Красавицы Бостона. Злодей - Шэн Л. Дж. - Страница 21

В связи с этим, мисс Диана Смит – директор по связям с общественностью «Королевских трубопроводов» – хотела бы организовать с вами короткое совещание на этой неделе по поводу официального объявления о вашей помолвке с мисс Гомес, как раз чтобы сделать все официально.

А еще прилагаю ваше недельное расписание. Отмеченные окна можно выделить под совещание.

Если я еще для чего-то вам понадоблюсь (и я имею в виду для чего угодно, LOL), дайте знать <3

xoxo Кейси Брандт

Исполнительный помощник Киллиана Фитцпатрика, генерального директора компании «Королевские трубопроводы»

Я оторвал взгляд от телефона и хмуро посмотрел на Хантера.

Он сердито глянул на меня через стол и произнес одними губами: «исправь все».

Возможно, мне в самом деле нужно все исправить.

Мой брат был ужасно слабохарактерным и беспокоился не только о своей заурядной на вид жене, но и ее пристрастиях.

Еще нужно подумать и об Эшлинг. У нее ранимая душа, и она не заслуживала скорбеть по Персефоне, если та будет убита какой-то уличной шпаной.

А еще Сейлор. Если Персефону найдут порубленной на мелкие кусочки и плавающей в реке Чарльз, как засохший тофу в мисо-супе, Сейлор может потерять ребенка.

Предпочтя оставить без внимания тот факт, что я еще никогда прежде не демонстрировал признаков наличия совести, порядочности или внимания к чему-то, кроме своего члена, я решил дать Персефоне еще один шанс искупить свою вину.

Я окажу безвозмездную помощь.

Женюсь на девушке, чтобы спасти ее от верной смерти.

Цветочница окажется так сильно мне обязана после услуги, которую я намереваюсь ей оказать, что вечно будет передо мной в долгу. Это значит, что я смогу выстраивать наши отношения так, как пожелаю, а я желаю видеться с ней три раза в год на важных праздниках, корпоративных мероприя- тиях и ежегодных секс-марафонах (если уж я собираюсь обеспечивать роскошную жизнь ей и ее будущему молодому любовнику, то позабочусь о том, чтобы он точно знал, кому она на самом деле принадлежит).

Пальцы запорхали по экрану телефона.

Да почему люди постоянно констатируют очевидное?

Я вылетел из конференц-зала, даже не извинившись. Кит замолчал на полуслове, застыв с открытым ртом. Хантер и Дэвон переглянулись.

Мне было плевать.

Я не хотел жениться на Минке Гомес.

На Персефоне Пенроуз я тоже не хотел жениться, но, в случае с ней, хотя бы знал, что получаю от этой сделки. А именно: фотогеничных детишек, любящую их мать и жену, которая будет хорошо выглядеть под руку со мной.

Мне нужно лишь держать Персефону на расстоянии вытянутой руки и не подпускать к себе после того, как мы свяжем себя узами брака.

Я вышел из лифта, громко стуча ботинками по мраморному полу вестибюля. Я видел сквозь панорамные окна, что «Кадиллак-Эскалейд» ждет меня у тротуара на фоне метели.

Усевшись на заднее сиденье, я рявкнул водителю рабочий адрес Персефоны.

Сотрудники академии «Маленький гений» узнали меня, едва я переступил порог. Энергичная секретарша тут же ринулась помочь мне найти кабинет мисс Перси и повела по коридору, полному рисунков, поделок и мягких игрушек.

Кругом пахло человеческими газами и яблочным пюре. И это стало гнетущим напоминанием о том, что будущих наследников сначала нужно вырастить. Полагаю, я справлюсь с ролью отстраненного отца, которая так хорошо давалась athair, и ограничу общение со своими отпрысками, пока они не сформируются полностью и не перестанут нуждаться в том, чтобы им подтирали зад.

– Вот здесь класс мисс Перси. – Секретарша остановилась возле двери и открыла ее передо мной.

Я смотрел, как Цветочница скачет по комнате, полной детей. Ее яркие золотистые волосы с прядями медового цвета были заплетены в голландскую косу. Персефона надела белое платье длиной до щиколотки и туфли без каблука, которым на вид было уже лет десять.

Она влачила нищенское существование, была по уши в дерьме, но все равно каждый день с радостью ходила на работу.

Невероятно.

Она держала за руки двух застенчивых четырехлеток, пока все танцевали в кругу. Каждые несколько секунд музыка останавливалась, и дети замирали на месте со смешными выражениями лиц, пытаясь не рассмеяться.

Я прислонился к дверному косяку, сунув руки в передние карманы, и стал наблюдать. Ей потребовалось три минуты, чтобы заметить меня. Еще две, чтобы поднять челюсть с пола, выпрямить спину и залиться румянцем.

Мы встретились взглядом через всю комнату, и у меня в груди вновь возник этот мучительный гул.

Надо бы сердце проверить. Если умрешь от сердечного приступа в сорок лет, винить тебе будет некого.

Она вздрогнула и посмотрела на меня так, будто я отвесил ей пощечину.

– Мистер Фитцпатрик.

– Мисс Пенроуз.

– Вейтч, – поправила она, лишь бы меня позлить.

– Ненадолго, – сухо заметил я. – Можно на пару слов?

– Да я много слов знаю. Сейчас мое самое любимое: «уходи».

– Ты захочешь меня выслушать. – Я хрустнул костяшками пальцев. – А теперь попрощайся со своими маленькими друзьями.

Персефона перевела взгляд с детей на меня и обратно, а потом отвернулась, что-то тихо сказала стоящей рядом учительнице и поспешила ко мне, опустив голову.

– Что ты здесь делаешь? – громко прошептала она, закрыв за собой дверь.

Я задаю себе тот же вопрос с тех пор, как сбежал от Кита и его усыпляющей речи.

Какого черта я сюда пришел?

Из-за Хантера?

Эшлинг?

Из-за какой-то там угрозы, что Персефону может прихлопнуть мафия?

Причины размылись, но казались вескими, пока я сидел в конференц-зале и размышлял о будущем с женщиной, которую не знал и которая меня не интересовала. О женщине, которая хотела домик в Аспене, как будто на дворе клятые девяностые.

– Когда ты заканчиваешь? – спросил я.

– Не раньше, чем через четыре часа.

– Возьми отгул на оставшуюся часть дня.

– С ума сошел? Я едва могу позволить себе перерывы на обед. – Она вытаращила глаза. – И беру их только потому, что обязана делать это по закону. Я попросила директора разрешить мне оставаться после занятий, чтобы помочь с уборкой и подзаработать. Я не могу уйти с работы.