

— Я давно хотел поговорить с тобой о сигаретах, — снова неудачно начал Мистик, но было поздно, реплика брошена. — Ты давно куришь?

— Нет, после того, как родила Дину. Очень нервничала, думала, что так расслабляюсь, и втянулась. Тебе не нравится?

— Я бросил очень давно, а перед этим очень долго и много курил. Подумай, может, и тебе стоит, тем более, у тебя ещё и стажа почти никакого нет. Дальше будет хуже, начнёшь кашлять…, - он замолчал на полуслове, улыбнувшись одной стороной рта. — Продолжать?

Вика немного расслабилась, тихонько рассмеявшись: — Не стоит, я поняла.

Он долго смотрел прямо в глаза, не отрываясь, и молодая женщина немного смутилась.

— Мне так хорошо с тобой, — сказал он низким, еле слышным голосом. — Ты знаешь об этом?

— Догадываюсь, — так же внимательно глядя на него ответила она. — Ты имеешь в виду постель?

— Не только. Вообще.

Вика чуть прикрыла веки, ощущая, что совсем опьянела.

— Мне тоже — очень хорошо с тобой, — произнесла она с закрытыми глазами. — Но я не знаю, как сделать ещё лучше.

Мистик уловил столько напряжения в её голосе, что невольно выпрямился на стуле.

— Зачем ещё лучше, не нужно.

— Я надоем тебе, как и Валере, всегда так происходит. Всё имеет завязку, развитие, кульминацию и конец.

Миша покачал головой: — Ты рассуждаешь, как когда-то мой друг — Чёрный. И ничего, встретил Зою, полюбил её, правда, не сразу. Мучительно это у него всё было.

— А ты её полюбил тоже мучительно? — вдруг спросила Вика, следя за его реакцией.

— Я её полюбил? — сделал вид, что удивлён. — Откуда такие мысли?

Молодая женщина пожала плечами: — Догадалась. Ты иногда так смотришь на неё, будто жалеешь, что она сидит не рядом с тобой и преданно смотрит не на тебя. Я не могу описать твой взгляд, такой задумчивый, печальный.

Миша покачал головой: — Я когда-то поддержал Зою в тяжёлый момент её жизни, когда она оказалась брошенной Чёрным и узнала, что беременна. Тогда и стали очень близкими друзьями, может быть, с моей стороны это было несколько больше, чем дружба. Потом Чёрный попал в аварию, она — ни царапины. И я снова был рядом, снова поддерживал её. — Он пожал плечами. — Может быть, потому я так и смотрю на неё. Но я не влюблён. Она жена моего лучшего друга, мать его детей, она мой друг. Но…