Выжить нельзя умереть (СИ) - Милютина Елена - Страница 55

— Хорошо, кандидатуру утверждаем, я завтра распущу свою охрану, Джанни — на Морион, тренироваться, Мишеля — домой, праздновать помолвку. И можно скандалить.

— А как же день рождения, — напомнил Эдмонд, — мы же хотели на нем?

— Дата не круглая, можно и пренебречь. Наоборот, даже убедительнее будет, так разозлил отца, что он даже праздновать день рождения не стал, быстрее сплетня разлетится. Отец, ты не против?

— Нет, полностью за, только скандалить на публике повода не будет. Ну ничего, попросим Ива побыть старым сплетником, устроим все за обедом, там уже будут несколько гостей с женами, сороки живо сплетню разнесут! Решено, послезавтра за обедом. Теперь с твоим полетом через Терру. Какие будут соображения?

— А тут и думать не надо, — довольным тоном сказал Эдмонд, — вчера получил сообщение, у Сабрины вроде все в порядке, но советуют раньше 3х недель пространственные прыжки не совершать, так что она остается еще на этот срок. Теперь смотрите, рано утром 23-го я вылетаю к жене, отец, ты разрешишь оплатить дополнительный прыжок? Мол, торопится счастливый муж к жене. 24 вечером мы на Селене, отстыковываем два челнока, причал Холдинга, частный, никому дела быть не должно. На одном я сажусь на космодром Совета Унии, Герхард, пожалуйста, попроси у своего отца разрешение, все-таки ближе к Европе, чем Аравика, лечу к жене в Стокгольм.

Второй челнок высаживает Эльриана с Мишелем на частном космодроме Лански — Грасс в Намибии, ждет там. Молодежь летит в Кейптаун. Ты, отец, дня за два до отлета «замечаешь», что к наказанному сыну заходит слишком много народу и ужесточаешь изоляцию. Эльриана просто теряют. Ночью 28 августа летите обратно на космодром, с космодрома на Селену с посадкой в VIP — зоне, переходите на рейс до Мориона и 30 днем вы уже там. Вечер 30-го и 31-е вам на обустройство. Все. Пусть потом гадают, то ли тебя отпустили, то ли сбежал, то ли помирился с отцом, то ли окончательно разругался. Утешителей и сочувствующих проверяем. А ты, отец, не забудь связаться с Альбертом, пусть предупредит Аннабель!

Как вам план? — обведя, всех глазами спросил Эвальд.

— Хороший, только как приобрести билеты до Мориона, не привлекая внимания? — ответил Эльриан, — не хотелось бы получить что-нибудь в сок еще раз! — О том, что он рассчитывал на более долгий срок в Кейптауне он решил промолчать — родные и так сделали, что могли. Рейсы Терра — Морион только два раза в неделю, а опаздывать нельзя из-за Мишеля, и так у него только сутки на адаптацию в академии.

— Билеты приобретем на Терре, через наших безопасников, заранее, будут ждать вас в Кейптауне, — предложил Герхард.

Эльриан кивнул. К операции по выявлению пособников заговора все было готово.

Скандал вышел знатный. Начавшие съезжаться аристократы собрались на первый совместный обед и в ожидании Его Величества толпились в гостиной перед большим обеденным залом. Император задерживался. Гости начали уже нервничать, когда на пороге возник Эвальд с пачкой бумаг в руках и заорал, якобы в бешенстве, тряся перед лицом младшего принца несколькими чеками:

— Как это понимать? Какой подарок! И кому! Какой-то разведенке! Африканке! — он ткнул фотографию в лицо сыну, — я считал, что ты все-таки ухаживаешь за нормальными девушками, а не за престарелыми авантюристками. Полмиллиона на подарок шлюхе!

Тут пришел черед обидеться Эльриану, заявить, что возраст не имеет значения, если женщина нравится, что деньги его и он имеет полное право тратить их, на что сочтет нужным. Император продолжил про цвет кожи и моральные качества избранницы, Эльриан потребовал прекратить оскорблять честную женщину и обозвал отца расистом. Весь цирк продолжался минут 20, потом актеры почувствовали, что стали повторяться, Эвальд произнес кодовую фразу об умственных способностях сына, приказал ему удалиться в свои комнаты и не сметь выходить без разрешения, которое он получит, только полностью раскаявшись.

Потом император объявил, что празднование дня рождения 4-го принца отменяется, ввиду его безобразного поведения, извинился перед гостями, пригласил к столу, во время еды жаловался, что Эльриан опять завел любовницу старше себя, да еще разведенную, да еще мулатку. Потратил на нее полмиллиона галактов и чуть ли не собрался делать предложение. Фотография пошла по рукам, дамы ахали. Мужчины тоже, однако, отмечали про себя, что дамочка даже очень и очень симпатичная.

Эрвин внимательно смотрел на брата и чувствовал подвох. Такое поведение было совсем не свойственно Эвальду. А уж полоскать на людях грязное белье сына он стал бы в последнюю очередь. Эльфред смотрел на происходящее круглыми от удивления глазами, а старший, Энтони наклонился к уху отца и прошептал:

— Могу поклясться, что нам показали интересный спектакль, только не знаю с какой целью.

Перед уходом Эвальд смилостивился и объявил, что бал все же состоится без наказанного принца, раз уже все для этого готово. Женская половина оживилась — каждый бал это возможность выгодно пристроить дочь или сына, о браках которых не было договорено с детства. Эрвин вышел вслед за братом, догнал того в коридоре и спросил:

— И что это только что было, Эвальд?

— Заходи, Эрвин, — устало произнес император, — все равно все рассказать тебе придется.

— Что рассказать, от меня что-то скрывали? Это связано с той ерундой, что Эстибальд нес про Ри?

— Так он и тебе эту чушь сообщил?

— Да, с подробностями, и что же у нас происходит?

— Заговор брат, заговор с попыткой переворота.

— И каким образом в нем замешан твой младший?

— На него заговорщики сделали свою основную ставку. По пути сюда с Терры его едва не украли. Хорошо, мы подстраховались, и Эд увез его буквально у них из-под носа…

Эвальд рассказал брату все, что они узнали и о чем догадались.

— Так что Ри теперь живая приманка, посмотрим, кто клюнет.

— И что, он сам согласился?

— Более того, это полностью его идея. Теперь ждем результатов.

— А эта женщина, она реальна?

— Реальна, но Ри, как и ты видел только ее изображение. Она подруга Розамунды Грасс и согласилась сыграть роль, если ее спросят о Ри.

— Ну вы и актеры! Так реально разыграть! Что же, желаю выловить крупную рыбу!

Эльриан с гордым видом прошествовал в свои комнаты, и только оставшись наедине, позволил себе расслабиться, правда, ненадолго. Почти сразу появился старик Сильвио с причитаниями и уговорами. Принц отправил его за едой, поститься из-за разыгранного спектакля он не собирался. Последнее время старик раздражал его все сильнее, особенно трудно стало переносить его постоянную опеку после полностью самостоятельной жизни в академии. Сальваторе давно было пора на пенсию, только отправить его на заслуженный отдых было невозможно. Некуда. У него не было никого, кроме Эльриана. Жена умерла родами еще в молодости, больше он не женился, несмотря на уговоры семьи, оставил наследственное дело — столярную мастерскую младшему брату и пошел служить во дворец принца Эрвина в Эстине. Был на хорошем счету, отличался добротой и честностью.

Там уже немолодого лакея и приставили к младшему принцу, который после травмы в три года не подпускал к себе никого, кроме отца, дяди, тети и престарелой няни. Сильвио смог найти подход к мальчишке. То ли ребенок почувствовал его искреннюю доброту, то ли Сильвио подкупил его своим умением вырезать из мягкого дерева простенькие фигурки, но постепенно он завоевал доверие малыша и с тех пор был при нем неотлучно. Вот только в академию его с ним не пустили. Так что теперь Эльриану приходилось терпеть воркотню старика, понимая, что отстранение от его особы Сильвио не переживет, зачахнет даже в самых лучших условиях, которые принц мог бы ему создать. И главное, нельзя говорить, в какую опасную игру он ввязался, старик весь изведется от беспокойства за него, а объяснить, что ссора с отцом — просто разыгранная сцена тоже невозможно, нет гарантии, что верный Сильвио не проговорится, просто защищая своего принца от сплетен.