Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 479

– Счет изнасилованных и убитых подростков идет на сотни и сотни! – фырчал Червеус, впихивая в рот огромный лист салата – А сколько прочего дерьма повылазило! А к этому еще незаконное пленение досмотровых отрядов, уродование их, принуждение к работам и потрясающие по фантазии и воображению садовые эксперименты с этими бедолагами! Одному из тех, кто сильно бунтарил и качал пальму протеста, веселые дедушка сука друиды пробили дырку в черепушке и посадили туда цветок с медленно растущими нижними и быстрорастущими воздушными корнями – чтобы эта хрень не значила. Парня намертво примотали сидячим к какой-то статуе, регулярно кормили, поили и каждый день водили ползающих рабов мимо него – чтобы смотрели, как он медленно подыхал. При этом приговаривали, что каждый грешник должен трудиться на благо святости – либо трудом в саду, либо в качестве плодородного грунта… Так эта травка, цветущая из генномодифицированных вроде как – антибиотики выделяет и вообще целебная. Так что парень не загнил… просто медленно сходил с ума, любуясь свисающими со лба голубенькими цветочками. Ах да – старички цветочки с его башки себе в чаек еще заваривали… Ну круто, круто. Парень, кстати, жив. Вытащили его оттуда и в медблок сунули. Но он уже растение… умеющее улыбаться и задумчиво теребить вечно стоящий воспаленный хер… Я вам аппетит не порчу?

– Продолжай.

– Понятно, что там порядок наведут. Те земли останутся закрытыми, но уже в качестве малого заповедника. И аммнушиты там остаются – те, кто не причастен к преступлениям. Но никакого сумрака! Копайте грядки и нагибайтесь пониже – чтобы бдительный лазерный луч мог заглянуть даже в самые темные пахучие места! Но это все ерунда! Главное – моя весомость подросла! И знаешь, что первым делом я заявил системе, замаскировав все под невинный вопрос?

– М? – на миг оторвался я от смакования супа.

– Я спросил – а какого хера прочие Семерки Контролеров нихрена не заметили и вернулись с докладом, что у аммнушитов все чинно, благочинно и сверх сука милочинно? Я крут?

– Мне похер.

– Тебе похер, а я по жирному минусу записал в кармы тех высших героев, кто давно мне дыхание перекрыть пытались в здешней политической движухе. Система может напрямую им и не предъявит, но все равно, все равно… О! забыл сказать – их всех чипируют. Пособников преступлений и так далее – принудительно. Всех, кто в стороне – добровольно и с бонусами хорошими, включая ежедневное начисление пары крон на личный счет. На отшибе поставят торгматы с большими заманушными витринами. Помада там, бельишко, различный инструмент. Народишко не устоит. Потянется. Мелочь ведь – в башку винтик вкрутят. Зато потом сколько шикарных штук себе купишь!

– Бусы для аборигенов?

– Ну да.

– Ты откуда все это знаешь? Не поверю, что система тебе докладывает.

– Мне нет. А Высшим – да.

– А тебе Высшие по секрету в розовое пухлое ушко шепнули?

– А я знаю того, кому в ушко шепнули. Говорю же – ты шумиху поднял. Все болото забурлило и запахло. И пахнет не вечнозеленой свежестью. Рай Обетованный считался крупным доказательством успеха! А тут такое дерьмо!

– Доказательством какого успеха?

– Вот этого – Червеус обвел вокруг себя лапищей – Всего этого мира. Рай Обетованный был доказательством того, что пусть и чуток ущербно – они же прогресс отвергали – но все же в этом мире можно было жить мирно, спокойно рожая детей и правильно их воспитывая. Идиллия! А что на самом деле? Идиллия – туфта! Рай оказался страшным сумрачным лесом, заваленным детскими костьми! Полный провал! Одна мечта осталась – Заповедные Земли, где гарантировано уж живут счастливо и богато.

– Уверен?

– Ну… вот после того, что ты вскрыл в Раю… даже и не знаю. Знаешь… вообще я тот еще мудак… но то, что они творили с детьми… меня зацепило. Ублюдки! Им дали то, что отняли у нас – возможность делать детей! Отняли чудо! Отняли продолжение! А им – даровали! Нате, сука, берите! А они? Что они сотворили? Я не понимаю… в этом мире дети – великий дар! Когда в поселении добросов появляется ребенок… обычно дают минимум двух или даже трех – чтобы общение у них было свое детское… так вот… когда это происходит и досюда доходит весть, многие из героев во время своих отпусков инкогнито пробираются в эти поселения и проводят все дни напролет в тех сраных деревнях, просто издалека любуясь как детишки играют в песочке, как детишки кушают кашку, капризничают и дуют губки… а потом, под конец отпуска, они обходят деревню по кругу, прочесывая леса и долины. И уничтожают под корень все то, что может угрожать жизни детей. И заодно объявляют на всеуслышание – не дай сука Мать кто вздумает напасть на деревню одаренную юными милыми жизнями… потом эти бесплодные бабы возвращаются сюда и бухают по-черному, заливаясь пьяными слезами в темных углах. А потом трахаются до безумия в попытке все же зачать! Вот что такое дети в этом мире! А эти твари…

Хмыкнув, я промолчал и пододвинул к себе миску с горой жареного мяса – с полосками и окраинами из подрумяненного жира. Подтащил и миску с мелконарезанным и смешанным с рубленым укропом луком. Тиснул краюху черного хлеба. Гоблин счастлив…

– Тебя вижу это не трогает? – правильно понял меня Червеус.

– Ваще никак – подтвердил я – Но ты продолжай.

– Зачем? Если тебе насрать на пьяные слезы стерильных баб…

– Чем больше ты болтаешь – тем больше интересной информации проскальзывает – не стал я скрывать своего интереса.

Смысл таиться? Червеус не дебил и не может не понимать моей заинтересованности в знании здешних реалий. И даже пьяные слезы стерильных героических баб – часть этой безумной блевотной мозаики мира.

– А сегодня я рад болтать! – дернул плечом Червеус и покосился на жрущего орка – Вкусное мясо?

Закрыв свою тарелку локтями, Рэк почти невнятно пробубнил:

– Сойдет.

– Ты в мою сторону чавкай – попросил червь – Ну чтобы смачный аромат кариеса и мяса доносился до моих ноздрей.

– А мясной слюной в харю не плюнуть? Чтобы запашисто стекало…

– А по хлебалу геройским кулаком не хочешь?

– Ты отвлекся от радостной болтовни – заметил я и глянул на неподвижную статую раскосого – Каппа. Сядь и ешь.

– Да, лид.

Бесшумно втиснувшись между мной и Тигром – беззастенчиво потеснив мохнатого – Каппа вытащил откуда-то палочки для еды и взялся за мясо. На прочие блюда – а их все прибавлялось – мы внимания не обращали.

– Наберешь себе еще пять рыл в десяток – добавил я, прежде чем впихнуть в рот очередной кусок говядины.

Каппа равнодушно кивнул, принимая приказ. Рэк огорченно заерзал, что-то рыкнул, но промолчал. Повернувшись, я оглядел зал трактира, встретился взглядом с глазами неспешно трапезничающего Рокса и, убедившись, что нажирание бойцов идет в штатном режиме, опять повернулся к Червеусу и выжидательно на него уставился. Тот только и ждал намека, с готовностью продолжив изливать душу:

– Там – он опять ткнул ручищей в окно, за которым начинался сбегающий в огромную воронку Кронтауна склон, а на другой стороне высились «приближенные» к Заповедным Землям и самые «благородные» территории зоны – Там сейчас вовсю бормочут, шушукаются, шепчутся, лаются. Гонцов подсылают и сами в гости напрашиваются. Это одна из причин почему я здесь – пусть помаринуются в ожидании моего возвращения. Как все разом изменилось! Был я нахрен особо никому не нужен и даже мешал… а тут прямо жаждут все пожать мою крепкую лапу, а то и облобызать ее. А почему? Потому что благодаря тебе я поднялся на ступеньку выше в этой полной амбициозного гноя клоаки. Ты учти, гоблин. Скоро и к тебе может кто-то льстивый в гости пожаловать.

– Это и есть главная причина твоего сюда прибытия галопом – кивнул я – Хрен бы ты иначе дернулся из своего косого домишки. Ты переживаешь, что за меня может взяться кто-то еще из героев.

– Косого домишки? У меня шикарная берлога! И бойцы мои нехило обитают! Но да… ты ведь понимаешь чье внимание привлек своей громкой выходкой?

– Любой кретин поймет. Высшие.