Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 966

- Ну… – зевнул я – Для тебя бывает. И для большинства твоих корешей.

- Да ну?! И что же это? – оживился гоблин – Где найти?

- Искать не надо – усмехнулся я - Ты уже богач, гоблин. Жри сопли дальше и радуйся.

- Не понял…

- Сопли – повторил я – Твои сопли. Ведь их сколько не выковыривай и не жри – всегда прибудет еще, верно? Выковыривай бережно, разжевывай, смакуй со вкусом…

- Э… как бы…

- Пока ты жив сопли и говно не кончатся у тебя никогда, гоблин. Ты богач. И можешь быть как то самое мечтающее большинство – смело ковыряйся в сокровищнице подсохших соплей и не бойся – они не кончатся пока ты жив. Запас до конца жизни! Главное не мечтай о большем… и тогда не придется ничего делать. Грязный палец в нос – и ты на вершине мира… И принимай сопли как лекарство от остальных мечтаний. Начал мечтать о бесконечном компоте – пожуй соплей из левой ноздри - и забудь. Замечталось вдруг о крутых мышцах, а рвать жопу не готов – пожуй соплей из правой ноздри - и забудь.

- Э…

- Что? Не нравится что-то?

- Ну… спасибо…

- За что?

- За… к-хм… мне надо подумать – признался однорукий.

- Подумай вон там – почти ласково велела подошедшая Ссака, награждая бойца звонким подзатыльником по шлему – Трахать мозги командиру – право лейтенантов. Понял?

- Понял. Пошел я подумаю…

- Спать иди, соплежуй херов! – рыкнула Ссака, опуская задницу на нагретое место – Чтобы через минуту уже посвистывал через прочищенные ноздри!

- А-га…

- О чем задумался, лид? – поинтересовалась наемница, стаскивая шлем.

- О Формозе и его гниении – ответил я, поднимая глаза к потолку.

- А он гниет! – подтвердил подошедший Рэк, бросая на пол рюкзак и садясь на него так, чтобы опереться спиной о стену и не терять из вида выход – Сколько воды… сколько ржавчины… А стоны эти слышали?

- Конструкции корежит – кивнула Ссака – Мнет и корежит… есть ощущение, что если в ближайшие годы тут все капитально не подлатать, то весь сектор может уйти на дно.

- Да – кивнул я – Он и уйдет. А следом могут нырнуть и остальные… те горные хребты, что делят Формоз на сектора – они ведь тоже висят над водой. Каменные многотонные декорации… на чем они держатся? Стоят на стальных колоннах? Скорей всего да. Но если пара секторов провалится и поднимет что-то вроде ударного цунами…

- Может начаться цепная реакция – кивнула наемница – Да… карточный домик с гнилым фундаментом…

- Главное к тому моменту убраться отсюда – пробурчал Рэк, разбирая на расстеленном поверх бедер куске ткани револьвер – Центр этого мирка хоть попрочнее?

- Должен быть – ответил я.

- Тогда и посрать – заключил орк – Мы здесь жить не собираемся. И так слишком надолго застряли. Возни много, крови, бухла и траха мало – не по мне такое говно, командир. Я че девственник что ли?

- Нет что ли? – изумленно приподнялась наемница – А так похож…

- Заткнись! Мужики сейчас говорят!

- Сам заткнись! То же мне мужик! Всего одиннадцать раз ту колесную пару перетащить сумел… А от груди едва выжал сто семьдесят… тоже мне мужик! Слабак!

- Я не спал двое суток! Все время в Мутатерре! А ты…

- Идите уже трахнитесь наконец! – рыкнул я – Или прибейте друг друга! Мне какого хера мозги трахаете?!

- Да про гниение же – оскалился Рэк – А у нее там все прогнило давно… сколько лет она полуфабрикатом валялась?

- Еще вопрос кто из нас дольше валялся в заморозке! – парировала наемница и орк подавился следующей фразой, замолкнув в раздумьях.

- Да – кивнул я – Пробуждение и гниение… В этом сраная суть. Вот и я о том же… Само это место напомнило мне…

- Жопу Мира! – рыкнул орк – Да! Мне тоже. Пахнет родиной, командир… Если пробежит пара хромых плуксов – я пущу слезу ностальгии… Но ты ведь не об этом?

- Об этом – кивнул я – Родина. Франциск мать его Второй и Единственный. И та самая механическая Мать, которой истово молятся все гоблины – Камальдула… Почему она выпустила нас во второй раз?

- Не въехал щас – признался орк.

- Первый раз нас с Каппой выпнули нашего же спасения ради – задумчиво произнес я – Первый воспользовался какими-то своими рычагами и попытался нас отжать. Но Камальдула предпочла выпнуть нас к херам. А затем сделала все, чтобы вернуть блудных гоблинов в родные пределы. Заодно нарекла героями, даровала титул сенатора… а затем усыпила нас, погрузила в контейнер и отправила посылочку в Формоз… Какого хера она так поступила?

- Думала об этом – тут же отреагировала наемница – И не раз. И ты сам говорил об этом. Некоторых гоблинов не отпускают, лид. И ты как раз из таких. Но машина отпустила тебя.

- Да – кивнул я – Какого хера она так поступила? Раз она меня усыпила – могла бы избирательно стереть часть воспоминаний, а затем возродить меня практически в том же месте – сенатор с частичной амнезией, не забыв при этом шепнуть, что я истинный патриот и как раз собирался покарать всех, кто мешает развитию Франциска… но она меня отпустила. Типа подчинилась моему решению…

- Типа? – прохрипел орк.

- Типа. Машины видят мир как бесконечную шахматную партию. Ну я так думаю. Или как карточную игру с предельно высокими ставками. Вроде тех игр, где на кон ставят собственную жизнь. И в таких играх мало полагаться только на ум и математические расчеты. Важна и колода. Важны шахматные фигуры. Мы тоже игроки, но играем на десяток этажей ниже – в куда более потрепанных казино или даже в притонах. У нас своя партия, свои ставки, но при этом мы, как всегда, являемся частью чужой карточной игры. Вот ты и ты – я поочередно указал взглядом на Рэка и Ссаку – Вы мои козыря. Мои лейтенанты. И однажды мне может и придется разыграть ваши карты в обмен на что-то…

- Любой командир посылает солдат на смерть – безмятежно улыбнулась Ссака – Я впитала эту истину с младенчества. Наемники умирают рано. Так что я еще счастливчик. Не удивил, командир. И не напугал. Я знала на что шла… как и долбанный орк. Как и все остальные.

- Пусть так – согласился я – Но я о другом – какого хрена Камальдула, едва вернув наши карты себе в колоду, вдруг решила снова разыграть их? И ради чего? Ради кого? Ради мятежного Формоза? Ради себе подобной подружки-управляющей? Не верю! Херь это все! Но уверен, что Камальдула даже подталкивала меня сюда, ловко пряча все за своим слезливым сожалением и надеждой на мое скорое возвращение.

- А ты не слишком хорошо думаешь о ее булькающих мозгах, командир? – осведомился Рэк и покрутил пальцем у виска – У нее же черви в башке размером с мой хер!

Предостерегающе взглянув на дернувшуюся было съязвить Ссаку, я покачал головой:

- Не слишком. Она умна. Более того – она умнее нас с вами вместе взятых. И она неравнодушна – а это именно то качество, которое Первый старался буквально вживить бесстрастным компьютерам. А еще она умеет бояться. И неплохо прогнозирует угрозы…

- Угрозы от кого?

- Именно – усмехнулся я – От кого? Ответ прост – от того, что Управляющие считают главной угрозой не только себе, но и всей планете. Главная угроза выглядит как призрак страшного апокалиптичного прошлого. И выглядит она как… безнаказанный гоблин, что легко и просто кладет хер на экологию, на баланс и даже на собственное будущее. Гоблин, что живет лишь сегодняшним днем и только ради себя любимого.

- Я потеряла нить… о каком гоблине речь?

- Эдита! – выплюнул я – Вот тот страшный гоблин…

- Системная ведьма?

- Это мы ее так назвали – хмыкнул я – А кто она на самом деле? Я отвечу – захватчица, что воспользовалась определенными рычагами для захвата власти и подминания всего Формоза под себя. И у нее получилось. Самое страшное для всех разумных машин – эта девка подмяла под себя здешнюю Управляющую. А затем, невзирая на тщательно выстроенный природный баланс, принялась тут все с яростью курочить и перетасовывать. Закончив с ландшафтом, она взялась за гоблинов. Вы видели здесь хоть одного счастливого гоблина?

- Не-а… нигде…

- Нигде – подтвердил я – А во Франциске II их полно. Те же добросы. Они сука счастливы! Живут на зеленых берегах прозрачных речушек, возделывают поля со вкуснейшими овощами, пасут овец и коров. Вечерами засиживаются в трактире за кружечкой пивка. Покуривают трубки, сидя на удобных скамьях и любуясь закатами. Они реально счастливы. Они получили обещанное, хотя и не помнят об этом. А в Формозе? Где-нибудь заметили счастливо лыбящихся гоблинов?