Измена бизнесмена. Послать или переспать? (СИ) - Мэра Панна - Страница 44

— Я знаю, что это не самое романтичное место в мире. Знаю, что любой девушке хотелось бы сбежать на Бали, но ты…

Я перебила его.

— Дело не в Бали, и даже не в том, что у меня все болит. Дело в том, что твоя бабушка уже едва ли не поженила нас.

— Тебя пугают мечты пожилой женщины?

— Нет, вовсе нет, — смутилась я.

А что на самом деле меня пугало?

— Она сказала мне, будто видит, что ты влюблен в меня и все такое.

— Это тебя напугало? — засмеялся Олег беззлобно, — что тебя может кто — то любить?

— Но ты ведь меня не любишь! Зачем говорить то, чего нет?!

Мужчина ненадолго замолчал, а потом тяжело вздохнув, вновь продолжил:

— Если бы ты знала, что я чувствую к тебе…

Я похолодела. Не от ужаса, от воодушевляющего ожидания.

— И что ты чувствуешь?

— Не могу это объяснить. Странное чувство.

Моя надежда тут же рухнула. Я была права, любовью тут и не пахнет.

— Вот и я о том же. Не хочу, чтобы мне снова говорили о любви там, где ее нет. Я не верю в любовь.

Олег повернулся на бок, и я почувствовала, что теперь он дышит мне в плечо. Он не касался меня, как и обещал, но его дыхание обжигало, и мне снова хотелось к нему прильнуть.

— Я тоже не верю в любовь, — вдруг сказал Олег сонно.

— А ты почему?

— Потому что в жизни, всем от меня всем нужны были только деньги.

Я искренне засмеялась.

— Извини меня, конечно, но от водителя маршрутки не ждешь совместной жизни в пентхаусе. Так что женщины, с которыми ты встречался до меня, явно не этого от тебя хотели.

— До тебя я был другим человек, — серьезно произнес он, так что я даже испугалась.

— Неважно, кем ты был, важно, кто ты сейчас. Если причина того, что ты не веришь в любовь в боязни меркантильных девушек, то взгляни хотя бы на меня. Мне от тебя ничего не нужно.

Олег приподнял голову, и я почувствовала на себе его пронзающий взгляд. Он и правда меня изучал.

— Но ты ведь не любишь меня. Или все-таки у меня есть шанс поверить в то, что меня могут любить таким?

Как же неловко. Я почувствовала жар на лице и бешенный стук в сердце. Люблю ли я Олега?

Я неспешно развернулась к нему, и теперь мы оба лежали боком, изучая в темноте пытливые взоры друг друга.

— Тебя могут любить таким, — прошептала я, едва сдерживая себя, чтобы не провести рукой по его густым волосам, — я убеждена.

Он тихо засмеялся, но в его смехе было гораздо больше боли, чем радости.

— Если это не ты, то я не хочу верить в любовь.

После этих слов он резко отвернулся на другой бок, оставив меня с диким штормом на сердце, ураганом в душе и грозовой бурей в мыслях.

— Спокойной ночи, Доминика, завтра тебе придется капать картошку.

— Доброй ночи, Олег, — ответила я, как можно более спокойно, хотя уже понимала, что еще долго не усну.

* * *

Я проснулась от тихого стука в дверь. Олег спал богатырским сном, и явно не слышал раздававшихся звуков. На часах было около пяти утра. Солнце все еще не поднялось из-за горизонта, и я с удивлением смотрела на дверь. Что могло случиться с этой женщиной в пять утра?

Неохотно встав с кровати, я на цыпочках проследовала к двери, тихо приоткрыла ее и застыла на месте.

На кухне стоял дивный аромат овощей, сала и жаренного омлета. Нина Викентьевна во всю готовила завтрак. Но что за ерунда? Почему она делает омлет в пять утра?

— Что-то случилось? — спросила я, протирая заспанные глаза.

— Конечно! Время завтракать самым изумительным омлетом уже прошло. А сейчаскоров пора выгонять на выпас.

— Но у вас нет коров! Да и лес кругом! — воскликнула я изумленно.

Никакие коровы не в силах вытащить меня из постели в 5 утра.

— Как это нет коров? Да у меня тут целое хозяйство, голубушка. А луг, деточка, пади совсем рядом. Олежка покажет тебе.

Меня хватило только на протяжное «эээээ». Я вчера едва ли вынесла день с готовкой, а сегодня мне только коров не хватало! Что завтра? Стану председателем колхоза, обзаведусь трактором и начну вставать с пением петухов?!

Я развернулась, и недовольная помчала в комнату. Хотелось хлопнуть дверью, упасть на кровать, закрыть уши подушкой и спать дальше. Но вместо этого вдогонку мне прилетел ехидный приказ Нины Викентьевны.

— И Олежку там разбуди, а то он как-то разоспался.

Внутри во мне все сопротивлялось приказаниям бабушки Олега. Почему нельзя просто взять лошадей и поехать кататься верхом? Или почему нельзя пойти с Олегом на речку и купаться до заката?

Но не прошло и получаса, как мы с Олегом уже брели по лесной дороге в сторону луга. За нами медленно плелась и корова.

Тоже мне! Да кем они тут все себя возомнили?! Я стукнула ногой камень, который валялся на дороге, и он с глухим стуком приземлился на другом конце дороги.

— Ты чего такая недовольная? — поинтересовался Олег и сладко зевнул.

Я ответила ему испепеляющим взглядом.

— Доминика, — голос Олега тут же смягчился, — ну неужели ты не можешь потереть всего пару дней? Мы найдем способ со всем справиться.

— Мы? Пару дней?!

— Да что ты вообще обо мне знаешь? И какие пару дней? У нас ничего нет против Марка. Я обязана бегать от него всю жизнь!

— Ты неправа. Всегда ехать возможность переехать.

Я громко засмеялась, спугнув с дерева пёстрого дятла.

— Куда я уеду? Куда ты уедешь? У нас с тобой денег не хватит даже на самолёт. А ты мне говоришь про побег! Я обречена остаться здесь.

— Это так плохо?

— Для девушки из города, у которой есть амбиции. Да. Я не могу всю жизнь пасти коров.

— А если бы я остался с тобой?

Я призадумалась. Наличие Олега могло сгладить большинство углов. Но это?

— Не знаю. Я просто хочу вернуться.

— Значит так и будет, я обещаю.

Мы прошли ещё немного по дороге и вскоре достигли, озаренного первыми солнечными лучами, луга.

— Красиво, — зачарованно пробормотал я.

— Видишь, не все здесь так ужасно.

— Я и не говорила, что все. Я лишь сказала, что хочу домой.

— Не злись на меня, Доминика. Я готов делать, что угодно лишь бы помочь тебе. Хочешь, можем прогуляться вечером? Пойдем в лес или можем съездить в соседнюю деревню?

— Может лучше на речку?

Внезапно Олег замолчал. Лицо его стало каменным, взгляд ледяным, а сам он бесстрастно посмотрел на меня.

— Нет. Никакой речки точно не будет, — ответил он неожиданно грубо.

Я опешила

— Почему? Жарко на улице, а вода прекрасная!

— Потому что я так решил.

Он ускорил шаг, оставляя меня позади, даже не думая обернуться. Что за бес в него вселился?

— Ну и оставайся тут! — крикнула я недовольно и посмотрела на коровку, которая задумчиво пережевывала траву, — со своей телкой! Я могу вечером и сама себя развлечь.

Развернулась и решительно направилась обратно. Туда, где меня ждал удивительно вкусный омлет Нины Викентьевны, который сейчас был единственной причиной для радости.

11.6

Почти весь день я провела вместе с Ниной Викентьевной. Сегодня она пристроила меня к масштабной уборке в доме.

Пришлось залазить на древние антресоли, очищать от пыли сервизы и выбивать древние ковры.

Все это действо, разумеется, совмещалось с готовкой плотного ужина для Олега.

Периодически она давала мне отдых и, пока я сидела на лавке и хрустела затекшим позвоночником, женщина вещала мне о смысле существования:

— Самое главное в жизни — это семья, — бубнила она, чистя картофелину.

«Скажите это моему семейству», — тут же промелькнуло у меня в голове.

— Вот Олегу не повезло. Его мать умерла, когда ему было всего шесть.

— Да? — сочувственно переспросила я, — он не говорил.

— Он ни с кем о ней не говорил с того момента, как все произошло.

Она призадумалась, а затем продолжила:

— Его мать очень любила океан: ежедневные заплывы, дайвинг, подводные фотосъемки. В тот день она по привычке пошла плавать, заплыла слишком далеко, поднялась волна, ну и…