Длинная и дикая охота (ЛП) - Дестефано Мэрри - Страница 3

Глава 3

Тяжелое злое присутствие наполняет лес. Оно давит на меня, почти как большой кулак, сжимающий в своих тисках. Я паникую и роняю труп Адель, отчаянно желая сбежать. Пытаюсь вытащить себя из тела мистера Бахмана, но складывается ощущение, что меня приклеили. Мои пальцы слились с его, а ноги застряли в его кожаных сапогах.

― Нет, ну давай же, ― бормочу я самой себе. ― Мне нужно выбраться отсюда!

Но я не могу.

Тьма движется и меняется, как непослушное облако, пока магическое существо не возникает прямо передо мной. Его глаза сверкают, руки уперты в бедра. Все в нем величественно, а одежда черных оттенков.

Ему не нужно говорить, кто он.

Я знаю. Мы все знаем. Мы все боимся.

Король Фейри здесь.

Я поняла это, как только увидела его, что нарушила одно из его основных правил. Я пыталась освободить кого-то от его проклятия.

Одним лишь взмахом руки он сбивает меня с ног своей силой, подобно удару лошади. Я лечу через поляну, отделившись от отца Адель в мгновение ока. Распластавшись по земле, я прихожу в ужас.

Король Фейри прекрасен, ужасен и невероятно могущественен.

Я хочу отвести от него взгляд, но не могу.

В одно мгновение он возникает передо мной, одной рукой сжимая горло и отрывая от земли. Его хватка неумолима. Если я когда-нибудь мучила мертвого Уильяма, паря по каньону и удерживая его в плену, это сейчас все было совсем не так.

Меня пронизывает страх. Я чувствую себя словно в аду. Желаю никогда не появляться на этот свет.

― Прошу.

Это единственное слово, которое мне удается произнести, прежде чем я замолкаю навсегда. Все остальные преклоняют колено, падают лицом к земле, как люди, так и призраки. Даже птицы и лесные существа опускают головы и замирают на месте.

― Просишь о чем? ― спрашивает он.

Его голос, подобно молнии, испепеляет мои призрачные кости. Еще одно слово или два от него, и я поплыву на ветру, не представляя собой ничего, кроме пыли.

Слезы катятся по моим щекам. Я не могу говорить ― только думать.

«Прошу. Отпустите ее. Мой Господин».

На одну секунду удивленный хмурый взгляд омрачает его прекрасные черты лица. Затем он прячет свои эмоции, а на их месте ― суровый взгляд и поджатые губы. На одно мгновение, я удивляю и смущаю его.

Может, у меня еще есть шанс.

Но это потребует от меня ума и мужества, а сейчас у меня нет ни того, ни другого. Есть только страх.

«Прошу, освободите ее, ― говорю я мысленно. ― Я буду служить вам».

Он прищуривается. Может, чует мой обман. Может быть, он уже слишком хорошо меня знает. Это он взывает ко мне, когда царствуют тени ночи? Если да, то почему? Чего он хочет?

Его милое лицо смягчается улыбкой, и он походит больше на ангеле, чем демона.

Он Король Лжи. Даже его настоящая улыбка ― зло.

И все же я чувствую, что поддаюсь ему. Мои губы повторяют его улыбку, а сердце почти так же окутывает тьма, как и его. Я выучила, как стать коварной и хитрой, за то короткое время, что провела в подземном мире.

Разве это не я не дразнила мертвого Уильяма, что он убил мою лучшую подругу?

Разве это не я спровоцировала смерть самого Уильяма?

Я не делала ничего из этого собственными руками, однако моя душа запятнана. Так же, как кровь запятнала куртку мистера Бахмана. Я охотилась и убивала тех, кого якобы любила.

― Эккехард, ― произносит король. ― Это мое имя, или было таковым давным-давно. Я лесной царь, Король Фейри и Господь всего, что ты видишь в этом лесу. Большинство моих подданных называют меня Господином, но ты, моя милая, можешь называть меня по имени.

Все это он говорит, пока держит мое горло в своей порочной хватке. Если бы я была живой девушкой, была бы уже мертва. Праздничным столом для червей и птиц.

«Отпусти меня, Эккехард, мой Господин, и я буду служить тебе… после того, как ты освободишь мою подругу Адель».

Его хватка ослабевает, но он не отпускает меня. Вместо этого Король ласкает мое горло пальцами и наклоняется ближе, пока его губы не касаются моих. Этот поцелуй ― совершенство, которое прогоняет все мои страхи, преображает меня. Словно я сделана из света звезд и магии, словно я ярче самого солнца.

Это совсем не похоже на человеческий поцелуй. Вся вселенная становится бледной по сравнению с этим… с ним.

Он мог бы всосать мою душу этим поцелуем. И выплюнуть обратно. Я бы стала потерянным духом, обреченным вечно бродить по земле.

Вместо этого, он притягивает меня к своей груди, возвращая человеческие чувства, которые я жаждала вернуть.

Он целует меня, вдыхая жизнь.

Его умения и магия достаточно сильны, чтобы я потеряла сердце.

Он ждет, пока не убедится, что я точно осознаю, кто он и чем является, а потом отпускает меня. Я падаю на землю, отяжелевшая, как мешок с костями, и боль от падения шокирует меня.

Я почувствовала падение.

Я снова человек?

Он снова машет рукой. На этот раз, его сила ударяет меня в центр груди, и я падаю на спину, зная, что сделала не так ― не выказала своего почтения.

Как и другие, я быстро преклоняю колени перед ним, глядя на землю.

Его смех обволакивает нас и, хотя я не хочу этого, присоединяюсь. Этот глубокий мрачный смех зарождается где-то в глубинах, пока появляется наружу, и все остальные тоже начинают хихикать и выть. Радость, ужас и обожание сливаются воедино.

Если он попросит нас убить друг друга прямо сейчас, думаю, мы это сделаем.

Он самое ужасающее создание, которое я когда-либо встречала, и мое сердце совершает кульбиты и танцует при одном только виде него.

Глава 4

― Держи себя в руках, ― говорит мертвый Уильям.

― Заткнись, ― отвечаю я.

Мы присели бок о бок в его крошечной пещере. Я снова в человеческой плоти, хотя все еще не могу покинуть лес. Тем временем, Уильям продолжает гнить, сантиметр за сантиметром, и я до сих пор не понимала, как сильно от него несло.

Но он в безопасности. Это уже хорошо.

Лучше иметь дело с монстром, которого я уже знаю.

― Ты должна была попросить освободить нас всех, ― говорит он, хотя и отказывается смотреть мне в глаза. Может, я потеряла свою красоту. Или я выгляжу точно так же, как до того, как Уильям убил меня.

― Эккехард не согласился бы на такое.

― Может, и согласился. Может, сейчас я был бы свободен.

― Я не свободна, ― говорю. ― Ты вообще заметил это?

― Твой драгоценный повелитель фей позволил этим людям забрать тело Адель. Теперь ее нет. Моя милая, любимая мертвая девочка ушла.

В его голосе печаль, но я помню, как быстро он устал от нее и при жизни, и будучи мертвым.

Мертвый Уильям переменчивый, поверхностный зверь.

И я его нежно люблю.

― Ты все еще можешь летать, проходить сквозь деревья и вселяться в живых людей? ― спрашивает он меня, подняв голову. Впервые за несколько дней его взгляд сосредоточен на мне, вопрос сияет в его глазах.

― Не знаю. Я сомневаюсь в этом.

Он качает головой, которая на самом деле больше похожа на череп.

― Тогда ты бесполезна.

Я хихикаю.

― Как и ты, любовь моя.

В нашей крошечной пещере мучений я беру его за руку, и он позволяет своим костлявым пальцам переплестись с моей бледной плотью.

***

Зов звучит позже ночью. Прошло семь дней, и мы провели их, прячась и скрываясь. Делали вид, что никогда не встречали всемогущего лесного Короля.

Пришло время платить по счетам.

Голос Короля Фейри отражается от горной лощины до широкой степи и речной долины. Он такой красивый, что я хочу танцевать. Его зов заставляет мою кровь кипеть, а сердце колотится быстрее. Это звук жизни и смерти, и я очень хочу бежать к нему.

Хочу увидеть его.

Но мой любимый мертвый Уильям, кажется, понимает, что грядет, лучше, чем я. Может быть, его призрачный слух лучше, чем мой. В конце концов, у меня теперь человеческие уши.