Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 775

— Так чем могу, бывший босс?

— Неплохо ты легализовался — признал я — А начинал с того, что обслуживал старушек и старичков…

— Пока ты не научил меня убивать, а не сосать. Я помню. Зачем ты здесь?

— Татуировки. Расписная шкура. Только не заливай мне про музеи. До меня дошел слух, что ты тут наладил неплохую торговлю кусками расписной кожи. Кто и для чего их покупает?

— Я не могу…

— Ты можешь — моя улыбка стала чуть шире и столь же холодной, как и водка в умной серебряной фляге — Ты сука можешь. Иначе я с тобой за день сделаю то, что ты делал с заключенными последние пять лет.

— Босс…

— Уже не бывший?

— Такие как ты бывшими не бывают….

— Ты сходишь с ума.

— Я знаю. Мне в кайф.

— Кому нужны шкуры, Мэт? Но сначала ответь на главное — для чего они им?

— Они богаты. Очень богаты.

— Для чего?

— Босс… не поверишь… но я слышал, что они ее… едят… Если кожа чулком — как у Бобби — она ценится в разы больше. Но я тут наладил пошивочный цех…

— Это как?

— Подбираю подходящие куски и даю медблоку приказ сшить все это воедино. Умные машины творят чудеса, босс — создают настоящий кожаный скафандр. Как гондон, только с руками и лицом… Готово для начинки. А тут уже дело вкуса…

— Ясно…

— Понятно, что это как бы подделка, но я не обманываю, назначаю цену пониже. Так что… Босс… они их жрут! Набивают вкуснятиной, запекают и… жрут…

— Ага…

— А ты не удивлен… — хмыкнул Мэт, вливая в себя остатки водки и роняя флягу на колени.

— Не удивлен — кивнул я — И ты не удивлен моему появлению. Кому ты уже сообщил о моем прибытии, Мэт?

Улыбка принца потускнела, а затем исчезла. Прежде чем он успел нажать на дубине скрытую кнопку, чтобы послать мне в горло заряд картечи, я отдал мысленную команду через нейроинтерфейс и лежащая на коленях Мэта фляга лопнула, тут же вбивая острые стальные когти в его тело. Оживший серебряный таракан выстрелил, превращая надзирательскую мошонку во взбитое суфле. Пока хрипящий Мэт сползал с кресла, я забрал у него дубину, неспешно поднялся, разворачиваясь к бегущим ко мне охранникам. Глянув на корчащегося у моих ног принца, я тихо сказал:

— Не умирай пока, Мэт. Надо закончить разговор.

— Я тоже жрал… и мне было вкусно!

— Ну да…

— Ты не понимаешь их величия… их испорченности… будь грешен, будь умен, будь осторожен… мать твою…

— Хороший девиз — заметил я, находя на дубине кнопку и простреливая пареньку с электрошокером живот — Хороший…

— Мужик! Эй! Мужик! — заорал подвешенный Бобби — Помоги мне! И я отплачу!

— Что ты можешь?

— Быть верным! Я никого не сдал! Сам сел! И тебя не сдам! Не предам!

Хмыкнув, я перехватил второго охранника. Сломав ему шею, взглянул на камеры и тут же поморщился, когда воздух разорвали тревожные звуки сирены. Любят же они протяжные вопли и мерцающие красные огни. Присев рядом с трясущим Мэтом, я посмотрел на копошащегося в него в затылочном импланте серебряного таракана, я повторил:

— Не мне все расскажешь.

— Сними меня отсюда, мужик! Сохрани мне член, и я буду служить!

— Тебе следовало думать о матери без крыши над головой, а не о своем члене, мудак! — рявкнул я, глядя как орущего Бобби вносит в операционный бокс с ожившими манипуляторами — Эй! Мэт! Рассказывай о пиршествах! Тех, что на летающих островах. Тех, где все выглядят как сучьи римские патриции в белых туниках и режут татуированные тела набитые кускусом и свининой. Рассказывай, сука! Рассказывай!

— А-А-А-А-А-А! — звенящий вопль Мэта эхом прокатился по залу, когда серебряный таракан вырвал у него из затылка имплант.

— Рассказывай!

Глава 6

В этот раз отступать я не собирался. Но и превращать себя в пушечное мясо тоже не планировал.

Едва стальные створки опустились, по залязгавшему металлу двинулись два тяжелых шагохода, управляемых слизистыми аморфными пилотами. Система выбрала именно их. Взрывные бананы идут в атаку, мать вашу!

Чадным пламенем шагоходы полыхнули с первого же шага, выставив перед собой огненный жадный заслон, что пожирал все живое, заодно пропекая и уничтожая пробивающиеся сквозь него хищные побеги. Некоторым лозам удалось пробиться снизу, захватить опоры шагающих машин, но их тут же изрешетили выстрелы идущих следом гоблинов. Разорванные путы забились на закопченном металле, а по ним уже били пламенные струи носимых огнеметов.

Выжженная земля — вот моя простая тактика.

В жопу все сложное, все излишне химическое — просто выжечь здесь нахрен все!

Пусть останется лишь металл, сажа и пепел. Ну и кости, что трещали на полу, превращаясь в мелкое крошево под многотонными машинами. Все остальное — лишнее на станции ХавалоХаб, что превратилась неведомо во что.

Я шагал в центре. И первые метры меня шатало как пьяного гоблина. Отвык. Забыл. И не люблю. Сидеть в кокпите тяжелых металлических монстров, заставляя этих гигантов крушить или строить — не мое. К этому тоже нужно призвание. Но моторные навыки я сохранил, тактику знал назубок, а электроника Ночной Гадюки довершала дело, позволив мне управлять Шобоши почти как собственным телом. Никакого вооружения я не имел — не считая заправленных горючей смесью брандспойтов и прочих систем. Но зато тащил на своем огромном ранце-горбу Каппу, Ссаку и Рэка, а уж эти гоблины были вооружены до зубов. Да и сам я, покажись из кокпита в своем экзе, не был бы невооружен.

На почтительном расстоянии в шесть метров по остывающему металлу медленно катил внедорожник — Хорхе боялся расплавить шины. Поэтому перед внедорожником шагал боец в обычной экипировке, прислушиваясь к собственным ощущениям в пятках. От частых выстрелов у него наверняка звенело в ушах — боеприпасов система подогнала с избытком, поэтому мы не экономили, буквально изрыгая картечь и зажигательные пули. Хотя был ли толк от последних это еще вопрос — сквозь огненную завесу впереди я видел редкие дымки в глубине зала, но вот огня не замечал. Да и посрать — по моему приказу бойцы просто продолжали палить в затянутое дымом и огнем пространство. Каждая пуля пойдет в дело — пробьет дыру в листе, расхерачит долбанный цветок, перебьет стебель, ослабит толстую лозу, собьет часть шипов. Подняв тяжелые манипуляторы, я выпустил две струи горючей смеси. Поджигать ее не понадобилось — сама зажглась. Брандспойты шагохода-пожарника — не огнемет. Совсем другой напор, другое количество. За считанные секунды я выбросил огромное количество бензина, что залил стены, колонны, потолок и тут же вспыхнул. Стало еще ярче. На белом пламенном фоне корчились умирающие и исчезающие на глазах толстенные шипастые лозы, кажущиеся щупальцами утопающего в огненном море монстра.

На этот раз к утопленному в стене депо капсул я сразу соваться не стал. Предпочел очистить весь зал, на что ушло двадцать четыре минуты. Мы закончили успешно, хотя без отступления не обошлось — внедорожник и все пешие гоблины в обычной снаряге отступили и по очень простой причине — зал превратился в раскаленную духовку. Дышать стало не чем — мы сыграли роль газовых конфорок. Осталось не превратиться в зажаренных индеек.

Едва температура превысила критическую, я велел Ссаке и Каппе забраться в расположенный под моим горбом небольшой отсек, где уже отсиживался восторженно ревущий Рэк, видящий все происходящее через экран. Мы продолжили шагать и поливать все огнем. Еще пара градусов вверх и тяжелые шагоходы впереди замерли, начали неуверенно разворачиваться. Пилоты боялись зажариться.

— Убью — коротко произнес я по внутренней связи и одного моего слова хватило, что долбанные слизни вернулись к работе спятивших садовников.

«Стоп» — было второе слово, что я произнес за эти двадцать с лишним минут. Я замер и сам в конце длинного зала и в начале короткого широкого холла. Всего четыре метра широкого богатого коридора почти сплошь забиты древесиной — будто пачку бревен запихнули в проем. Бревна подрагивали, на потемневшей закопченной коре корчились ветви с цветами, с потолка лил шипящий сок. Направив брандспойты, я вылил остатки топлива вдаль — за коридор, туда, где колыхалось светящееся и такое живое цветочное море.