Сольвейг (СИ) - Милано Кристина - Страница 22

Аксель бегло посмотрел на Сиру, и вышел из рабского дома.

Две служанки, которым на велено было разговаривать с Сирой, молча повели ее в баню.

Радость то какая! Понравится воину, дело редкое, но иногда бывало что викинги выкупали у ярла рабынь и женились на них.

Довольная Сира покорно дала себя вымыть в бане, после чего ее тело натерли благовониями и облачили в красивое вишневое платье. Сира прежде не носила таких богатых нарядов!

Служанки отвели девушку в поварню, кухарка грустным взглядом посмотрела на Сиру. Поставив на стол варенное мясо, овощи и ягодные пироги, она так же молча вышла.

Завидует мне, думала девушка наслаждаясь вкусной едой. Теперь после того как Аксель обратил на неё внимание, она не чета им. Сира представила как госпожой будет ходить по двору, давая указания рабам. Как же повезло ей! Видно очень понравилась я викингу, упивалась своими мыслями рабыня.

Когда наконец с едой было покончено, служанки вместе с Сирой вышли во двор. Холодный ветер швырнул в лицо крупные капли дождя. Девушка поморщилась, куда они ведут ее?

Приближаясь все ближе к берегу, Сира увидела викингов, среди которых был Аксель. Викинг накинув на голову плащ, подошёл к женщинам.

Осмотрев рабыню, он довольно кивнул.

— Пойдём со мной.

Сира покорно последовала за Акселем, увязая в мокром от дождя прибрежном песку.

Викинги заметив рабыню, замолкли. Возле ладьи с Ормом стоял Харальд, утирая лицо от ливня.

Сира почувствовал что то не ладное, неприятный холодок прошёлся по спине. Она вопросительно посмотрела на Акселя. Может увезти ее куда хочет? Так что же вещи не сказал взять…

— Ты знаешь зачем ты здесь? — Громко спросил Харальд.

— Нет господин. — Сира поёжилась. Что то не так…

Харальд подошёл к ней. Пускай девка примет свою судьбу!

Девчонка была совсем ещё юной, на вид лет пятнадцать.

— Как зовут тебя?

— Сира господин.

— Тебе выпала большая честь. Сегодня ты будешь сопровождать своего господина в небесные чертоги Одина!

Девушка вдруг покачнулась, земля стала уходить из под ног.

— Ч..чертоги? — Переспросила она, округлив от страха карие глаза.

— Ты все верно расслышала, рабыня. Аксель!свяжите ей руки.

— Нет прошу вас господин! Прошу сохраните мне жизнь! Мама!! — Сира неистово закричала когда викинги схватили ее и принялись связывать руки толстой верёвкой. Она вырывалась, громко кричала надрывая горло.

— Умоляю! Не надо! Мамочка!!

— Заткнись! — Аксель грубо ударил ее по щеке, но это не отрезвило Сиру. Девушка отбивалась ногами, катаясь по мокрому песку, спустя пару минут, викинги наконец связали ее и засунули в рот кляп.

Горькие слёзы стекали по щекам несчастной. Лёжа на песке, под проливным дождем, она прощалась со своей жизнью. Какая же она глупая! В ее мечтах она была уже женой Акселя.

Харальд подошёл к ладье, пора наконец опускать ее на воду, и отправлять Орма в последний путь. Викинг убрал доски, спасавшие погребальный драккар от дождя, откинул холщовое покрывало.

То что он увидел, повергло его в неимоверный шок.

Рядом с телом Орма, лежала мёртвая Хельга.

На груди ее виднелась кровавая рана. Белое шёлковое одеяние, пропиталось кровью и стало алым вокруг. Рядом с ней лежал небольшой женский нож. В руке Хельга держала серебряный гребень, дождь нещадно лил на лицо покойницы.

Небо озарила молния, делая берег на миг светло лиловым.

Харальд посмотрел на Сиру, девушка все никак не могла успокоиться.

— Отпусти девку. — Сказал он Акселю.

Викинги непонимающе взглянули на него.

Не дожидаясь ответа, берсерк сам подошёл к рабыне, и вытащив нож разрезал верёвку.

Он помог Сире встать.

— Ступай. Ты свободна.

Не веря собственным ушам, Сира на ватных ногах стала медленно отходить прочь шмыгая носом, ее плечи дрожали, промокшая насквозь вскоре она бросилась бежать в поселение, несколько раз падая и оглядываясь на Северянина, не передумал ли?

— Харальд! Ты в своём уме? — Крикнул Лейв, дождь стекал по его рыжей бороде, заплетенную в косицы. — Зачем ты отпустил бабу?!

— Идите и посмотрите сами! — Закричал Харальд, сдерживая свой гнев.

Спустя время на берег привели ярла Отара.

Он молча стоял у ладьи, смотря на свою мёртвую дочь, одетую в свадебное одеяние, которая лежала рядом с сыном лодочника. Вот и выдал Хельгу замуж, кольнул его внутренний голос. Пусть на том свете будет проклят Орм!

Не пытаясь укрыться от проливного дождя, Ярл спустя время не сказав никому не слова, пошёл прочь. Спина его сгорбилась, пытаясь не показывать свое горе и в то же время позор перед хирдом, Ярл желал скорее найти уединение. Никто не стал его останавливать. Лишь Одину известно что он сейчас чувствовал.

Викинги стали толкать ладью на воду, Харальд махнул лучникам, которые стояли все это время на пригорке, ожидая его знака.

Горящие промасленные стрелы полетели на погребальный драккар, Харальд положил в лодку факел, и с силой оттолкнул ладью ещё раз. Волна тут же подхватила ее.

Вскоре сено задымилось, затем вспыхнули сухие еловые ветки.

Берег озарило багровое пламя, освещая лица викингов.

Волны все дальше уносили ладью в море, где двое влюблённых навечно отправятся в небесные чертоги.

Глава 11

Сольвейг отказалась жить в доме конунга, и девушке отдали небольшую избу на краю леса.

В благодарность конунг подарил словенке добротную рогатую козу, воины накололи дров и пристроили небольшой амбар для животного.

В избе была всего одна комната с печью и небольшие сени, где стояли походные лыжи и кадка с водой. Леля, а ныне ставшая Сольвейг, была счастлива.

Ингеборг приказала рабыням принести словенке кухонную утварь, пару шкур да тёплые одеяла для предстоящей зимы. Она лично пришла посмотреть как обустроилась словенка на новом месте. Принцесса так же подарила ей пару платьев и меховые сапожки.

Долго Леля привыкала к новому имени, часто произносила его в слух, смакуя, как бы пробуя на вкус. Но после твёрдо решила, раз жизнь теперь новая, то негоже к прошлому возвращаться. Рабыни Лели больше нет! Теперь появилась Сольвейг, свободная Сольвейг!

Девушка радовалась своей свободе, теперь никто не смел ей приказывать и делать что то против ее воли.

Когда выдавались редкие солнечные дни, она все так же ходила в лес и собирала последние травы, которые скоро покроются снегом. Бережно связывала их в пучки, и развешивала сушиться на перетянутой верёвке в избе.

Сентябрь выдался дождливым, по утрам ощущалось дыхание приближающийся зимы.

Харальда все не было, Сольвейг радовалась что варяг не возвращается, может наконец забыл о ней? Зачем ему непокорная рабыня? Только если он вернётся, его ждёт забавная новость.

Часами ходила Сольвейг по лесу, дивясь красотой природы севера. Многочисленные фьорды и водопады поражали своим пейзажем. В родной деревне были поля, да небольшой лесок, куда и ходили они с бабкой Белявой.

Воспоминания о старой знахарке, приводили Сольвейг в состояние грусти, она тосковала по ней. По младшему брату, как они там? Думала девушка. Отец тоже занимал ее сердце. Как бы подло он не поступил, мысли о родители все равно будоражили ее по ночам. Сольвейг вспоминала как Горислав стоял на берегу, с тоской глядя в след уплывающему драккару. Не отдал чужанин ее, присвоил себе как вещь! Да только Макошь матушка услышала ее, не получит ее варяг теперь! От мыслей этих становилось светло на душе.

Прознали скоро в поселении, что в их краях появилась травница, стали люди к ней ходить. В основном старики да женщины. Кто мази какой спросит от болей в ногах, кто отвар от простуды. Помогала Сольвейг всем, ничего не просила в замен. Но северяне сами приносили ей гостиницы, кто мёда даст, кто зерна отсыпет. Отказывалась по началу Сольвейг, да только обижаться стали люди на нее, мол не принято так у них. Делать нечего, принимала дары от людей, за помощь оказанную, тем и стала понемногу жить.