Сольвейг (СИ) - Милано Кристина - Страница 24

В зале вдруг повисла давящая тишина. Харальд медленно поднялся из за стола, его глаза налились кровью, ярость берсерка просыпалась в нем.

— Ты дал вольную моей рабыне, без моего согласия? Без согласия ее хозяина?!

— Остынь! В моих землях нет травницы, пускай лечит крестьян, нежели сгинет в рабском доме! Или ты боишься что став свободной, она не задерёт подол перед тобой? — Конунг отпил эля.

Харальд сжимал кулаки. Идти против его воли по законам он не смел. Теперь девка свободная!

— Она моя! Я купил ее! Девчонка принадлежит мне, никто кроме меня не смел решать ее судьбу!

— Я могу заплатить за неё вергельд! — Добавил конунг. — Осмотрись, в поместье полно девок, забирай любую!

Харальд со злостью отшвырнул лавку, и размашистым шагом направился к дверям. Внезапно он резко остановился, смотря на бледную Ингеборг.

— Где теперь живет словенка?

— В доме, что у леса…

Викинг не дослушав до конца, громко хлопнул массивными дверями.

Ингеборг хотела было кинуться за братом, но Ингви остановил ее.

— Оставь его. Им нужно поговорить.

Конунг никогда прежде не видел что бы Харальд так упирался из за бабы.

Злость кипела внутри викинга, значит теперь девка свободная! И по законам Норвегии может прогнать его. Проделки Локи, он совсем не ожидал услышать такую новость!

Сольвейг складывала наколотые дрова, в ровные стопки у стен амбара. С некоторых пор Ивар стал часто заходить к ней, с предлогом помочь по хозяйству, викинг казался очень дружелюбным, и Сольвейг видела в нем только друга. На днях он починил ей обветшалое крыльцо, и принёс масло для лучины. Девушка не знала как реагировать на его помощь, и каждый раз смущалась. В этот раз он с самого утра уже наколотил дров, и помог наполнить бочку с водой.

Внезапно издали, она увидела Харальда. Викинг шел по тропинке, ведущей к ее дому. Полы его плаща подрагивали при каждом шаге, пегие волосы были переплетены в небрежные косицы. На лице его играла улыбка, лёгкая щетина коснулась щёк викинга. Красивый, мелькнула мысль в голове у Сольвейг. Она тут же смутилась.

Сердце вдруг стремительно забилось в груди, от неожиданности поленья из ее рук рассыпались на землю.

Харальд подошёл к ней. Его серые глаза, проницательно смотрели на Сольвейг, викингу показалась что он не видел ее вечность.

— Здравствуй. — Он облокотился о ствол дерева. Девка заметно округлилась, на щеках играл здоровый румянец. Это порадовало его. В последнюю их встречу, словенка была изнеможённой.

— Зачем пришёл? — Сольвейг пыталась казаться равнодушной, она присела вновь собирать упавшие поленья. От него исходила уверенность и сила, на лице не дрогнул ни один мускул.

— За тобой. Не рада? — Харальд улыбнулся. Он видел как она была взволнована, золотистые пряди падали на лицо, скрывая ее глаза. Девка дрожащими руками поднимала дрова. Нервничает? Усмехнулся он. — Кажется в нашу последнюю встречу я говорил что вернусь.

— Теперь я не твоя рабыня, варяг! — Она сверкнула на него зелёными глазами, но он все так же спокойно стоял у дерева, скрестив руки на груди, его взгляд прожигал ее насквозь.

— Эту новость мне уже сообщили. — Харальд свёл брови на переносице-И как же теперь зовут тебя?

— Рабыня Леля умерла! Отныне я Сольвейг! Свободная женщина! — Девушка отдернула рукав, показывая золотой браслет на руке. — Что же теперь ты скажешь? Ты наверное очень опечален, ведь теперь тебе предстоит искать новую рабыню, что станет твоей подстилкой! — Парировала знахарка.

— Сольвейг… — Харальд произнес ее новое имя. Он приблизился к девушке.

— Скажи мне, прекрасная Сольвейг, поплывешь ли ты со мной, как свободная женщина? — Викинг взял ее за подбородок, и с прищуром посмотрел на неё. Как же он мечтал вновь окунуться в зелень ее глаз. Он злился на себя, что не умел говорить красивых слов бабам, как например это умело делал Уббе.

От его прикосновения, девушку бросило в жар. Викинг вдруг наклонился, и впился поцелуем в ее губы. Все в ней замерло, когда он прижал ее к себе. Сольвейг испугалась собственных ощущений, когда его сильная рука скользила по ее спине. Его горячие поцелуи обжигали шею огнём, голова закружилась. Ее тело предательски отзывалось на его ласки. Как же сладки его поцелуи…

— Я не обижу тебя малышка…Стань моей.. — Харальд тихо прошептал ей на ухо, и подтолкнул на мягкий ковёр из сухих еловых веток. Волна нежности накрыла викинга когда ее руки робко дотронулись до его плеча, ни одна женщина не сводила нормандца так с ума. Он страстно целовал ее шею, плечи, пытаясь добиться взаимности. Горячие дыхание стало надрывистым, она ощущала вязкое блаженство, несравнимое не с чем. Сладкий девичий аромат опьянил крепче самого выдержанного эля, руки викинга стали развязывать тесьму на платье, оголяя совершенную грудь. Харальд стал ласкать ее живот, опускаясь все ниже, страсть и нежность накрыла его волной. Что она творит с ним? Сольвейг вдруг стала вырваться, очнувшись словно от хмельного дурмана, пытаясь оттолкнуть от себя викинга, она заговорила.

— Ты считал меня лгуньей, грязной девкой, что же изменилось?

На этот вопрос Харальд не мог ответить даже самому себе. Если бы она знала какую власть имеет над ним!

— Я хочу что бы ты стала моей женщиной.

Харальд нависал над ней не давая подняться, ее нежные губы манили его, как сирены зазывают своим пением моряков.

— Надеешься, что я прощу тебя, после всего твоего унижения?! Слишком поздно варяг! — Подумай что могло бы с тобой случится, окажись на моем месте не я, а кто то другой! — Харальд не мог оторвать от неё взгляд — Тебя могли продать на восток, туда, где с рабынями обращаются как с дешевой вещью! Поверь мне словенка, теперь все будет по-другому!

— Не бывать этому! Недавно ты хотел сделать меня девкой для утех! Постельной шлюхой! — Сольвейг вновь оттолкнула его. — У меня нет времени выносить твое присутствие! Не ждала я тебя варяг, уходи!

Ее слова больно кольнули где то глубоко, внутри.

Девушка стала прикрывать наготу, завязывая платье.

— Посмотри на меня, словенка? — Харальд вновь обнял ее за плечи. Сольвейг тут же отдёрнула его руки, и отошла.

— Нам больше не о чем говорить. — Злость клокотала в ней, как он смеет после всего о чем то просить ее? Если бы конунг не дал ей свободу, он бы не церемонился с ней!

Харальд поднялся, убирая налипшее ветки с плаща. Она отвергла его. Стоит, глаза отводит, видеть не желает его. Гордая девка, так заполонила его мысли, что он и сам не рад этому.

— Хорошо. Раз ты так хочешь я уйду!

— О да! Ты доставишь мне этим огромное удовольствие!

Харальд злился. Ещё не одна женщина так не отвечала ему. Он вновь притянул Сольвейг к себе, желание снова охватило его. Ему хотелось хорошенько проучить эту строптивую девчонку, любить ее страстно всю ночь, что бы на утро у неё не осталось сил на колкости

— Ты забываешься, женщина. Я ведь могу найти способ снова сделать тебя своей рабыней!

— Сделать рабыней, что бы ублажала тебя ночами? Ты это хотел сказать?

— Даже если бы ты оставалась ей, я бы не причинил тебе боли! А со временем дал бы вольную!

Сольвейг горько улыбнулась.

— Отпустил бы когда вдоволь наигрался! Ты омерзителен!

Викинг взял ее руку.

— Доверься мне, Сольвейг. Тогда у тебя не было выбора. Но теперь он появился! Ты пыталась противиться мне, но ещё минуту назад твое тело отвечало на мои ласки! Теперь все зависит от твоего решения! Я вернулся за тобой.

— Это случилось само собой! Совершенно случайно! — Девушка вдруг покраснела, понимая что она вся горела огнём в его объятиях.

— Что тебе ещё нужно от меня Харальд? Ты уже достаточно унизил меня! Прошу, уходи!

Викинг дотронулся до ее спутанных волос, и убрал травинку.

— Жалеть не будешь?

— Нет! — Сольвейг гордо запрокинула голову. Пусть уходит прочь. Он так упивался ее беспомощностью, когда она была в неволе, но сейчас игра была по ее правилам. И в этой игре он одержит поражение! Викинг оскалился. Глупая баба. Просит уйти, а глаза умоляют остаться. Как бы не пыталась она сопротивляться, ее тело все сказало за неё. Гордая зеленоглазая словенка…