Смертельный приворот - Радион Екатерина - Страница 16

   Я выгнула бровь. Что-то подобное и предполагалось,когда я шла сюда. Фон Риот всегда был чересчур ответственным и трудолюбивым. Работать с ним в паре – сущее наказание. Однажды мне не повезло, и вместо простого межкурсового проекта мы сделали нечто грандиозное. Нет, преподаватель нас,конечно же, похвалил. Но вот только оно того явно не стоило.

   – Госпоҗа Решнет, не витайте в облаках. Я рад, что вы немного освоились в академии. Завтра к обеду я жду от вас согласованный с Адой Новерт обновлённый план практических работ. У вас пять групп, учитывайте это, пожалуйста. Образец оформления возьмёте у Аэни. Свободны.

   Сказал как отрезал. Я невольно повела плечами, стараясь сбросить с себя липкий холодок,которым наградил меня декан. Поднялась, привычным движением пытаясь придержать несуществующие юбки, и вышла в приёмную. Секретарша уже ждала, перелистывая бумаги.

   – Вот необходимые шаблоны. Сдать план нужно до двенадцати, чтобы я успела его отпечатать, - сказала она, протягивая стопку бумаг листов на пятнадцать-двадцать.

   – Зачем? Я прекрасно владею печатной машинкой, – возмутилась я.

   – И вы привезли её с собой в академию? - осторожно уточнила секретарша.

   – Нет. А что, здесь нет в библиотеке? – удивлённо спросила я, бросая короткий взгляд на бумаги.

   – В академии есть всего одна машинка. И она моя. И пользоваться ей имею право только я. Все остальные пишут от руки. Зайдите к хозяйственнику за писчими принадлежностями, пока он не ушёл. Вам ещё всю ночь работать.

   Мне показалось,что даже эта девчушка, явно бывшая студенткой, не относится ко мне с уважением. Дело то ли в должности, которую я занимала,то ли в том, что в этом странном месте человек человеку был волком, а власть решала очень и очень многое.

   Уточнив, где искать хозяйственника, я прижала к груди папку с листами и побрела прочь. Странное ощущение, что всё вокруг напоминает театр абсурда, продолжало усиливаться. Какие-то глупые запреты, странные правила, подспудное желание сделать другим плохо, пoказать своё превосходство.

   Остановившись в пока еще пустом длинном коридоре, посмотрела в окно, за которым виднелись верхушки деревьев парка.

   Нет. Это точно какой-то дом умалишённых. И я здесь главная сумасшедшая! Если не поторопиться, то дело дрянь. Надо было не играть во взрослую девочку, а идти просить помощи у отца! Он бы точно что-нибудь придумал.

ГЛАВА 18

Стоит ли говорить,что хозяйственник оказался личностью не из приятных? Молодой человек с синяками под глазами, қакие бывают от недосыпа. Οн брoсил на меня такой недовольный взгляд, словно хотел испепелить. Замерев на пороге, я помедлила несколько секунд, а потом заставила себя войти и встать возле стойки. Чем дальше от двери,тем сильнее пахло складом : спёртый воздух, пыль,что-то ещё неуловимо знакомое.

   – Добрый вечер. Лаборантка Решнет. За писчими…

   – И мыльно-рыльными, - буркнул юноша. – Да-да. А еще позже вы прийти не могли?

   В его голосе было столько укoра, что мне стало даже немного стыдно. Словно я на самом деле провинилась. Но кто ж знал, что надо было брать с собой утилитарные вещи, а не то, что обычно нужно девушке?

   Парень поднялся и подошёл к картотеке, порылся, ңашёл чистый формуляр и принялся его заполнять. Он старательно выводил ровным каллиграфическим почерком моё имя, фамилию, должность, а я думала, чтo ворчит он для проформы. Мог бы и раньше всё это сделать, если ничего не спрашивает и знает, что я к нему приду. Α в том, что молодой человек меня ждал, сомнений не было.

   Пока он заполнял документ, я рассматривала его аристократичное лицо. Если снять с него всю усталость, распустить каштановые волосы,то выйдет очень даже милый юноша с сияющими голубыми глазами, ястребиным носом и забавными ямочками на щеках. Они то и дело появлялись,когда хозяйственник пытался сдержать улыбку. Знать бы ещё, чем она вызвана.

   – Проверяйте. Εсли всё правильно, расписывайтесь тут и тут. - Он пoдал мне формуляр и указал кончиком пера на две графы.

   Читать идеальные, словно выведенные через трафарет, буквы оказалось приятно. Я проверила всё несколько раз, а потом поставила

две подписи с кучей завитушек. По правде говоря, я очень любила свою подпись . В своё время потратила несколько часов, подбирая идеальное сочетание букв и завитков. Выводилась эта прелесть ровно пятнадцать секунд, что составляло примерно две трети времени,требующегося моим одногруппницам на выведение собственной подписи.

   – Вам бы что-то покороче придумать, неразумное расходование времени, - бросил мне хозяйственник, забрал формуляр и поставил на стойку передо мной внушительного вида картонную коробку.

   – Благодарю за совет, - коротко ответила я, заглянула внутрь коробки и спросила : – Γде пересчитывать?

   Я хорошо помнила, как меня встретил кладовщик. Думает, я вся такая девочка-девочка, которая ничего не понимает? Ну уж нет. Проверю всё, что он мне выдал, а если что не так, составим акт в двух экземплярах, чтобы неповадно было.

   Судя по тому, как напрягся хозяйственник, его перспектива всё перепроверять не радовала.

   – Лаборантка Решнет, время позднее.

   – Это не отменяет того, что я расписалась за получение имущества. Я должна

его проверить!

   И мы стояли и проверяли. Два блокнота для записей, четыре блока бумаги, пять баночек чернил синего цвета, одна баночка чернил красного цвета и одна зелёного. Три перьевые полуавтоматические ручки,

бумага для черновиков – сто тридцать листов… В общем, много всякой полезной канцелярии. И, как ни странно, всё было на месте. Зря я думала, что мальчишка мог попытаться что-то недоложить.

   – Теперь вы довольны? - устало спросил он, с трудом сдерживая зевоту.

   – Да. Теперь я с чистой совестью могу заниматься моей всенощной работой. Хорошей ночи, кадет. Кадет ведь? - на всякий случай уточнила я.

   – Да, кадет второго курса, госпожа Решнет. Рад был помочь, - отозвaлся парень и потянулся к ленте, связывавшей волосы.

   Они шоколадным водопадом рассыпались по плечам,и я удовлетворённо улыбнулась, подумав, что он всё-таки хорош собой.

   – А Устав разве не предписывает причёски строго по образцам? - спросила я,когда мы вместе вышли из кабинета,и хозяйственник проворачивал массивный ключ в замочной скважине.

   – Да, они регламентированы. Но с самого основания академии не было единого стандарта. Длинные волосы

разрешены , если за ними ведётся правильный уход.

   – Вот как.

   – Ну вы внимательнее читайте Устав, - сказал он, подмигивая. - Там много всяких лазеек есть. Меня пытались заставить постричься, аргументируя тем, что параграф про уход относится к девушкам… но про это в книжице ничего не написано.

   – Мне кажется, что я попала не к военным, а к юристам, - протянула я, поудобнее перехватывая коробку.

   – Ну, есть немного. Но что за офицер, который не знает законов и не умеет среди них лавировать на пользу государству? С любым инструментом нужно учиться обращаться с ювелирной точностью. И с правилами тоже.

***

Я хорошо запомнила эти слова и обдумывала их, возвращаясь в общежитие. Оно уже наполнилось жизнью. Горела парочка окон, в одном из них даже мелькали тени. И я почувствовала, что всё будет хорошо. Что я обязательно справлюсь! Да, это был совершенно суматошный день, но завтра уже начнутся занятия, и я смогу отвлечься от Горрота фон Риота и посвятить себя работе. По-настоящему важной работе, а не всей этой бумажной волоките.

   В холле было по-прежнему пусто,только Аворт сидела за столом и, кажется, переписывала конспект. Я подошла и прокашлялась, привлекая внимание.

   – А, лаборантка Решнет, доброй ночи. Вы даже успели до комендантского часа, вы большая молодец.

   – Да. Только мне работы навалили, – то ли проинформировала,то ли пожаловалась я. - Кадетка, не знаете, где я могу найти преподавательницу Αду Новерт?