Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 665

Дерьмо…

Давай, гоблин! Выдави еще хоть что-то из заблокированного пласта воспоминаний! Что случилось в…

— Лид! Проснулись! — обрадованный голос Хорхе выдернул меня из борьбы с собственным мозгом и невольно заставил открыть глаза. Мрачно взглянув на сидящего за рулем гоблина, я зло прохрипел:

— Что?

Заодно огляделся и убедился, что мы двигаемся со скоростью хромого гоблина. В трех шагах от капота усердно трудилась неровная шеренга взмахивающих тесаками гоблинов, рубящих сплетения лиан, обрубающих толстые ветви, отшвыривающих сгнившие стволы. Всего пятеро рубщиков. Еще двое виднеются метрах в пяти там же — впереди. Просто шагают. Если это и разведка, то направленная на поиск правильного курса для тяжелого внедорожника, что к тому же тащит за собой нагруженный строительными материалами прицеп. Выглянув в окно, убедился еще кое в чем — нос меня не подвел, и я верно угадал, что прямо надо мной умостилась старуха, от которой перло запахом никогда немытого тела и нестиранной одежды.

— Свали на прицеп, вонючая — коротко велел я.

Не рискнув со мной спорить, но позволив себе невнятное ворчание, старуха сползла с крыши, достаточно уверенно приземлилась на черные пятки и поволоклась к прицепу, продолжая ворчать и надрывно кашлять. Голова моталась, руки чертили странные узоры в воздухе — казалось, что старая вонючая бруха проклинает нас.

Остальные взятые с собой гоблины шагали по сторонам от машины, отдыхая, на ходу перекусывая и явно ожидая продолжения какого-то пропущенного мной разговора. Покосившись на дрыхнувшую на переднем пассажирском кресле Ссаку, я глянул на угнездившегося сбоку от меня Каппу.

Вроде все… Камино остался в ВестПик. Бдит у барака — как дополнение к бдящей же системе. Изначально я хотел взять паренька с нами, но глянул на его руку и… велел пить лекарства, при этом завязать с пэйнкиллерами, больше спать, пить и жрать. Ну и выполнять наши основные задания — по возможности. Хотя Управляющая, поразмыслив, признала, что всего за пару дней ее новые мерсенарио сделали больше чем все жители ВестПик за последние месяцы. Признав это, она призвала нас к осторожности и не забыла напомнить, что всегда рада новым камерам наблюдения, датчикам, проводам, экранам и прочей столь важной для нее технической периферией. Я молча кивнул, не став сейчас упоминать, что если и притащу что-то, то точно не в подарок — пусть повышается внутренний статус и дает доступ к новой информации.

— Что? — повторил я, поняв, что Хорхе испугался моего злобного тона и тему продолжать не хочет — Начал — заканчивай, гоблин!

— Воды? Мескаля?

— Компота.

Каппа тут же открыл здоровенный стальной термос, который мы получили в обмен на кучу старой одежды и налил мне большую кружку компота. Выпив все до капли, я снова протянул кружку, получил новую дозу и на полминуты затих, прислушиваясь к ощущениям — на этот раз к ощущениям тела, а к не своим мыслям.

Тело… гудело, шипело… все это мне лишь казалось, но я всегда относился к своему организму как к механизму. Поэтому мысленно всегда добавлял к тем или иным ощущениям звуки и цвет. Руки красные и гудят. Бицепсы клинит то и дело подступающей судорогой — последствие недавной тренировки. То же самое с бедренными мышцами, а грудные и трицепсы держатся. Побаливает пресс… Надо выпить больше воды, заглотнуть минералов, сожрать пару лепешек и мяса. И, судя по ощущениям кишечника, впредь вяленое мясо надо варить и варить долго. Дерьмово его здесь консервируют — соли жалеют. То-то мне в прошлый раз почудилось, что когда я жевал плеть вяленного мяса на зубах пару раз что-то щелкнуло между зубами, а по языку разлилась мягкая сладость. Личинок жрать не проблема — тоже белок — но через каждый километр пути орошать землю бурым спреем желания никакого.

В целом все как всегда. Хотя что-то чудится в пояснице…

— Женщины — ожил наконец Хорхе и покосился на сидящую рядом с ним наемницу — Спит? Хорошо. А то тема такая, что будто за спиной всех баб мира им же кости перемываем…

— Она не спит — буркнул я — И? Женщины?

— Да! Но не просто женщины, лид — сиськи там, соски и волосы роскошные… нет. Вот… сильные женщины. Настоящие. Это ка? Вот ты лид недавно про настоящих баб говорил… а как понять? По размеру бицухи? Вот у Балэни тело — мощь! Завидую. Еще пару баб… э-э-э… пару женщин знаю — одна лидером группы работает в мостосносительной бригаде, так у нее все по струнке ходят, а как она молотом машет тяжеленным…

— Ты несешь какую-то хрень — поморщился я — В чем вопрос, боец?

— Настоящая баба или нет — как понять? По телу судить? По взгляду гордому? По словам злобным? Скажет — как по яйцам пнет. Так? Я вот до встречи с тобой думал, что в людях и женщинах разбираюсь, лид, но…

— В людях и женщинах? — столь же хрипло, как и я недавно произнесла Ссака — Повтори-ка…

— Да нет! — заторопился Хорхе — Я к женщинам ровно отношусь! Оговорился просто. Я с уважением!

— Не Рэк — заметил Каппа.

Я лишь хмыкнул. Будь тут Рэк — он бы уже разинул пасть и многое бы высказал о бабах.

Чуть подумав, я почесал зудящую от укуса какой-то твари щеку и сказал:

— Внешность, голос, слова, взгляд — все это херня. Они ничего не говорят. А если говорят — лгут. Настоящие бабы держат свой нрав, умения, возможности и мысли при себе. Но удержать все это под замком трудно — знающий все равно почует и поймет. А иногда удержать настоящее «я» просто невозможно — настолько оно сильно. Хотя таких мало — и среди мужиков редкость.

— Ага…

— Ощущения. Впечатление. Они складываются из опыта. Но…

— Но? — Хорхе на миг обернулся и снова вернулся к созерцанию потных смуглых спин рубщиков лиан — Но?

— Но хрен ты научишься верно оценивать суть бабы, если видишь в ней только бабу — проворчал я и снова приник к кружке с кислящим компотом.

— Не совсем понял, сеньор…

— Сам догадайся — зевнул я.

— Мужики все равно пожестче! Такие зверства как мы бабам не вытворить! — вдруг подал голос накачанный гоблин в коротких шортах и высоких сапогах с сетчатыми голенищами — Мы звери! Мужики!

— Бабы не настолько жестокие? — не выдержав, я рассмеялся — Дебил. Встретиться бы тебе с одной девкой, что я знал в прошлом.

— Опасна?

— Да — кивнул я, отвечая на вопрос Каппы — Опасна. Жестока. Безумна. И ненавидит мужиков — всех без исключения. Хотя у нее были причины.

— Расскажи, лид.

— Легко — еще раз зевнул я — Имени ее не помню. Вообще многого не помню. Но в голове засело, что она настолько меня… удивила, что я задал о ней пару вопросов. Так что знаю, что она была с Азии. И лет так до семнадцати была обычной сельской девчонкой. Потом ее сосватали. И она радостно рванула к подруге, крепко сжимая в кулачке катушку ниток и щипчики.

— Катушку ниток и щипчики? — в изумлении повторил накачанный гоблин — Ха! И что? Ой… простите, команданте…

Никак не отреагировав, я продолжил:

— По правилам ее народа девушки до замужества с косметикой и прочим не баловались. Не удаляли волосы в местах, где их быть не должно, не щипали брови, не красили волосы, не подводили глаза и губы. Как сосватали и назначена дата свадьбы — за три дня до нее невеста приводит себя в полный порядок. Чтобы показать товар лицом… ну и будущего мужа порадовать — на, гляди, какой цветок тебе достается.

— Цветущий хрупкий цветок — кивнул Каппа — Красота мимолетна. Отцветут и опадут лепестки. Хирург ответит на звонок…

Пока разинувшие рты гоблины пялились на мечника — включая Хорхе — я налил себе еще компота и продолжил:

— Короче она привела себя в порядок. И вприпрыжку рванула домой. Там всего метров пятьсот. Ей не повезло — два рода уже давно срались из-за пахотных земель, что еще могли рожать хлопок. И ей навстречу попался десяток молодых придурков того другого рода. Они втихаря от старших бухнули и весело слонялись в потемках. И тут навстречу красотка…

— Они изнасиловали — понял Каппа.

— А затем убили — кивнул я — Затем поняли, что натворили и начали грубо заметать следы. И бросили в сухой канал, не забыв засыпать глиной и песком. Но юные неумелые и трусливые ушлепки не добили ее и этим совершили стра-а-ашную для себя ошибку. Она выжила. Выползла. Вернулась домой. Ходячий труп с переломами, ранами, ушибами внутренних органов, с кровью льющей по бедрам. Ее встретили… хреново. По их меркам она уже была конченой. Да, род за нее отомстил, ее не выгнал, но, само собой, о свадьбе и речи больше не было — жених отпрыгнул как от тарантула. Кому нужна порченная оттраханная хором девка?