Десять тысяч стилей. Книга девятая (СИ) - Головань Илья - Страница 67

Волк не знал, что его ждет в храме Ммон. Но если бы Ливий шел по пути монаха, то после своего обучения осел бы здесь, в храме Акри. Многие послушники были плохо подкованы в точных науках. Но в храме жили и настоящие светила математики, медицины и других областей познания мира. Все дело в том, что в храме Акри собирались после обучения те монахи, которым были близки науки. И они не просто обсуждали знания между собой. Из Централа порой доставляли новые книги, которые монахи передавали друг другу. Ливий тоже умудрился прочитать добрый десяток неплохих научных трудов. И подарил монахам гроссбух по медицине, который получил в Песьей Яме.

Монахи здорово обрадовались.

Храм Ммон считался старейшим храмом Трех Истин. Чтобы добраться до него, нужно подняться по лестнице из десяти тысяч ступеней. Ходила легенда, что если ты пройдешь все ступени, ни разу не остановившись, то твое желание исполнится. Поэтому многие паломники приходили к храму Ммон, чтобы попытаться это сделать. Увы: десять тысяч ступеней, идущих вверх – тяжелый путь для обычного человека. Пройти их без остановки способны немногие. Паломники знали это. Пробовали подняться без остановки только те, у кого была внутренняя энергия. Или те, кто приходили на плато Трех Истин впервые.

– Какой смысл подниматься с внутренней энергией? Теряется сама суть.

У начала ступеней было пусто. Ливий специально подбирал время так, чтобы не сталкиваться с людьми лишний раз. Правда, вряд ли бы кто-то пришел сюда сегодня.

Храм Ммон скрывался где-то высоко в тумане. Само плато Трех Истин находилось не так уж и низко, поэтому находиться здесь обычному человеку порой становилось сложно. Воздух был разреженным. О том, чтобы подняться еще выше, к храму Ммон, многие даже и не думали.

Ливий встал на первую ступень. Начался подъем.

Вокруг царила умиротворяющая тишина. Тихие шаги Ливия разносились эхом. Казалось, чихнешь или кашлянешь – и это услышит все плато Трех Истин.

Подъем ввергнул душу Ливия в спокойствие. Мерные шаги по ступеням заставляли расслабиться и будто слиться с окружающим миром. Казалось, что ты идешь не в храм, а прямо на небо. И на этом тихом туманном пути ты будто бы находишься на границе двух миров, на странном перешейке бытия и небытия.

Ливий не сразу заметил, что кто-то поднимается по ступеням рядом с ним. Умиротворение подъема заставило Волка расслабиться, потерять бдительность. И когда он перевел взгляд на незнакомца, то сердце Ливия рухнуло вниз.

Рядом шел Сильнейший.

Глава Сильнара выглядел так же, как в тот день, когда Ливий впервые его увидел. Мощное тело, короткая черная борода и лазурные глаза – настоящий колосс, приводящий в трепет добрую половину мастеров Централа.

Сильнейший был для Ливия всем. Входом в мир боевых искусств. Величайшим мастером. Несокрушимым титаном, что пожертвовал своей жизнью, чтобы защитить Сильнар.

Волнение в душе едва не заставило Ливия остановиться. Но Волк знал: Сильнейшего больше нет. И когда Ливий унял чувства, глава Сильнара растворился.

На ступенях храма Ммон больше никого не было.

– Это было сложно, – вздохнул Ливий. Он не знал, что это было. Испытание? Тренировка? Защитный механизм храма? Внезапное наваждение? Ливий знал лишь одно: такое могло произойти лишь здесь, на ступенях храма Ммон.

«Возможно, я и правда где-то между мирами», – пронеслось в голове Волка.

Где-то на середине лестницы Ливий вновь увидел знакомого человека.

Это был Ириней. Старый друг из Охирона улыбался и уверенно шагал по ступеням. В этот раз Ливий не волновался: присутствие друга наоборот взбодрило его.

Ступени быстро проносились под ногами Волка, хоть он и не спешил. Вскоре туман рассеялся. Показался храм Ммон.

До конца лестницы оставались считанные шаги. Но почти ступив к вратам храма, Ливий увидел последнего человека.

Он стоял к Волку спиной. Этого человека Ливий видел лишь единожды. Со спины Волк легко смог бы спутать его с кем-нибудь другим, но этого не произошло. Стоило Ливию увидеть незнакомца, как он сразу понял, кто это.

Перед ним стоял Хаос.

Глава «Единства» не двигался. Из-за этого Ливий едва не остановился. Не хотелось приближаться к Хаосу ни при каких условиях. Ливий был уверен, что это очередное наваждение, но что, если Хаос действительно здесь? Сильнейший мертв, как и Ириней. А вот глава «Единства» жив. И однажды он уже наведывался в храм Ммон.

Сделать последние шаги было тяжелее всего. Но Ливий переступил через свой страх, через все опасения, и Хаос тут же исчез.

– Я добрался, – устало выдохнул Волк.

Ширх. Ширх.

– Добро пожаловать, – сказал монах, подметая каменную плиту под аркой входа в храм.

«Я не обратил на него внимания. Еще бы, на Хаоса смотрел», - подумал Ливий, глядя на монаха с метлой в руках.

– Наверное, можно загадать желание? – с улыбкой спросил Ливий.

– Наверное, можно, – ответил монах, не отвлекаясь от своего занятия.

«Желание…Хочу спокойно вернуться в Сильнар. Чтобы там никто меня не казнил и не посадил в заключение», – загадал желание Ливий.

Он знал, что рано или поздно вернет наследие Охирона. А если нет, то никакое желание у храма Ммон не поможет. Чего на самом деле Ливий искренне желал – так это вернуться домой, в Сильнар.

Лестница десяти тысяч ступеней оканчивалась небольшой площадкой, где паломники могли перевести дух и помолиться. Дальше шла небольшая лестница из ступеней, которая вела к арке храма Ммон.

– Вы кто? – спросил монах у врат, по-прежнему не отрываясь от своего занятия.

– Послушник Ливий.

– Да, мне сообщили о вас. Можете войти.

– Я не смог бы войти? – удивился Ливий.

– Верно, – кивнул монах. – Меня зовут Азек. Я – Привратник храма Ммон. Обычным людям запрещено входить внутрь. Они молятся здесь, у входа. Послушники и биржани могут войти, если нас заранее предупредили.

– Вот оно что.

Порядки в храме Ммон были строже. Да и влияла сама удаленность святого места. Если храм Эмм-Хо посещали толпы паломников, храм Акри – небольшие группы, то к храму Ммон почти не приходили люди. Оказывается, дело было не только в удаленности и сложности дороги. Играли свою роль и местные порядки.

Ливий поднялся по ступеням и остановился возле Азека.

– Послушайте, я видел людей, когда поднимался. Что это было?

На мгновение Азек отвлекся от метлы, посмотрев на Ливия. А затем продолжил мести пол.

– Храм Ммон стоит в особом месте. Это не иллюзии. Скорее отражения. Все люди, которых вы видели, когда-то поднимались по ступеням. Путь к храму Ммон хранит воспоминания об этих людях.

– Значит, все они поднимались…

«Сильнейший приходил сюда? И не только он, но и Ириней?», – думал Ливий. Не удивлял только Хаос – глава «Единства» действительно наведывался в храм Ммон.

– А те, кто поднимаются сюда, видят одних и тех же людей?

– По-разному. Большинство не видит никого, – ответил Азек. – Вы видели тех, кого знаете?

– Да. Они – сильные идущие. Двое уже мертвы, а третий…Кхм.

Не хотелось говорить в храме Ммон о человеке, который вторгся сюда и убил прошлого настоятеля. Но Азек все понял.

– Хаос, верно? – спросил он. – Стоял на последней ступени? Я видел его, когда вы поднимались, послушник.

– Что? Разве эти отражения не видят лишь те, кому их показывают?

– Так и есть. Но я работаю Привратником много лет и научился их видеть. Идите, послушник.

Монах продолжил мести каменную плиту, хотя Ливий не видел ни мусора, ни пыли.

Внутри все было почти так же, как в храмах Эмм-Хо и Акри. Но были и отличия. Сразу же бросалось в глаза отсутствие зала для молитв мирян: паломников не пускали в храм Ммон. Слева стояли большие двухметровые бронзовые купола, назначение которых осталось для Ливия загадкой. Купола не были подвешены, чтобы звонить в них. Вместо этого они просто стояли на земле в ряд.

– Приветствую, послушник. Ливий, если я не ошибаюсь?

Из главного зала вышел монах с узкой и длинной бородой. В одной руке он держал подвесной фонарь, в другой – металлическое кольцо.