По Любви (СИ) - Беннет Нинель - Страница 15

— Понимаете А-андрей В-викторович… — Начала домработница заикаясь и заламывая руки.

— Не мямли! — Гаркнул Калинин.

Его резкий, злой тон ещё больше напугал бедную девчонку и она начала заикаться ещё больше.

— Я в-выкинула, но это П-Полина Анатольевна в-велела… Простите, п-простите!

— Да как ты посмела, Дура?! Сегодня же вылетишь! Собирай манатки и уходи из моего дома!

Рита затряслась, а Валентина Теодоровна закрыла её своей мощной грудью.

— Прекратите это, Андрей Викторович! Молодая же девчонка и не в чем не виноватая! Она ведь обязана вашу жену слушаться. Она ведь в доме тоже хозяйка. Она сказала, Ритка сделала!

— Ты ещё! — Недовольно закатил глаза Андрей. — Хочешь тоже с вещами на выход? Могу устроить! Смотрите ка жену они мою слушаются, а вам кто-то велел её слушаться или, что?!

Женщина покраснела, её светлые глаза расширились, а крупные ноздри раздулись.

— Ну знаете ли, Андрей Викторович! Не вы меня нанимали не вам увольнять. Я столько лет на благо вашей семьи работаю и вот такое отношение ко мне? Я очень удивлена. А Ответ за свои слова буду держать только перед вашим отцом.

Кухарка кинула кухонное полотенце на столик, обтёрла руки об фартук и ухватила Риту за локоть.

— Пойдём, девонька, пойдём! Умоешься. Не плачь напрасно!

— Фея… Приём Земля вызывает одну шикарную женщину! — Герман помахал рукой перед зависшим взглядом Полины и та хохотнула.

— Что? — Девушка перевернулась на левый бок и посмотрела на друга.

— Чего зависла?

— Потолок у тебя красивый. — Лукаво улыбнулась Адамова.

— Что верно то верно.

Они лежали на кровати в комнате Германа.

Потолок здесь представлял собой имитацию мраморной плитки: Полностью чёрной с белыми и серебряными линиями, расколами. Изображениями солнце и луны он представлял собой нечто совершенно нереальное по мнению Полины.

«Настоящее искусство.»

— Слушай, милая… Если ты поругалась с Андреем из-за меня, то… — Начал осторожно Герман.

— Я поругалась потому, что мой муж эгоистичный козёл. — Холодно перебила Полина.

Герман тихо рассмеялся.

— Пожалуй с этим я соглашусь.

— Мне плохо, Гер.

Вдруг честно призналась Полина и сама испугалась этого.

С детства она училась скрывать свою боль от окружающих особенно такую неважную боль — душевную. Ту, что давила глубоко внутри, а не болела снаружи.

Мать считала, что не нужно плакать, нужно быть сильной если хочешь стать настоящей женщиной. Нужно уметь терпеть, держать все в себе. Нужно уметь играть, скрывая истинные чувства.

Ведь только: холодная, скрытная, сильная, искусная любовница, друг, жена, актриса — Настоящая женщина.

И с возрастом Полина привыкла. Привыкла держать боль в себе, молчать. Потому, что не так хорошо или так лучше, а так надо.

— С этого места по подробнее, Фея. — Герман уставился на нее во все глаза, лёг на бок, подложил ладонь под щеку.

— Этот дом будто давит на меня. Хочется забыться, уйти отсюда исчезнуть хотя бы на время… — Вздохнула девушка.

— Я понимаю тебя… Мне вообще не хочется порой в этот дом возвращаться. И давит не то слово.

— Что мне делать?

Герман подумал пару минут, а потом выдал то, что было в его духе.

— Пойдем в клуб?

— В клуб? Какой?

— Есть один. — Неопределённо качнул головой парень. — Идём?

— Ну… Идём. — Неуверенно кивнула Адамова.

15

Полина сжала руку Германа сильнее. Признаться она волновалась из-за неуверенности в своих действиях.

«Ну какой клуб? Не нужно было соглашаться на эту авантюру…»

— Почему мы не можем пройти через ворота как нормальные люди? — Недовольно спросила девушка шёпотом.

— На воротах охрана, есть камеры. Они по любому спросят куда мы направляемся так для справки. Хочешь, чтобы твой муженек разозлился? — Ответ также шёпотом.

— Почему он должен злиться?

Герман развернулся и странно посмотрел на Полину.

— Потому, что Андрей бы никогда не отпустил тебя со мной в клуб.

— И почему же?

— Потому, что он ревнует.

Полина не осознанно покачала головой.

«Кто? Калинин? Меня?!»

— Нет это бред полный… — Вырвалось у девушки.

— Почему? — Усмехнулся Герман. — Твой муж не может ревновать?

Полина не ответила. Не могла же она начать объяснять ему, что изначально никакой брака по любви не было, а был только фиктивный по расчёту и деваться девушке было некуда точнее она и не хотела никуда деваться, боялась сытой жизни лишиться…

Молодые люди подошли к воротам почти в плотную. Герман перебросил свой рюкзак и едва улыбнулся.

— Я сейчас перелезу, а ты за мной! Хорошо, Фея?

— Хорошо. — Нервно кивнула Адамова.

— Эй…

Парень осторожно погладил подругу по лицу, заправил нежный локон волос за чуть оттопыренное ушко и успокаивающе подмигнул.

— Да не трясись ты так. Все хорошо будет, я подстрахую.

Полина кивнула ещё раз.

Герман перелез быстро и ловко почти за неполную минуту, а девушка замешкалась. В юности она была примерной и хорошей девочкой, а примерные девочки через заборы не лазят и из дома не сбегают.

— Давай, красавица. — Поторопил Герман.

Раз, Два, Три!

И Полина уже в сильных мужских руках.

— Оп! Все, а ты боялась. — Ухмыльнулся Герман аккуратно опуская Полину на землю.

— Я нечего не боюсь! — Тряхнула волосами Адамова.

От её воинственного вида Герману стало жутко смешно, но он сдержался. Это стоило ему невероятного усилия над собой, но он сумел. Протянул подруге свою руку и ласково усмехнулся:

— Пойдём, Амазонка. Такси ждёт.

Герман провел Полину вполне себе обычный клуб. Не элитный, но и в грязную забегаловку. Очень, даже приличное заведение.

Девушка постоянно оглядывалась и жалась к другу с непривычки. Играла громкая музыка, весёлые люди пили и танцевали, разноцветные огни отбрасывали тени.

— О! Сейчас с друзьями тебя, познакомлю, Фея. — Герман приветливо махнул компании молодых парней и девушек за барной стойкой.

— Всем привет!

— О Гера, привет. Это, что ещё за Куколка с тобой? — Тёмные хорошо подкрашенные глаза цепко ухватились за лицо Полины. Незнакомка к слову сама была похожа на "куколку".

Чёрные густые волосы, большие глаза, красивый нос, чуть пухлые губки. Идеальная фигура которую выгодно подчеркивало коктейльное красное платье чуть ниже колен.

— Это, Фея. — Гордо ответил Герман.

— Кто? Фея?! — Рассмеялась красотка в красном платье.

— Заканчивал бы ты Герман со своими витаминками… — Хмуро покачал головой чуть полноватый брюнет со слегка плавающим, зелёным раскосым взглядом.

«Витаминки? О чем это он?»

— Короче ребята это моя Фея! Фея это ребята. — Спокойно подытожил Калинин.

— Я Полина очень приятно познакомиться. — Адамова вежливо улыбнулась стараясь казаться как можно приветливее.

— Так Полина значит, ну славу богу! — Хмыкнуло красное платье. — А то я думала тебя реально Фея зовут. Ну мало ли родители бывает такие имя дают. Хоть стой хоть, падай.

— Ну с тобой не особо заморачивались, Натка. — Усмехнулся зеленоглазый.

Ната скривилась и показала ему язык в ответ.

— С тобой тоже не особо. Имечко деревенское — Серёжка коровья лепешка. — Вредно передразнила она друга.

— Что вы как малые дети смущаете, девушку. — Раздался тихий хриплый голос. Темноволосый парень подошёл ближе к Полине.

— Александр. Очень приятно познакомиться с такой прелестной красавицей. — Он взял девушку за руку, поднёс её к губам и поцеловал.

Нежную кожу обжог холод губ и Полина поспешила выдернуть ладонь из чужой хватки.

Сталь серых глаз пронзила.

На лице молодого человека сиял шрам. На правой щеке. Длинный, белый рубец. И нет шрам ничуть не портил его внешний вид. Даже с ним его можно было назвать красивым парнем, но глаза в сочетании с увечьем почему — то напугали Полину.

— Спасибо за комплимент, Александр. — Розовые губы дрогнули и сложились в некое подобие улыбки.