Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 605

– А если завалю?

– Даже если завалишь – ценой немалой крови – что стоит системе бросить в атаку обычных дивинусов из джунглей вокруг? Что стоит ей уже завтра прислать сюда сразу два боевых шагохода? Если система приняла решение раздавить этот опасный гнойник – она своего добьется рано или поздно. Так что сбереги своих бойцов и отступай.

Все это я говорил на ходу и закончил, уже стоя рядом с нашей техникой, где вовсю шел ожесточенный хриплый торг, а рядом с погнутым бортом прицепа в задумчивости стояла пара гоблинов, перепачканных машинным маслом.

– Не торгуйся. – коротко бросил своему помощнику Трехо и, чуть помолчав, добавил: – Заплати, сколько они просят. Вели принести мне двойную порцию мескаля, и плевать, что там скажет моя жена.

Еще помолчав, он добавил, глядя на мою машину:

– Хорошая модель. По джунглям прет влегкую.

– Норм. – признал я, уже поняв, куда он клонит. Нет, он не хотел купить машину, его заинтересовало другое:

– Эта тачка любой груз увезет, да?

– Может, и так.

Трехо кивнул на колеса и брюхо перепачканной в грязи машины:

– Что ж ты такое везешь, если даже усиленные амортеры так просели…

– Так что насчет солнечной панели, Трехо?

Коротко кивнув, тот проворчал:

– Будет тебе солнечная панель. Одна из наших лучших. Сейчас и принесут. Что-нибудь еще?

– Побольше нормальных углеводов. – прикинул я, глядя на прицеп. – Но это я сам куплю. Мука, крупы, сухофрукты. Перловка есть?

– Что это?

– Неважно. Где ваш лучший магазин?

– Вон вывеска. Там товары на любой вкус. Слушай, амиго… – почесав бровь, Эрнест Трехо с тоской поглядел в безмятежное небо и, словно нехотя, спросил: – А куда?

– Что куда?

– Если все реально пойдет через жопу – вот как ты тут напророчил… Куда податься толпе лишившихся дома бродяг?

– А хрен его знает – пожал я плечами и, тоже глянув в небо, добавил: – Отсюда мы движемся к развалинам гигафабрики. Слышал о такой?

– Там, где какая-то движуха касательно новой Матери?

– Верно. Там сумрак, насколько я понял.

– Как вариант. – признал командир. – Я вот думаю…

– Удиви меня.

– А если просто поговорить с Матерью? Она ведь наверняка перед атакой предложит сдаться… покаяться.

– Может. – кивнул я. – Вы ведь пока вроде как законопослушные граждане. Отличаетесь от тех, кто поселился в заброшенном городе, нарушив ее табу. Так что да – перед атакой система может обратиться к тебе, командир Трехо. И предложит побеседовать – в принесенном беспилотником медблоке. Там тебя подвергнут допросу. Впрыснут наркоту, и ты быстренько расскажешь, где и сколько всего накопил, кто тебе помогал, что ты планировал. После чего тебя расчленят. А остальных… их тоже ждет справедливый суд – если сдадутся. Начнут брыкаться – их прикончат сразу. Вот тебе и весь расклад ближайшего будущего. Ладно… пойду я закуплюсь, пока пантеры не сожрали владельца магазина…

– Дерьмо! – вслед мне бросил Трехо и, забрав у подбежавшего помощника бокал, опрокинул в себя двойной заряд мескаля.

– Милый. – укоризненно надула губы подкаченная девушка, возникшая на пороге трактира. – Вот так и думала! Ты же обещал мне не…

– В задницу все! Поняла?!

– П-поняла…

– И принеси еще мескаля. Эй! Родриго! Тащи сюда старшего техника! Живо! И позови взводного разведчиков!

– Есть!

– Эй, Оди! Амиго! Так что за ТИР?

– Сначала сумей выжить. – бросил я через плечо. – Тогда и расскажу – при следующей встрече.

Ввалившись в лавку, я с порога поинтересовался, оглядывая забитые жратвой и различными вещами полки:

– Перловка есть? И страусятина…

Облокотившийся о штабель дощатых ящиков высокий молодой парень в грязном фартуке встрепенулся, проворно выпрямился и без всякого удивления произнес:

– Кончилась страусятина, сеньор. Перловкой не торгуем, а вот сухой кукурузы в достатке.

– Что есть из консерв… – сделав небольшую паузу, я оглядел полки и поправился: – Из товаров фирмы Бункерснаб?

– О! Этих товаров не так и много, сеньор. Съестное…. Есть различные джемы и варенья, найдется детское фруктовое пюре и нежная растертая кашица.

– Нежная растертая кашица? – повторил я без каких-либо эмоций, пытаясь вспомнить, встречался ли такой товар «там». – Детская?

– Детская. – подтвердил прыщавый продавец, соскребя что-то с лица и пытаясь вытереть ноготь о фартук. – Там даже девиз есть! «Кто кашу не ест – в ядерном постапе не жилец!». И картинка интересная… показать?

– Не. Что еще?

– К-хм… тушенка свиная и говяжья, рыбная печень, бараньи мозги в остром маринаде, змеиное мясо, тушеное в сливочном масле, солонина говяжья и свиная, тушеная курятина, консервированная кукуруза…

– Стоп. И это все – Бункерснаб?

– Да, сеньор. Цены приемлемы! За любую банку просим всего один серебряный песо. За двадцать две банки попросим всего один золотой песо.

– Курс золота к серебру какой?

– Один к двадцати, сеньор. – на этот раз прыщавое лицо выразило смутное удивление: – Вы не из местных…

– Ты торгуешь или вопросы тупые задаешь?

– П-прошу прощения, сеньор. Ни в коем случае не хотел… огорчить такого важного… покупателя. – глаза парнишки прикипели к рукояти моего револьвера, затем он глянул за прилавок, что начинался в полушаге.

– Что у тебя там спрятано? – заинтересовался я – Обрез? Пистолет?

– Что вы, сеньор… да я бы никогда…

– Что там?

– Дробовик… обычный дробовик… и владелец лавки велел мне никогда за него не браться, только если сюда не влетит спятившая зверюга с перемкнувшей проводкой в башке… а вы не похожи на сумасшедшего питона, грифа или мангуста…

– Что еще из бункерснаба?

– Вазелин «Радость солнечного упрямца». – неуверенно проблеял продавец. – Тубы с медицинским клеем. Но дороговато – по пять серебряных песо за небольшой совсем тюбик. Но бонусом к каждому купленному тюбику мы даем две упаковки бинтов и упаковку пластиковых зубочисток. Еще в продаже есть одноразовые шприцы «Бункерантибиотикснаб» от широкого спектра инфекций… вроде бы… по золотому песо за шприц. Цена зубы ломит, поэтому пока товар не ходовой. О! Еще есть мощное обезболивающее! И дешевое! От боли в зубах классно помогает, но потом в правом боку сильно жгет…

– Выкладывай все лекарства, по паре каждой из консерв. – начал я перечислять, продолжая скользить взглядом по полкам. – Вон те черные майки штук десять кинь, добавь к ним такого же цвета и количества трусов, еще хочу вон те штаны.

– Есть шорты короткие…

– В жопу.

– Ну да… в жопу лезут, но… а… вы вон в каком смысле… Что-нибудь еще? – показывая, что не совсем тупой и даже чуток расторопный, говорливый парнишка уже метался от полок к прилавку, со звоном и стуком выкладывая на него все мной затребованное. – О! Прыгучая фасоль в банках есть! Тоже Бункерснаб. Выхлоп отменный потом – пахнет утробой, улыбкой папы и базиликом…

– Тебя часто по харе бьют?

– Порой случается, сеньор. И ведь не понять, почему… сам я мирный пеон…

– Вон там что? С надписью Бункерснаб.

– А вот это штуки странные, сеньор. Нам отдали почти бесплатно, потому как сами они не разобрались что это такое….

– Покажи.

С легкостью переместив на стол жестяные и не слишком большие ящики с черной трафаретной надписью на боку, продавец продолжил пересчитывать трусы и майки – слюнявя при этом уже испачканный в лопнутом прыще палец. И это позволило мне скрыть вылезшие не вовремя эмоции – под трафаретной надписью: «БУНКЕРСНАБ» имелась еще одна, куда мельче и серее – «Вурриус».

Щелкнув запорами на крышках всех трех ящиков, я заглянул внутрь и задумчиво оглядел то, что не могло быть ничем кроме как прекрасно мне знакомых оружейных модулей игстрелов. Аж где-то в щеке кольнуло – никак, ностальгия на гоблина накатила.

В ящиках очень много повторов, на пластике видны сколы и трещины, будто до содержимого добрались гребаные обезьяны и пробовали колоть ими орехи и собственные головы. Готового игстрела из них не собрать, но…