Покорившая небеса (СИ) - Вайнир Кира - Страница 2

- Лиард, как же так? - переживала она, глядя мне в глаза.

Она рассорилась со всеми подругами, кто осмеливался произнести хоть слово осуждения в мою сторону. И я начал ловить себя на том, что мне не хватает этой веры рядом. Что я раз за разом окунаюсь в это доверие. И мне нравится, как загораются её глаза.

- Знаешь, пожалуй, заберу эту ленту себе. - Сказал я как-то раз, распустив её волосы.

- Зачем? - удивилась она.

- Разве ты не знаешь? - приподнял бровь я. - Рыцари всегда носят символ, какой-то сувенир от своей леди.

- Так ты же говорил, что пока нельзя, чтобы кто-то знал. - Хлопала ресницами Элейна.

- Под доспехами никто не увидит. - Шепнул я, зажимая уголок её уха.

На какой-то момент вдруг появилась мысль, что может, стоит решить вопрос по-иному?

Глава 2.

Принц Валлиард.

По узкой лестнице, что вилась спиралью, уводя за собой в подвалы дворца, я шёл тщательно сдерживая надежду. Джелис, ведьма-прорицательница, обитала здесь с тех пор, как давно овдовевший отец привёз её сюда совсем молоденькой девушкой.

Покойный император до конца жизни пользовался и её даром, и её телом. Всегда ли она принимала свою участь, меня не интересовало. Я знал, что она с собачьей преданностью служила отцу, и перешла ко мне. По наследству, вместе с троном.

Тело старой ведьмы меня не интересовало. А вот её дар должен был служить мне ещё долгие годы.

- У меня вопрос. - Озвучил я причину своего появления в её подвале.

- Юная Элейна Орландская, как я понимаю? - усмехнулась Джелис, не отвлекаясь от своих зелий и тщательно отсчитывая капли, стекающий в зажатый в её когтистых пальцах пузырёк. - Ваше Высочество, Вы можете и вовсе ничего не узнавать. Жениться на девице, объединив две ветви рода. Может быть её отец или брат смогут успокоить народ, заслонив Вас своей тенью. Поверьте, чернь быстро приравняет Вашу женитьбу к признанию герцогский род королевским.

- Я не собираюсь править из чьей-то тени. И собираюсь избавиться от тех, кто осмелится эту тень отбрасывать. - Напомнил я.

- Но тогда... Тогда на Вас, как и на каждого живущего Аркейла, всех в ком есть хоть капля королевской крови, падёт проклятье. Снять которое сможет только Ваша истинная. - Озвучила она, как будто я сам этого не знал.

- Мне безразлична любая. Я совершенно каждой могу свернуть шею, прямо в своей постеле. - Ухмыльнулся я. - А вот Элейне причинять боль не хочу. Она... Она меня не раздражает. Её наивность и вера меня забавляют.

- И мой принц желает знать, не является ли Элейна Орландская той самой истинной и единственной, что рождается предназначенной для каждого императора? - как всегда поняла всё правильно Джелис. - Я смогу обмануть артефакт, чтобы он сработал дважды. В ночь Вашей коронации, когда должен будет показать всем имя Вашей пары, принц Валлиард. И чуть раньше. Но у меня есть только умения, а не силы. Но даже если Вы решите ради решения своего вопроса потратить один из накопителей из императорской сокровищницы, я смогу проверить лишь одну нить.

И той же ночью я узнал, что нет. Элейна не моя пара. Опираясь на баллюстраду балкона самой высокой башни императорского дворца, я вдыхал ледяной воздух, но грудь всё равно жгло изнутри.

Но свой выбор я сделал. Элейна или трон? Прости, Элейна, но я выбрал власть и престол.

И пусть сейчас, когда я жду восхода Аркента, я заочно ненавижу всех и каждую... Я выбрал власть и престол. И пока ещё не взошла проклятая звезда, которая свяжет мою судьбу с одной из этих девок, я могу ещё побыть в воспоминаниях...

Три дня назад я шёл на последнюю встречу с Элейной. Я знал, что эта встреча последняя. Потому что я сам так решил. Самая глухая часть сада. И давно заброшенная беседка, увитая розами. И она. Смотрящая на меня, как на рыцаря в сверкающих доспехах.

Вчера должна была состояться казнь цеховиков горшечников, попытавшихся возмутиться новой пошлиной на ввоз белой глины. Я её отменил. Явился в последний момент и отменил, заявив, что они нарушили законы и попытались бунтовать против императорской власти. Тем более, когда вот-вот начнут собирать "невест дракона". Но, мол, за них просила моя Леди.

Она действительно просила. Мягко, ненавязчиво... Так, что захотелось ей уступить. Мне пришлось повторить своё решение о помиловании, потому что в него не смогли сразу поверить ни палачи, ни сами горшечники.

- Лиард, - шептала она глядя на меня своими невероятными глазами.

- Розы здесь словно с каждым разом пышнее цветут. - Усмехнулся я, наслаждаясь её восторгом от ничего не стоящего для меня поступка. - Интересно, отчего?

- Может... От моей любви? - еле слышно сказала она, соперничая цветом щёк с самым ярким из цветов.

- Элейна, ты же знаешь, что моей женой должна стать та, которую выберет артефакт. И это не ты. Я проверил. Но мы можем обмануть артефакт, если ты решишься мне помочь. - Рассказывал я доверяющей и влюбленной девушке заготовленную ложь. - Ты готова? Ради нашей любви?

- Разве это возможно? Что мне нужно сделать? - я усадил её на скамью и опустился перед ней на колени.

- Держи. Это моя кровь. Её нужно разместить рядом с вашим гербом. Вот, помню вроде в кабинете твоего отца есть. Такой старый... - протянул я ей флакон.

- Да, одно из самых древних изображений. - Кивнула мне она. - Щит первого Орландского.

- Спрячь этот флакон за ним. И артефакт устремиться на голос моей крови. - Положил я голову на её колени.

- Но ведь... Ведь только истинная может родить ребёнка Императору! - услышал я испуг в её голосе.

- Чушь. Мой отец точно также обманул артефакт. - Врал я. - И потом. В тебе тоже есть часть нашей крови. За столько поколений она конечно сильно разбавилась. Но у нас явно больше шансов, чем у моих родителей,

Она уходила первой. Счастливая и прекрасная.

- Элейна! - остановил я её. - Я люблю тебя. Запомни.

Той же ночью, императорский гвардейский легион ворвался на Изумрудный остров. Обвинение Орландским было простым и незамысловатым. Покушение на убийство принца и будущего императора, путем колдовства наведённого на мою кровь, флакон с которой нашли в тайнике за гербовым щитом.

Сын герцога погиб, оказав жесточайшее сопротивление. Он забрал с собой почти три десятка моих легионеров. И выиграл время для своей матери, которая успела принять яд. А сам герцог и его дочь были отправлены в казематы Барлии, крепости-тюрьмы на острове правосудия.

Всего сутки были у палачей. Но герцог сдался и подписал признание. Уже днём его казнили. Говорят, иначе казнить его не успели бы. Умер бы сам, после пыток. А на рассвете, положит голову на плаху... Она.

Промелькнувший в моей жизни мираж. Странно только, что розы в заброшенной беседке начали вянуть... Я велел садовникам ухаживать за ними, но буйные плети сохли на глазах, роняя нежные лепестки, словно слёзы. Впрочем, о розах ли мне переживать? Посадят новые.

С этой ночи начнется повторяюшийся отсчёт времени, длиной всего в полгода, до того момента, как империя погрузится в тринадцатидневный траур.

Тридцать лет назад в Империи появился дракон. Он уничтожал население островов, рушил сами острова, управы на него никто найти не мог и не смог по сей день. Ни оружие, ни магия, ни отряды воинов избавления от этой беды не принесли! Я даже не возьмусь назвать точное количество рыцарей погибших в когтях и зубах дракона.

Лет через десять после своего появления, дракон занял один из отдалённых островов и потребовал присылать ему ежегодно сто тридцать девиц. Причём именно девиц, никогда и никак не ублажавших самцов. Взамен, он не трогал остальные территории и жителей Империи. И не смотря на дикий плач и проклятья на голову дракона и императора, каждый год эту скорбную толпу собирали.

Девочки-сироты, нищенки, дочери преступников и бунтовщиков. Их сгоняли на один из островов, где стоял один из императорских малых замков, и там отмывали, кормили, растили... И отправляли к дракону.