Измену не прощают (СИ) - Инфинити Инна - Страница 15

Официанты разносят блюда, а на сцену выходит ведущий — популярный комик. Он травит шутки, нахваливает нашу компанию и объявляет о выступлениях известных певцов. В перерывах между песнями на сцену выходит руководство компании и рассказывает о том, какие это были прекрасные и сложные двадцать лет.

Стул слева от меня, предназначенный Николаю, до сих пор пустует. Не выдерживаю и спрашиваю у Стаса:

— А где Коля?

— Он не смог прийти.

— То есть как не смог?

— Он у меня отпросился. Сказал, какие-то личные дела. А что?

— Ты же говорил, что присутствие обязательно! — рявкаю. — Можно сказать, ты заставил меня сюда прийти!

— Так у тебя не было никаких важных личных дел, — спокойно парирует. — Ты просто не хотела приходить. А так нельзя, должна быть уважительная причина.

— И какая уважительная причина у Коли?

— Не знаю, я не вникал. Он отпросился — я отпустил.

Во мне закипает возмущение вперемешку с негодованием. Вместо того, чтобы торчать тут и лицезреть пьянеющих коллег, я могла бы провести вечер в компании своего мужчины, а потом и ребенка.

— У меня были важные личные дела.

— Какие?

— Свидание.

Стас стойко выдерживает мой ответ. Как всегда, невозмутим. Я жду, что он произнесёт что-нибудь колкое, но Войцеховский отворачивается к коллегам, которые в этот момент поднимают новый тост. Обращаю внимание, что Стас не пьет. Кажется, за весь вечер он вообще ничего не выпил: ни воды, ни сока, ни алкоголя.

Устало опускаюсь на спинку стула и тру виски. Русская попса на сцене уже начинает раздражать. Уйти бы домой, как раз стрелка часов приближается к десяти. Может, еще успею уложить Веронику спать.

Глаза против моей воли возвращаются к бывшему жениху. Его предательство всегда будет жить в моей памяти. Я не смогу забыть, не смогу простить. Сердце переполняет ноющая боль. Стас ведь даже не подозревает, что у него есть четырёхлетняя дочь, так похожая на него. Она сейчас играет в своей комнате и ждет меня. А завтра мы с ней устроим наш маленький девичник: завалимся на диван с вкусняшками и будем смотреть мультик.

Бывший жених будто чувствует на себе мой взгляд. Поворачивает голову и внимательно смотрит.

— Я поеду домой, — не спрашиваю, а ставлю перед фактом.

— Сначала один танец.

— Что? — не сразу понимаю, о чем он.

— Рискуя быть обвинённым в харассменте, я приглашаю тебя на танец.

И не дожидаясь моего согласия, Стас берет меня за руку и поднимает со стула. Пьяные коллеги за столом сейчас смеются над каким-то анекдотом, поэтому не обращают на нас внимания.

Стас тащит меня в сторону танцпола, где крутятся довольно много пар. Заводит в самый центр, рывком притягивает к себе и крепко берет за талию. От шока и возмущения я даже не могу возразить. Прихожу в себя, только когда чувствую, как он ведет ладони до середины спины, как бы обнимая меня.

— Ну это уже просто хамство и наглость, — зло выпаливаю.

— Всего один танец.

Стас держит меня мертвой хваткой, я смогу уйти, только если начну силой сбрасывать его руки. На глазах у огромного количества коллег, хоть и пьяных, я, естественно, не буду это делать. Не имея другого выхода, кладу ладони на плечи Стаса и принимаюсь медленно крутиться вместе с ним под песню.

Его близость пьянит, дурманит. Голова кружится похлеще, чем от любого шампанского, коленки предательски подрагивают, а в горле пересыхает как в пустыне.

Я смотрю ровно на узел мужского галстука, а Стас смотрит на меня. Впился глазами в мое лицо, даже не моргает.

— Хватит так на меня смотреть, — молю.

Стас шумно выдыхает. Я ловлю губами его дыхание и чуть ли не дрожу. Он склоняется ко мне еще ближе, касается носом волос. Напрягаюсь, натягиваюсь струной, деревенею.

— Как ты, Поля? — едва слышно спрашивает на ухо.

От того, какой интонацией Стас произносит вопрос, у меня душа наизнанку выворачивается.

— Все нормально.

— Расскажи мне, как ты жила?

— Хорошо жила.

Это крайне странная ситуация и крайне странный диалог с бывшим, который сначала клялся в любви и звал замуж, потом предал и изменил, а сейчас и вовсе является начальником. Стас слишком близко ко мне, учитывая, что мы на глазах у огромного количества сотрудников компании, включая самое высокое руководство. Да, тут все пьяные и им не до нас, но все же неприлично.

— То, как ты меня держишь и нависаешь сверху — неуместно. Отойди, пожалуйста, на шаг назад.

— Не хочу, — нагло заявляет, обвивая меня за спину еще крепче и опускаясь лбом мне на макушку.

— Стас, мы на глазах у сотен коллег.

— Да плевать, что они подумают.

— А мне не плевать. Более того — я несвободна. Я состою в отношениях с мужчиной, так что отстранись от меня на шаг назад.

Мои слова имеют эффект, но не такой, как я рассчитывала. Стас не отступает, а лишь поднимает голову от моих волос и заглядывает в лицо. Смотрит так, будто пытается что-то прочитать по глазам.

— У тебя с ним серьезно?

— Серьезно.

— Любишь его?

Порываюсь ответить «да», но тут же замолкаю. Не потому что это будет ложь, а потому что не понимаю, на каком основании Стас задаёт мне такие вопросы.

— А это не твоё дело, мой дорогой начальник. У тебя нет прав задавать мне подобные вопросы. И отойди уже от меня на шаг назад.

— Не отойду.

— Да что ты себе позволяешь? — повышаю голос. — Кто ты вообще такой?

Моему возмущению нет предела. Силой сбрасываю с себя его руки, разворачиваюсь и тороплюсь на выход из банкетного зала. Там сворачиваю в коридор и бегу, куда глаза глядят.

Сердце колотится громче музыки, но я все равно слышу шаги Стаса у себя за спиной. Ускоряюсь, он ускоряется в ответ. Коридор заканчивается, начинается лестница на второй этаж. Бегу вверх по ступенькам, Стас поспевает за мной.

Здесь никого нет, даже персонала. В небольшом коридоре несколько дверей, я не успеваю забежать в ближайшую, поскольку Стас догоняет меня. Хватает за руку и разворачивает, а следом вжимает в стену.

— А ну отойди от меня немедленно! — кричу и пихаю его ладонями в грудь. Не двигается. Стоит как скала. — Слушай, это уже не смешно. Ты конкретно превышаешь свои должностные полномочия.

— Можешь пожаловаться на меня Архипову, обвинить в харассменте, написать заявление в полицию за домогательства на работе. Мне по фиг, Полина, я не отойду от тебя.

— Что тебе от меня нужно!?

— Мне нужна ты.

Я теряю дар речи. Стас заблокировал меня у стены, опустив руки по бокам от моей головы. Почти вжимает меня своим телом. Мне нечем дышать. Его запах — некогда родной и любимый — наполнил легкие, затуманил разум.

— Поля… — шепчет и соприкасается со мной лбом. — Я до сих пор не верю, что это ты…

Стас целует меня в шею. Его губы обжигают кожу, будто кипяток. И это отрезвляет.

— Не смей! — верещу. — Слышишь, не смей меня целовать! Я несвободна, у меня отношения. Я никогда не буду изменять, тем более с тобой!

Снова, что есть сил, толкаю Стаса ладонями в грудь. Он слегка отшатывается назад, но уже в следующую секунду опять нависает сверху. А мне словно чеку сорвало.

— Ненавижу тебя! Ненавижу! — продолжаю бить его в грудь. — Как же я тебя ненавижу! — не выдерживаю и срываюсь на плач. Горький и унизительный в присутствии этого предателя. — Как ты мог!? Как ты мог мне изменить!? Ты же говорил, что любишь меня, ты же меня замуж звал!

У меня начинается истерика, в которой я колочу Стаса и рыдаю, а он крепко держит меня в руках и даже не шевелится. Из меня потоком льётся вся боль от измены, которая копилась пять лет и не выходила наружу. Эта боль разъедала меня изнутри, отравляла, не давала жить. А сейчас она прорвалась наружу и сносит все на своем пути.

— Ненавижу тебя! Ты все разрушил, ты все уничтожил! Ты предал меня, ты предал нас! Я же любила тебя! Я так сильно тебя любила! Как ты мог так со мной поступить? Я же в тот день узнала, что беременна. Я хотела сказать тебе. А ты был с другой. Как ты мог? Я родила от тебя дочь…