Дом бескрайних песков (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 8

Он отвечает на моё чувство рычащим: «Leámsa», — после чего перекатывается на меня, шлёпнув меня своим толстым членом по бедру.

«Моя».

Он упирает свои мощные руки по бокам от моего лица и просто смотрит, словно запоминает изгиб моих ресниц, розовый цвет моих радужек и губы в форме бантика.

Может быть, он делает вовсе не это, но именно этим занимаюсь сейчас я. Я пытаюсь запомнить каждую черту его лица, хотя мне кажется, что я уже знаю их наизусть.

Я облизываю губы, когда последствия его возбуждения начинают стекать по моим ногам, а затем начинаю облизывать его губы, язык и зубы. И он тоже поглощает мои губы, язык и зубы. Мои соски врезаются в его грудь, сделавшись твёрдыми из-за его жёстких волосков и каменного пресса, из-за того, как двигается его язык, из-за его горячих губ и пульсации члена.

Одержимые. Мы сделались одержимыми.

Он оставляет дорожку поцелуев на моей шее, а затем начинает обводить языком мою грудь. Несмотря на то, что он не сдерживает себя, он не груб. Но и не нежен, он настойчив. Моя кровь несётся всё быстрее и быстрее по венам, пока мне не начинает казаться, что мои конечности набухли, как тот узелок нервов, к которому медленно подбирается Кахол.

Когда его поцелуй приземляется на мой пупок, мои бёдра подаются вверх. Воспользовавшись моментом, он просовывает руки под мои ноги и притягивает меня к себе. Я резко вдыхаю, когда его раскрытые губы приземляются на меня.

Я хватаюсь за простыни, когда он проводит по мне своим широким языком. Я так быстро и мощно кончаю, что отрываю простыню от матраса и выкрикиваю его имя. Его губы изгибаются рядом с моей нежной плотью, после чего его язык опускается ниже, врезается в меня и начинает лакомиться моей влагой.

Ещё один оргазм сжимает мою промежность и взрывается на его языке. Его пальцы, которыми он обхватил мои дрожащие бёдра, раздвигают мои ноги.

Я тяну его за волосы, чтобы опустить его лицо на своё тело, но этот мужчина непреклонен.

Он дразнит мою промежность до тех пор, пока не добывает всё до последней капли, но мои соки продолжают изливаться на его язык.

Я никогда еще не кончала так часто и так сильно. Я сомневаюсь, что Котёл соединил меня с Кахолом из-за его умений в оральном сексе, но, боги, я рада этому обстоятельству. Он смеётся, и один только звук его смеха вызывает волну удовольствия, которая прокатывается по моему телу.

Он поднимается по мне и нависает над моим лицом. Его губы — опухшие и скользкие, а лицо покрылось пóтом, который смыл его боевой раскрас. Я поднимаю руку, провожу ей по его острым скулам и размазываю угольную пыль по татуировке в форме пера, после чего приподнимаю голову и целую символ того, кем он является.

Вороном-оборотнем.

С которым у меня однажды будет ребёнок. Маленькая девочка. Эмоции так сильно переполняют меня, что изливаются наружу и скатываются из уголков моих глаз, намочив волосы на моих висках.

— Пусть она будет так же красива, как её мать, — бормочет он.

Я сглатываю комок, который подступил к моему горлу из-за его слов, после чего прижимаю ладони к его груди и укладываю его на спину. Он осторожно опускается и тянет меня за собой.

Я сажусь на него сверху и смотрю на его красивое угловатое лицо, которое бередит моё сердце и разгоняет кровь, как никакое другое лицо, никакая другая душа и никакое другое тело.

— И пусть у неё будет такой же умелый язык.

Он хмурится.

— Надеюсь, ты имеешь в виду моё умение обращаться со словами.

Я ухмыляюсь.

— Ты говоришь о нашей дочери, Дайя.

Он содрогается, так как пришедшая ему в голову мысль, очевидно, ему отвратительна.

— Нашей дочери, может быть, и суждено снять проклятие Лоркана, но она не будет делать это своим языком.

Его ворчания заставляют меня рассмеяться, а затем я смеюсь потому что… ну, потому что я счастлива. Но когда мои глаза встречаются с его, я становлюсь серьёзной, а моё тело начинает опускаться все ниже и ниже. Я хочу обхватить его языком и насладиться им, как он наслаждался мной, но ещё сильнее мне хочется ощутить его внутри себя.

Я приподнимаю бёдра, чтобы его набухший член оказался между нами. Он проводит кончиком от моей попы до пульсирующего центра, а затем ударяет им по моему клитору. Я опускаюсь чуть ниже и начинаю двигаться вдоль ребристой поверхности его члена, пока выражение гнева на его лице не сменяется блаженством.

— Разве так делаются дети, принцесса?

Он сжимает мою талию, почти полностью обхватив её руками.

— А разве нет? — невинно спрашиваю я.

Он что-то бормочет низким голосом, после чего приподнимает меня и без лишних промедлений насаживает на свой член. Мне кажется, что он мог проткнуть мой живот, если не сердце, или растянуть меня так, как не удавалось сделать ни одному мужчине, но я всё равно начинаю стонать от блаженства.

Мой стон поглощает его животный рык.

— Никто другой не будет больше тебя трахать, принцесса. Разве это не ясно?

В то время как он продолжает растягивать мои стенки, я улыбаюсь и запрокидываю голову назад. И хотя я оседлала этого мужчину не для того, чтобы сделать ребёнка, когда его семя изливается в моё чрево, я начинаю думать о ней. О дочери, которую должны зачать мы с Кахолом через пару лун.

О маленькой капельке, которая превратится в грозу и наполнит наш мир до краёв.

Переведено для группы https://vk.com/booksource.translations