Практическое руководство по злу (СИ) - "overslept" - Страница 380

Я изменила угол наклона, не дрогнув, и рубанула его по плечу. Я поморщилась перед ударом: я недооценила свою силу, удар должен был попасть в броню, а не в шею. К моему удивлению, мой клинок врезался прямо в серебристый металл. Я почувствовала, как плоть поддалась под ним, хотя и не глубоко. Мой меч, к сожалению, теперь застрял. Его свободная рука указала на мою грудь, и копьё ветра, ударившее в меня мгновение спустя, сбило с ног. Вместе с переломом половины ребер и проколом лёгкого, судя по ощущениям. Мне удалось достаточно крепко сжать свой меч, чтобы он последовал за мной, в то время как моё тело с глухим стуком ударилось о ледяную стену позади меня. Я закашлялась кровью, чувствуя, что лёгкое, которое он пробил, уже начинает наполняться. Дьявол раздери, эта магия ударила, как лошадь.

— Восстановление, — прохрипела я.

Медленно, почти неохотно, я почувствовала, что рана начинает заживать. Это было похоже на то, как если бы меня снова ударили ножом, Безжалостные Боги. Мне всё равно удалось подняться на ноги. Рука герцога лежала на его доспехах, он выглядел потрясённым. И испуган, я видела, впервые с тех пор, как началась дуэль.

— Что это за безумие? — рявкнул он. — У тебя не хватит сил даже прикоснуться к моей защите.

Я вытерла кровь с губ и широко улыбнулась.

— Думаю, ты прав, — сказала я.

Первый эффект от силы лжи. Это не принесло мне окончательной победы — фальшивое пророчество не было достаточно хорошо составлено для этого — но я коснулась истории настолько, что смогла её изменить. Достаточно, чтобы появился шанс победить. Дыра в моём лёгком закрылась, хотя мои рёбра всё ещё чувствовали себя так, словно по ним топтался клан орков. С единственным оставшимся здоровым глазом и разбитым, кровоточащим носом герцог вышел вперёд, но он больше не выглядел таким невозмутимым. С рычанием ярости он взмахнул рукой вверх, и я восприняла это как сигнал к тактическому отступлению. Я запрыгнула на стену позади себя и перемахнула на другую платформу. Хороший инстинкт, обнаружила я мгновением спустя. Ветры бушевали по кругу, охватывая всю ширину ледника, а затем обрушились вниз, как рука разгневанного бога — вся масса разбилась, как стекло, и погрузилась под воду, посылая волны во все стороны, которые заставляли ледники раскачиваться, как корабли в шторм. Герцог Яростного Шквала не двигался, крылья удерживали его в воздухе, пока его взгляд искал меня.

Решив доблестно свалить от этого исчадия преисподней, я спряталась за ледяным шпилем и продолжила свой побег.

Луч энергии в его плаще сказал мне, что он был в движении мгновение спустя, когда я сосредоточилась. «Снова погружается под воду», — подумала я. У него закончились трюки? Или, возможно, фейри не позволяли себе быть слишком изобретательными. Если бы они могли принимать слишком много решений, их истории могли бы разворачиваться не так, как следовало бы. Я прикинула, где он вышел из глубины, и двинулась, чтобы обойти его с фланга. Я почувствовала, что герцог остановился и улыбнулась. Я причинила достаточно вреда, чтобы существо теперь насторожилось. Казалось, он прятался под ледниковым утёсом, поэтому я тихо подкралась к вершине и позволила струе силы влиться в ноги только тогда, когда пришло время прыгать, оскалив зубы и подняв меч. «Ещё один глаз», — подумала я. Если бы я могла лишить его зрения, биться стало бы намного проще.

Я поняла, что облажалась примерно на полпути к земле.

Герцог Жестоких Шквалов не был подо мной, ожидая, когда его пырнут ножом. Там был лишь его плащ. «Ловушка!» — и я буквально подпрыгнула при мысли о том, что попаду в неё. Вокруг меня образовался шар воздуха — та же магия, которую он использовал в начале боя. В ударе сердца от того, как мои ноги коснулись земли, воздух затвердел, поймав меня, как муху в янтаре. Я осталась висеть, едва способная дышать, когда ледяной шпиль замерцал и превратился в герцога. Белоснежно-бледный фейри улыбнулся и лениво махнул рукой, шар уменьшился до размеров моего тела, прежде чем подняться выше в воздух, увлекая меня за собой.

— Рано или поздно, — сказал он, — паразитов ловят. Не устроить ли нам им зрелище, достойное моего имени, Леди Обретённая?

Его крылья взмахнули, и он унёс меня в своём шаре обратно в центр Полей, плавно приземлившись на льдину, пока я висела в воздухе. Я чувствовала, что фейри на берегу наблюдают за нами, хотя я не могла их видеть. Герцог с насмешливой улыбкой расположил меня так, как будто я вот-вот упаду на него. Четыре копья ледяной розы были вырезаны из земли бурлящим ветром, поднимаясь, чтобы поравняться с моими плечами и коленями.

— Неужели ты думала, что сходство со мной заставит меня колебаться? — весело спросил он. — Позволь мне развеять твоё заблуждение.

В этот момент я посмотрела ему в глаза и увидела, что вся его концентрация ушла на манипулирование копьями. Такова была штука с магией: независимо от того, насколько ты стар и плох, было невозможно произнести более одного заклинания за раз. Он был увлечён и, отвлекись он от своего занятия, это украло бы несколько мгновений. Зверь за моим плечом рассмеялся, обнажая клыки. Я чувствовала его тёплое дыхание на своей щеке, чувствовала, как моё Имя пульсирует вместе с ним. На мгновение я почти заставила себя заговорить, чтобы засунуть дерзкий ответ ему в глотку, но подавила это желание. Монологи — для любителей. Копья начали двигаться, медленно на мой взгляд, и я потянулась ко второму сгустку силы внутри меня. Тепло потекло по моим венам, и в затылке я услышала щелкающий звук, тот самый, который издал Клинок Кающегося, когда я сломала его о колено. Я думала о том, чтобы оставить его себе, после Льеса. Когда это был просто очень острый меч. Но потом, на следующий день, он стал легким, как перышко, ибо ангелы не склонны к метафорам, и я увидела на его кромке свою смерть. Поэтому я разбила его на сотню кусочков, которые разбросала по рекам и озерам, чтобы его никогда больше не перековали.

Это не было актом без последствий.

— Прервать, — прохрипела я.

На мгновение всё, что я почувствовала, — это то, что моя воля наталкивается на что-то бесконечно большее. Я поняла, что если бы герцог сражался со мной, меня бы без особых усилий унесло течением. Но он не боролся со мной. Магия была волей, а его воля была в копьях. Шар разлетелся вдребезги, Зверь одобрительно завыл. Я была поймана с поднятым для удара мечом, и хотя инерция была притуплена, именно так я снова начала спускаться. Паника пронзила глаз фейри, и поспешно перенаправленное копьё попало мне в плечо — но это было неправильное копье, рассмеялась я — затем другое пронзило мой бок, и, наконец, моя рука опустилась, даже когда лёд прорвался сквозь плоть и кости. Кончик клинка пробил серебряную броню и попал прямо в сердце.

— Ты, — выдохнул он.

— Я, — ответила я, собирая всё, что осталось от моего Имени, и вкладывая его в удар, когда я пронзила его тело, разрубив пополам.

Из зияющей раны хлынула ледяная красная вода, и я проигнорировала боль в плече, чтобы в последний раз поднять клинок и встретить взгляд герцога, когда я наносила удар. Голова отлетела. Я издала стон боли и изнеможения, когда упала на колени. Дерьмо. На протяжении всего боя я тратила энергию как медяки, чтобы просто выжить, и теперь колодец иссяк. Я даже не смогла в последний раз использовать Восстановление, оно ускользало. Я вслепую нащупала свою руку и обнаружила там кольцо с печаткой, издав торжествующий смешок. С ужасным вздохом я сломала копьё, которое глубоко вонзилось в плечо, оставив лёд внутри, и, запинаясь, поднялась на ноги, прежде чем попробовать то же самое с тем копьём, что было у меня в боку. Мои пальцы были слишком слабы — я не справилась с задачей и закричала, когда лёд ещё глубже погрузился в мою плоть. Я увидела фейри на берегу, видение плыло, и чуть не заплакала при мысли о том, что мне придётся возвращаться туда. Хуже того, центр площадки всё ещё сотрясался от мощного удара, который герцог нанёс ранее магией, хотя тепепь колебания вдруг прекратились...