Город из стекла (СИ) - Велизарова Мия - Страница 28

– Тоска, – бросив телефон, Адель со вздохом потянулась за столом. Кресло жалобно заскрипело, и Ден обменялся с напарницей сочувствующим взглядом. – Денис, сгоняй за тортиком, будь добр.

Мотоцикл, к слову, Аркадий все же вернул, как и обещал. Правда, не лично, а через помощника. И у подъезда Дена ждал еще один сюрприз: до боли знакомая фигура, привычно устроившаяся на кожаном сидении. Блудный братик явился, блин.

Одет был Игорь в то же самое пальто, рядом красовался черный зонт-трость с резной ручкой, а сам он неспешно наслаждался горячим капучино.

– Дежавю! – отсалютовал он Денису. – Какое приятное совпадение. Ты же не против, друг?

– Слезай.

Хитрец покосился было на раздутый пакет: драться с тортом в руках не самая хорошая идея. Но все же сместил пятую точку на полметра в сторону, пристроив тут же на парапет пакет из пекарни.

– Могу угостить, – обсыпанным пудрой круассан сделал пару заманчивых па в воздухе. – Понимаю, так себе компенсация за моральный ущерб, но все-таки.

– Скорее, аморальный. – Ден совсем не горел желанием беседовать, но одна мысль вдруг показалась ему забавной. Правда, он уже знал, как к ней отнесется Тоня. – Снова заявился к сестре денег клянчить?

– Обижаешь, камрад, – Игорь демонстративно сунул руки в карманы, бренча мелочью. – Видишь? Я полностью обеспечен, как и полагается взрослому человеку.

– А работаешь где?

– Работа, мой дорогой друг, не всегда предполагает наличие денег. Я-то думал, к своим годам ты уже успел понять эту простую истину.

– Я вот одного не пойму, – Ден заслонил ему дорогу. Верзила смерил его насмешливым взглядом с высоты своих метр девяносто. – Почему мне твоя рожа кажется такой знакомой? Мы раньше не встречались?

– От рожи есть проверенное средство: лягушачья икра и красное сукно, – усмехнулся Игорь. – Народный метод, должен помочь. А вообще это ты у нас экстрасенс, в заоблачные дали летаешь. Куда мне грешному за тобой угнаться. Шарлатан я, вот кто.

Похлопав Дена по плечу, верзила аккуратно пристроил пустой стакан в ближайшую мусорку, а круассан раскрошил на радость подоспевшим откуда ни возьмись голубям.

– Слышь, а тебе подработка не нужна? – сам не зная, зачем, крикнул ему вслед Денис. Шансы, конечно, невелики, но вдруг?

– Нет, – решительно заявила Тоня, когда он заикнулся о новом кандидате. – Нет, нет и нет! Через мой тру… да нет, я из гробницы восстану, а его сюда не пущу! И как, скажи на милость, ты на него вышел вообще?

– Вообще, это он меня нашел, – огрызнулся Ден. – Хорошо, но ведь у тебя и второй брат есть? Программист, тем более…

– Пашка? Он за такую зарплату клавишу на клавиатуре не нажмет! – отмахнулась девушка. – Это мы тут за светлое будущее батрачим, извините, конечно, Адель…

Адель, как ни странно, промолчала. Даже не принялась, как обычно, выспрашивать психологический портрет потенциальной жертвы, что заставило Дениса насторожиться. Знакомы они, что ли?

Ну, а чего он удивляется? Экстрасенс Игорь или еще кто, но раз уж оказался в радиусе ста метров от офиса, точно не избежал радаров Чудимировны. Малейшую крупицу одаренности та чувствовала за версту, а уж после очной ставки с ней мало кому удавалось уйти, не подписав договор – некоторых, правда, начальница по доброте душевной отсылала в другие подразделения, а сама в итоге так и осталась с ними двумя.

Сапожник на безрыбье, или как там…

– И где он, твой протеже?

– Внизу, ждет решения суда, – Денис выглянул в окно и тихонько выругался про себя. Зонт по-прежнему красовался у парапета и уже успел привлечь внимание дворника. Плохая привычка, разбрасываться вещами. Сегодня зонт, в тот раз трость… Самого Игоря, конечно, уже и след простыл. Сбежал, хитрец.

***

В парке в будний день было немноголюдно. По аллеям молодые мамочки катили разноцветные коляски, пара пенсионерок не спеша прогуливались под ручку и, судя по осуждающим взглядам, беседовали о том, как низко пали мужики, прохлаждающиеся у пруда вместо того, чтобы вкалывать день-деньской в офисе. Игорь одарил обеих лучезарной улыбкой и продолжил сосредоточенно крошить батон. Вообще-то он и вышел хлеба купить, только волей судьбы оказался сначала возле Тонькиного офиса, а теперь вот позарез захотелось накормить голодающих уток.

Пашка, если узнает, будет возмущаться. Неспроста к нему с детства приклеилось прозвище Хлеборезка. Никто в семье так не зависел от хлебобулочной продукции, как младший. А еще их гений-ребенок никогда не проигрывал в шахматы. Угадайте с трех раз, каким было требование победителя?

– Слышь, в тебя как не в коня корм, – беззлобно выругался утром Игорь, вытряхивая из коридорной Пигги пригоршню мелочи. Не богато, ну да на пару батонов хватит. Так уж сложилось: берешь хлеб – сразу умножай на два.

– Что ты бренчишь, заведи уже себе карту, как белый человек, – отозвался Пашка из-за монитора. – И карманы продырявишь.

– Тсс, – брат многозначительно поднял палец, копируя позу думающего орангутана с фото на стене. – В следующий раз я играю белыми.

– Да не вопрос. Бородинский тоже прихвати. И какую-нибудь селедку к ужину.

– Ну-ну, разошелся, гроссмейстер, – подумав, Игорь захватил с собой зонт-трость. Дождя сегодня не обещали, но чего пенять на синоптиков, лучше лишний раз перестраховаться. —Сначала мировой турнир выиграй, тогда и посмотрим.

Из соседней пекарни тянуло божественным ароматом, но цены кусались по-собачьи. Пришлось топать на другую улицу – там, как ни странно, те же самые плюшки продавались задешево. Приценившись, Игорь расщедрился на гречишный батон – это тебе не сладенький багет, его хорошо в тостер, а потом с маслом – ммм, объедение. Только для начала надо пятую точку поднять да дойти до кухни, что для Пашки было настоящим подвигом. Так что шансы, что хлеб продержится пару-тройку дней, возрастали.

Кажется, где-то в том районе он и посеял зонт. Хорошо, что не свой.

– Позволите? – рядом на скамейке пристроился пожилой мужчина. Старенькое, потертое пальто, трость и выцветшая фетровая шляпа. И доброе сморщенное лицо, как у плюшевого боровичка.

– Гуляете?

– Гуляю, – пенсионер поерзал, устраиваясь поудобнее. Утки, сбившись у самого берега беспорядочной пестрой стаей, требовательно крякали. – Полезно, знаете ли, перед обедом.

Игорь чисто инстинктивно сверился с часами. Стрелки показывали половину пятого. Как-то поздновато для обеда.

– Вообще-то им хлеб нельзя, – заметил старик, кивая в сторону пруда. Один молодой селезень нагло схватил самый большой кусок и теперь улепетывал по воде, преследуемый раздосадованными соратниками. – Вон, на том берегу и предупреждение есть.

– А на этом нет, – парировал Игорь. – Как знать, может, на этой стороне особенные утки? А вообще, думаю, птица тоже не дура, сама решит, чем ей лучше питаться.

Тут он заметил, какими глазами смотрит пенсионер на остаток батона, и стушевался. А потом молча протянул старику весь пакет и сходил в ближайший киоск за чаем.

– Кофе брать не стал, вредно, – извинился он, наблюдая, как его собеседник дрожащими руками разодрал хрустящую упаковку и принялся жевать венгерку беззубым ртом. Крошки скоро облепили воротник, на котором виднелся размохрившийся огрызок нитки. – Что ж, и некому пуговицу пришить?

– Детям некогда, – нехотя отозвался старик. – Сын в командировках, дочь за границей. Один вот остался. Хорошо, хоть коммуналку всю оплачивают – вода подорожала, жуть. А мусор, за мусор сколько берут? Это ж бред полный…

Игорь слушал вполуха, согласно кивал, поддакивал. О дальнейшем ходе беседы можно было не беспокоиться. Тревожило одно: возрастающее с каждой минутой желание помочь.

Тоже мне, борец за справедливость и защитник угнетенных. А ведь началось все с уток! Или… после утренней встречи с тем сердобольным спасателем заблудших душ?

Он ведь и тебе работу предложил.

– Мда, дети – цветы жизни, – вздохнул он, осознав, что старик уже давно теребит его за рукав и что-то упорно спрашивает. – Только вот пропалывать их надо, вовремя. Хотите, я с вашими детьми переговорю по душам?