Сказки Тридесятого царства: Лягушка и Колобок (СИ) - Вечерница Полина - Страница 10

Виренея, которая к этому моменту надела платье, так сильно стянула полочки лифа, что ткань хрустнула в швах.

— А что? — продолжал хихикать Кристиан. — Во дворце твоего отца не завели специального места для земноводной дочурки?

— Ну да, для тебя же изготовили трон, маленький бесполезный колобочек, — Виренея торопливо застёгивала пуговички.

— Почему это бесполезный? — перестал смеяться Кристиан.

— Потому что ты явно испортил отношения с Эммой Древелл, раз переложил это на меня. А ещё ты неспособен унести даже пера, не говоря уже о тяжёлом яблоке, — выйдя из-за ширмы, царевна уставилась на принца с видом победительницы.

— Поэтому я весьма рад, что в моей команде есть такой ценный помощник, как ты, — примирительно улыбнулся Кристиан.

— Рано радуешься, — Виренея буквально сунула в руки принцу заветное перо. — С меня хватит, Кристиан. Я выхожу из нашей команды.

Глава 8. Условие, которое поставила царевна

Виренея

— То есть как? — выражение лица принца стоило тех мучений, что довелось пережить Виренее за последние сутки.

— А так, — она пригладила волосы, схватила пальто, дипломат и чеканной походкой направилась к двери.

— Виренея! Ты не можешь вот так всё бросить! — Кристиан кинулся ей вслед.

А когда догнал, схватил за плечи и развернул к себе.

Царевна повела плечом:

— Уберите руки, ваше высочество.

— А если нет? — в голубых глазах принца сверкнул азарт.

— Я закричу.

— Кричи, — издевательски прошептал Кристиан.

— Потом поцелую и предъявлю обвинения в домогательствах! — не сдалась Виренея. — Угадайте, кому поверит общественность? И что станет с вашим дипломатическим союзом?

Принц растерянно застыл и убрал руки с её плеч.

Царевна же припустила к выходу, не став дожидаться, пока он сообразит, что любой скандал в гораздо большей степени навредит ей самой, и что король Тридевятого принимает решения без оглядки на оплошности скандального наследника.

Выйдя из кабинета, она протокольно улыбнулась лакею и стражнику:

— Всего доброго.

Те что-то забормотали ей вслед, только Виренея не дослушала их и чуть ли не бегом помчалась прочь от кабинета принца. По дороге она чуть не споткнулась о пересекающего коридор знакомого кота. Васька выгнулся дугой и еле успел отпрыгнуть от несущейся на него девицы, а потом вдруг остановился и угрожающе зашипел.

— Не сегодня, котик, — мстительно шикнула Виренея в ответ лохматому чудовищу и прибавила шаг.

Вечером в лавку прибыл курьер от его высочества с письмом. Виренея сожгла послание Кристиана, даже не вскрывая конверта.

На следующий день принесли новое письмо. И оно тоже отправилось в камин, оставшись нераспакованным.

Третий конверт оказался чуть толще, но его постигла та же участь.

А вот четвёртого не последовало — на четвёртый день его высочество явился сам.

— Добрый день, — Виренея приняла Кристиана у стойки Распорядителя зала, нарочно на глазах у продавщиц и покупателей.

Покупателей, кстати, было как селёдок в бочке — в преддверии Нового года, многие озаботились подарками. Мысленно подсчитывая прибыли, Виренея едва не летала по лавке и всё время улыбалась.

Вот и теперь она приветливо прощебетала Кристиану:

— Ваш заказ обработан, но задерживается. У компаний-извозчиков какой-то там повозочный кризис. Слышали, наверное? В общем, наберитесь терпения. Я лично оповещу вас, если ваш редкий ингредиент всё-таки придёт.

— Если? — шевельнул челюстью Кристиан.

— Именно так, — выдержала взгляд Виренея.

— А можно ли разместить новый заказ? Очень деликатный, между прочим, — добавил чуть тише Кристиан. — Видите, я даже стесняюсь.

— Не стоит смущаться. Облысение — бич нашего времени, — якобы сочувствуя, вздохнула Виренея и шлёпнула бланком заказа по стойке. — Итак, Крис, — записала она.

— Вы запомнили моё имя, Верена Берендеевна. Я польщён.

— Сколько коробок вытяжки остубуса вам требуется? — продолжила оформлять заказ Виренея.

— Ого. Речь об оптовой партии? Тогда, — принц бесцеремонно облокотился на стойку, — может поговорим в более приватной обстановке? Скажем, в моём кабинете, где вы оставили несколько форм ваших договоров, м?

— Чудесненько. Приносите заполненные договоры после праздников, — широко улыбнулась царевна. — И учтите при заполнении: мы заинтересованы в максимизации поставок и длительности сотрудничества.

— Верена Берендеевна, ждать до праздников никак нельзя. Пощадите, я ведь со дня на день облысею, — Кристиан запустил пятерню в свои густые пшеничные кудри.

— Мда? — критически оценила Виренея шевелюру принца. — По-моему, вы преувеличиваете масштаб трагедии.

— Верена Берендеевна, при всём уважении, ждать никак нельзя, — начал терять терпение Кристиан.

— Отчего же? — царевна поправила сползшие с носа очки.

— Новогодняя ночь — единственное достоверно известное время, когда кот Василий спит до самого рассвета, — произнёс принц с придыханием. И глазом подмигнул, красным таким, уставшим.

Некоторое время Виренея думала. А потом склонилась над бланком и прошептала:

— Надо бы вам ещё в заказ зелье от раннего слабоумия добавить и снотворных сборов, — она черкнула в бланк ещё пару слов и натянуто улыбнулась. — Всего доброго, Крис. Счастливого Нового года.

Ей снова потребовались силы, чтобы выдержать его взгляд. Потерянный, отчаявшийся и одновременно молящий.

— И вам счастливого нового года, — принц понурился и нехотя побрёл к двери.

«Странный он какой-то сегодня. С нервным тиком. Да ещё и с котом этим, Василием. Брррр, как вспомню, так вздрогну. Ну правда, причём тут кот? Ну спит он в новогоднюю ночь и пусть себе спит».

— Выдумал тоже, кот Василий, — усмехнулась в нос Виренея.

«Василий-Василий-василь… Василиск!» — неожиданно осенило её.

— Кристиан!! — окликнула она принца, который уже выходил на улицу, но вдруг остановился. — Ой, то есть, Крис. Коту Василию привет! И… приходите завтра с заполненными договорами, — не удержалась владелица лавки от мелкой мести, которая к тому же сулила беспрецедентную выгоду.

Лицо принца просияло:

— До завтра, Виренея! Ой, то есть, Верена Берендеевна, — подмигнул Кристиан.

«Вот же жук!» — почему-то улыбнулась Виренея.

Кристиан

«Вот же колючка!» — принц Тридевятого вышел на улицу и подставил улыбающееся лицо под пушистые падающие с неба снежинки.

Одному Вседержителю известно, сколько ночей он не спал, сочиняя послание за посланием для неприступной царевны, и сколько всего перенёс, ожидая ответа.

Одни нотации от папаши чего стоили. А ведь были ещё бесконечные Советы, где нужно обязательно присутствовать. Да не просто штаны просиживать, а слушать между строк и шкурой улавливать намерения союзников и «союзников».

Были тренировки с боевым оружием, где, зазевавшись, можно получить самую настоящую рану.

А он вдруг посреди речи «союзника» или во время спарринга на двуручных мечах неожиданно понимал, что перед ним стоит… Виренея. Стоит в полный рост. Улыбается. Поднимает бровку, прежде чем отпустить особенно острую шпильку. Или закусывает пухлую вишнёвую губу…

И да, был ещё один нюанс из жизни проклятого принца — на него постоянно велась охота. Никто не знал, какому дураку (или врагу) первому пришло в голову пустить слух о том, что превратить Принца в Колобка — к счастью в личной жизни. Но, видимо, примета работала. А иначе как объяснить, что до сих пор не проходило недели, чтобы его не превращали в съедобную пышку? Короче, нельзя ему было расслабляться. Даже в стенах родного замка.

«Даже сейчас, стоя на торговой улочке в сумраке вечера,» — вдруг опомнился он.

Впрочем, поздно опомнился — к нему уже подбежала раскрасневшаяся девица, одетая в форму продавщицы лягушкиной лавки…

«Кажется, Джин?»

…схватила за уши и прижала свой мокрый рот к его губам.

«О, не-ет!» — Кристиан скукожился, чувствуя, как оседает и намокает в снежной каше его одежда.