Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 824

– Так может ты просто рацию передашь… Оди… там ведь… – он снова замолчал, поняв, что я не слушаю и шагаю к мостику – Ох… ладно… я сам передам…

Через пару метров он протрусил мимо, пробежал по мосту и начал подниматься, с трудом удерживая равновесие на скользкой каменной тропе и избегая приближаться к тянущемуся к нему лишайнику. Накинув на шлем мокрый капюшон рваного плаща со следами крови, я ускорился за ним, наступая в те же места и вообще стараясь держаться за его фигурой – не только прикрытия ради, но и чтобы привлекать к себе меньше внимания. Корабль остался за нами, едва подрабатывая двигателями – Мульрос что-то говорил про истощающиеся батареи, что можно подзарядить лишь в одном месте их участка Каньона. Услышав пару слов описания, я догадался о каком месте он говорит…

Сэда я догнал у самого входа, являющегося обычной по сути деревянной низкой дверью, втиснутой под нижнюю глыбу. Нервно отстучав по ней что-то ритмичное, Сэд начал переминаться и шататься из стороны в сторону, стуча кулаком в старой перчатке по мокрому дымящемуся камню и бубня:

– Чернодр – нагромождение почти бесформенного. Старики говорят, что это как не вылепленное будущее, как не выкованный металл, как…

– Это дерьмо с дверкой – буркнул я.

– Тоже верно… – согласился Сэд и отлетел в сторону, получив удар резко открывшейся двери.

– Пароль! – радостно осклабился пригнувший голову амбал, высунувшись наружу – Шепни мне нежно сракой… хык!

Отступив, я позволил его отрубленной башке упасть и укатиться вниз, где ее тут же опутали жадные плети черного лишайника. Переступив фонтанирующее кровью безголовое тело, я вошел внутрь и повторил удар, лишив башки лысого старикашки, что потянулся за обрезом. Выпнув кривляющийся мяч за дверь, я нашел ведущую вверх лестницу из досок и дернул к ней Сэда.

– С отъезда здесь оставалось трое – проблеял тот, явно стремаясь подниматься.

Я всунул ему в руки обрез – проверив сначала есть ли патроны – и мотнул головой в сторону выхода:

– А те двое на островке?

– Они транзитом с Паскудоса.

– Там дверь на мостик?

– Угу. А в сторону – комнатухи форпоста.

– Убей третьего – поощрил я.

– Третью…

– Да посрать.

– Л-ладно… попробую… но мои руки в смазке, а не в чужой крови… ой!

Словив мотивирующий пинок под жопу, Сэд взлетел наверх обоженной постапокалиптичной птичкой. Я поднялся следом. Мы свернули, поднялись по еще пяти грязным ступеням – я бы трахнул весь штатный персонал за такую грязь – и… Сэд шарахнул из обоих стволов, накрыв мелкой дробью мирно спящую сидя жирную девку в слишком тесном для нее кожаном бикини, что утопало в дряблых волосатых телесах. Словив пузом и сиськами весь дробовый букет, девка подскочила, ударившись башкой о низкий каменный свод и рухнула без сознания. Тихо рассмеявшись, я толкнул остолбеневшего мужика в нужную ему сторону, напомнив:

– Расспроси!

– А… да… она же еще жива…

Наступая на мягкое, ломая податливые кости, я не ответил, просто вывалившись наружу и оказавшись на уже виденном снаружи хлипком подвесном мостике, что вел к тому, что здесь нарекли Паскудосом.

Ну… выглядит это как стена из подручного дерьма, к которой ведет мостик и того же материала. По словам Мульроса и его парней – а они только слышали, но не бывали там, чему сильно рады – Паскудос представляет собой здоровенную выемку в стене каньона, расположенную слишком близко к воде и потому постоянно хапающую ядовитые кислотные испарения. Жить тут нельзя. Быстро умереть тоже не получается. Это как дырявая газовая камера смерти, где каждый вдох почти смертелен, но именно что почти и лишь приближает к смерти. Прямо как жизнь… паскудная жизнь в Паскудосе…

Перейдя мостик, я оглянулся и увидел, как по островку торопливо бежит небольшая группа гоблинов. Они пересекли островок, привычно взлетели по трапу, втекли внутрь надстройки и дверь захлопнулась. Задержавшись на минуту, я терпеливо ждал, глядя на корабль и лишь краем глаза посматривая на замершую у входа в Паскудос фигуру с топором на длинной рукояти.

– Эй! Ты еще кто, гноесос?! Обзовись!

Не отвечая, я терпеливо ждал, глядя на покачивающееся у пристани судно. Еще пять секунд… десять…

– Кто ты такой, отсос?! Напряги губы, пока я не заставил тебя напрячь жопу в рвотном кровавом порыве!

Двадцать секунд…

– Крутым и дерзким себя возомнил? – в голосе орущего зазвучала предсказуемая тревога и легкий страх. Он видел лишь плащ. Но кто скрывается под плащом? Вдруг один из явившихся с досмотром боссов, что быстро вырвет язык за такие слова – Я на посту! Я в своем праве!

Еще десять секунд…

– Я просто выполняю свою работу… сэр…

– Сэр – хмыкнул я – Сэр…

– Что? – мои слова за забралом шлема и под капюшона прозвучали слишком тихо, чтобы их разобрать – Если что – двоих смертников уже должны были убить! Я только заступил… нас мало…

Отвернувшись от продолжающего оставаться на месте судна, я шагнул к дежурящему у двери ушлепку, спрятавшемуся под самодельным козырьком. Подняв забрало, оскалился в его изуродованное шрамами оплывшее одноглазое лицо:

– Девки… сюда должны были доставить двух девок…

– П-пароль! – топор с запозданием начал опускаться.

Мой нож оказался быстрее, легко найдя себе цель в его правом боку.

– УГХ!

Отбив топор, что с лязгом упал на окутанные зыбкой дымкой камни, я прижал раненого локтем к двери за его спиной и повторил вопрос:

– Сюда должны были доставить двух девок…

– У…

– Да?

– Увезли их! Увезли! На баркасе! Ох… ох… только не шевели нож… слушай, мужик… ты кто?

– Куда увезли?

– Санвэй! Санвэй! Мясная ферма Санвэй! Тут рядом! Одну девку туда. Другую вроде бы дальше! Она ценнее!

– Санвэй… точно?

– Да! Да! А вторую девку в Альт! Она особо ценная! Слушай… мы их не трогали! Никто не трогал! Запрет! Ценные заложники! Не дави на нож! Я же чувствую – ты давишь! Вспомни слезы своей матери! И… А-А-А-А-А-А! А-А-А-А-А!

– Зачем первую девку на Санвэй? На мясо?!

– ЧТО?! Ты што! Ты што! – выпучился корчащийся подранок – Насчет нее приказ – принять в ряды наши. Она теперь из гнойных. Силком не трахнуть даже! Харей особо не вышла – поэтому в Санвэе работать станет. Спину на мясных плантациях гнуть…

– То есть своих не трахаете, да? – с пониманием улыбнулся я – Жаль что своей заделась…

– Это да – робко кивнул подранок – Тюремных можно и не спрашивать – дал по харе, на тряпки кинул и… слушай, я могу и тебе устроить! Есть у нас тут одна горько-сладкая… в теле! Харя дерьмо… а вот сиськи зачет…

– Сиськи зачет – повторил я – На тряпки кинул…

– Ну да! Я только с раной раз… – беззвучно охнув, он опустил глаза и молча смотрел, как мой нож наискосок шел через его живот, пока не вскрыл его как рыбу. Отступив, я позволил вывалиться кишкам, после чего схватил его за грязную холку и, сбив подсечкой с ног, толкнул в объятия черного лишайника. Запоздалый крик оказался коротким – ушлепок ударился башкой и затих. А я скинул железный засов, толкнул дверь и вошел внутрь, на ходу доставая тесак…

Выйдя через пятнадцать минут, пробежал по мостику, спустился по лестнице форпоста и неспешно зашагал по ведущему к острову мостику, не сводя глаз с судна. Я был готов к любому развитию событий, но навстречу мне вышел Мульрос, подсвечивая фонариком свое лицо в стеклянном шлеме.

– С возвращением!

– Почему не ушли?

– Ну… мы так подумали… еще разок тебя подвезем…

– Сдохнуть хотите?

– Уйди мы… вплавь бы дальше двинулся?

– За меня не переживай.

– А я только за себя и команду думаю. Поговорим?

– Поговорим – буркнул я и поднялся на палубу.

– Паскудос…

– Семеро доходяг заключенных. Шестеро дохлых надсмотрщиков.

– Пару из них мы должны знать. Позволишь мы…

– Забирайте всех. Грузите на палубу. Заодно прихватите мой тесак – он там торчит в чьей-то жопе.

– Ага… И куда дальше?

– Мясная ферма Санвэй.