Охотница (СИ) - Гордеева Мария - Страница 37

Я обиженно фыркнула. Тоже мне, я и не претендовала.

– Почему же вы не идете во главе всей деревни? – удивилась я, оглянувшись. Селяне будут здесь через несколько мгновений.

– Чтобы уж наверняка, – ответил вместо мужика Ремар. – Вдруг кто-то из жителей деревни узнает правду, как я погиб. Так ведь, Тарен?

Тарен невозмутимо кивнул и неторопливо вытянул меч из ножен.

– Вы уж не обессудьте, госпожа, – обратился он ко мне, – придется и Вас прикончить, за компанию с этим, – он кивнул на Ремара.

Глаза волкодлака сверкали ненавистью. Казалось, еще немного – и полетят искры.

– Мы же не можем допустить, чтобы кто-нибудь рассказал всем наш маленький секрет. Так что без обид, ладно? – почти дружелюбно закончил муж Элиры.

В это мгновение пришлый маг, до этого безучастно подкидывавший на ладони яркий шарик, атаковал. Ремар выставил щит, и колдуны закружились, разбрасывая кругом шипящие заклятья и прожигая снег до земли. Мне остались два противника. Тарен задумчиво крутанул меч в руке с ловкостью профессионала и нанес рубящий удар сверху. Я едва успела выхватить оружие и сблокировать. Тарен оказался не очень искусным бойцом, или просто не счел меня серьезным противником, но он изо всех сил снова и снова рубил то сверху, то сбоку. Техника не очень оригинальная, но в случае со мной оказалась довольно действенной. О том, чтобы контратаковать или прочитать какое-нибудь заклинание, даже мечтать не стоило: мне едва удавалось уворачиваться, отступая по кругу. Третий мужчина между тем под шумок зашел мне за спину и занес свое оружие над головой. Но он не учел, что скрип снега может предательски выдать приближение противника. Услышав сзади шум, я сразу поняла, какая мне грозит опасность. Вспомнились уроки Герредела, который терпеть не мог честной схватки, утверждая, что победитель всегда прав. После очередного блока я отбросила клинок Тарена в сторону и атаковала «пургой», мгновенно залепившей ему глаза. От удара рукоятью меча в висок мужчина как подкошенный рухнул в снег, но добивать его времени не было. Я резко крутанулась на месте и в последнее мгновение подставила оружие под удар. Клинок жалобно тренькнул, хрустнул и обломился у самой рукояти. Одновременно я выхватила кинжал, преодолела разделяющее нас расстояние и по самую рукоять всадила его в бок противника.

Неприятельский колдун, видя, что остался один против двоих, решил сперва уничтожить более слабого противника, а затем не спеша расправиться с оставшимся. Я только успела заметить, как в меня с умопомрачительной скоростью летит что-то сверкающее. Даже выставить щит не хватало времени. В последнее мгновение успел Ремар. Сверкающий сгусток ударился в замерцавшую завесу прямо перед моим лицом. Раздался взрыв, взвихрился снег, небо и земля несколько раз поменялись местами. Меня отшвырнуло в сторону и, пропахав в снегу широкую борозду, я упала на живот, неловко подмяв под себя руку. По лбу струйкой потекло что-то теплое.

Вражеский колдун атаковал снова, теперь уже Ремара. Тот швырнул в ответ какие-то колючие сгустки и выставил щит. Его противник без труда увернулся от заклинания и издевательски захохотал.

– Это все, на что ты способен?

На его месте я бы не стала так радоваться. Мне было хорошо видно, как сгустки, брошенные Ремаром, ударили в подножье огромной ели. Та словно вздохнула, дернулась и, натужно заскрипев, стала падать… прямо на сражающихся магов. Ремар заметил опасность вовремя, чтобы злорадно оскалиться и помахать другому колдуну рукой.

– Прощай!

Такой размашистый прыжок был не под силу человеку, даже магу. Тот обернулся и, понимая, что не сумеет удержать падающую ель магией, в отчаянной попытке спастись побежал, но, сделав шаг, упал. Я крепко зажмурила глаза, но это не спасло меня от громкого нечеловеческого вопля и отвратительного чавкающего звука. Упавшая неподалеку макушка дерева взвихрила снег прямо мне в лицо.

Открыв глаза, я увидела, как Ремар собирает уцелевшее оружие. Тарен куда-то сбежал, бросив меч. Волкодлак внимательно осмотрел его и засунул за пояс. Моим кинжалом он тоже не побрезговал, вытащил и старательно вытер об одежду убитого. Насторожился и тревожно посмотрел в сторону деревни. Бой занял несколько мгновений, но крестьяне были уже слишком близко.

Ремар изловил мою лошадь, отбежавшую в сторону во время сражения, и невозмутимо пристегнул к седлу свои сумки. Цапнул узду и перекинул через голову Мины. От бессильной злости я закрыла глаза. Это же надо! Он нагло крадет мою кобылу, а я даже пошевелиться не могу, не говоря уже о том, чтобы ему помешать.

Снег скрипнул совсем рядом с моим лицом. Я открыла глаза и увидела сидящего на корточках Ремара.

– Живая? – насмешливо спросил он.

Я промычала что-то утвердительное.

– Будет больно, терпи, – предупредил мужчина.

Неправда, больно не было. Когда он подхватил меня подмышки и рывком поставил на ноги, у меня просто до черноты потемнело в глазах и перехватило дыхание. Ремар вскочил в седло и одним движением втянул меня следом. Тяжело дыша, я откинулась назад, опираясь на мужчину.

– Сейчас будет еще хуже, – радостно пообещал волкодлак и пустил лошадь в галоп.

*

Расстались мы в Тирине на постоялом дворе. Бешеная скачка заняла всю ночь, и во второй по величине город Логнайра мы въехали с рассветными лучами, едва только стража открыла ворота. Я осталась, а Ремар двинулся дальше, купив себе смешного мохноногого коня. Расстались мы быстро, без долгих прощаний и взаимных благодарностей. А как вы представляете себе наши слова? «Спасибо, что спас мне жизнь, хотя вполне мог и убить на месте»? Или еще лучше: «Спасибо, что, по прибытии в Тирин, не пошла в ближайший Корпус Стражей, хотя и знала, что я вряд ли начну вести праведный образ жизни»? Большей чуши в жизни своей не слышала! Поэтому мы неловко потоптались у дверей постоялого двора, избегая смотреть друг другу в лицо, и не зная, что сказать на прощание. «Пока» – это как-то слишком по-дружески. «До встречи»? Ох, сохраните, Боги!

Ремар поднял руку, словно хотел обменяться рукопожатием, но резко отдернул ладонь. На его лице отразилось сомнение. В конце концов! Этот человек… ну, не совсем человек, а волкодлак… да без разницы, кто он! Он спас мне жизнь, а я ему руку не пожму?

Ремар исподлобья посмотрел на мою ладонь.

– Что это? – хмуро спросил он.

– Рука, – я улыбнулась в ответ. – Не волнуйся, она чистая.

Ремар хмыкнул.

– Я убийца, – напомнил он, – и, что самое ужасное, ничуть в этом не раскаиваюсь.

– Я знаю, – я кивнула, терпеливо не опуская руки.

– И не смотря на все…

– Да, – снова кивнула я.

Ремар медленно, не отрывая взгляда от моего лица, протянул ладонь и вложил ее в мою.

– Не умею я прощаться, – смущенно улыбнулся маг.

– Тогда просто не оглядывайся, – посоветовала я.

Ремар кивнул в ответ, вскочил в седло, поколебался с мгновение, но все-таки решился задать вопрос:

– Зачем ты таскаешь с собой эту железяку? – он указал на обломки меча в ножнах на моем поясе.

Я пожала плечами.

– Я училась на Охотника, но не смогла закончить обучение и получить знак мага. Я не могу законно заниматься практикой, а защищать себя как-то нужно.

– Ты – маг, – без тени улыбки перебил меня волкодлак. – Этой привилегией тебя наделяет не какой-то человеческий закон, а сама твоя суть. Не нужен официальный знак, чтобы делать то, что у тебя получается лучше всего. В конечном итоге, от себя все равно не убежишь. Поверь, я пробовал.

Слова Ремара привели меня в замешательство. Запутавшаяся и сбитая с толку, я безуспешно пыталась подобрать достойный ответ.

– Мой тебе совет: избавься от меча, – продолжал нахал, старательно пряча ухмылку. – Согласись, ты все равно толком не умеешь с ним обращаться, используешь как угодно, кроме как по прямому назначению. Вдруг сама серьезно поранишься?

Ремар пнул каблуками бока своего мохнатого конька и, издевательски помахав мне рукой, поскакал к воротам.