Сказки Тридесятого царства: Лягушка и Колобок (СИ) - Вечерница Полина - Страница 7

Виренея сглотнула ком в горле.

— Не смей, — еле слышно прошептала она, чувствуя, как в глазах становится горячо.

— Ты первая начала. А мне всего-то надо поговорить с глазу на глаз… раз уж встретились.

— Не о чем нам разговаривать.

— Ой ли? Ещё скажи, что не мечтаешь избавиться от своего заклятья? — произнёс принц шёпотом, но недостаточно тихо, так, что Виренея заозиралась по сторонам.

Показалось, что слова Кристиана услышали даже в дальних уголках торгового зала.

— Хорошо, — злость клокотала в ней, однако она не могла рисковать.

На публике Принц действительно был для неё крайне опасен. Глубоко вздохнув и стараясь изо всех сил сохранять отстранённо-деловое выражение лица, Виренея проговорила:

— Редкие каталоги хранятся в моём кабинете. Идите за мной.

Кристиан

Он узнал её сразу. Даже в круглых очках и с пучком, в который она тщетно пыталась свернуть завитки непослушных волос.

Сложно было не узнать девушку, о которой когда-то целый год думал ночами. И которую потом нет-нет, да и вспоминал. Это королевский двор быстро позабыл о проклятой иноземной царевне Виренее — на Континенте, да и во всём Подлунном мире хватало светских событий.

Кристиан же помнил.

И собственную придурь. И не менее жестокую месть, за которую порой так хотелось поквитаться!

И вот она перед ним. А его захлёстывали сильные, но противоречивые чувства: от желания немедля упасть на колени и вымаливать прощение, до порыва обнародовать её личность, предать огласке их обоюдное преступление. И не важно, что станет с ним. Каждый раз, когда он превращался в беспомощный кусок теста, единственным его желанием было — добраться до Виренеи и окончательно разрушить её жизнь!

Однако следовало держать себя в руках. Он отлично усвоил 5 лет назад: некоторые скоропалительные решения приводят к поистине ужасным последствиям.

На втором этаже оказалась небольшая комната с письменным столом и канцелярскими шкафами. Виренея остановилась посреди неё и даже не успела предложить ему присесть. Кристиан начал с места в карьер:

— Не понимаю, ты же царевна, зачем всё это? — он обвёл руками пространство.

— Думала, что лавка — это единственное спасительно место, куда не заходят испорченные принцы. Кроме шуток, ваше высочество, разве у вас нет верных слуг, которым можно поручить закупки?

— Есть, ваше высочество. Но кое-кто не прочь присвоить, скажем, каплю эликсира правды, чтобы продать на чёрном рынке.

— Да, эликсир правды сложный в изготовлении и требует редких ингредиентов. К счастью, у меня есть…

— Виренея, перестань мне зубы заговаривать.

— Хорошо, скажу без обиняков: моя лавка важна для меня. Но ещё важнее — сохранить в секрете своё происхождение и репутацию. Поэтому очень вас прошу… не делайте глупостей, — произнесла она так искренне и пылко, что Кристиану снова стало жаль её.

— Тебя… отлучили от двора?

— Нет. Но люди быстро забыли о младшей царевне Тридевятого. Слава богам, у царства есть наследник — мой брат, а в свете блистает матушка и её многочисленная женская свита, — ответила она бодро, и всё же Кристиан уловил едва заметную горечь.

Виренея же разгладила подол сизой юбки и даже улыбнулась:

— Может чаю?

«А вдруг она хитрит? Вроде говорит-говорит, да не договаривает. И от главного увиливает».

— Спасибо, обойдусь. Вдруг я после твоего чая ещё в кого-нибудь превращаться начну?

Царевна дёрнулась, как от удара, но тут же обиженно вскинула бровки:

— Помилуйте, ваше высочество, все наши чаи прошли сертификацию вашего королевства.

— А колобки из теста — тоже? — Кристиан сам не заметил, как пошёл на неё.

— Вы нас часом с пекарней не путаете? — Виренея попятилась. — Выпечку по соседству продают. С инспекцией качества кулебяк пожалуйте к ним.

— Я знаю, почему ты избегаешь разговора о наших проклятьях, — он практически припёр её к стенке меж двух шкафов. — Боишься…

— Чего же? Есть же рецепт. Судя по всему, вы тоже его знаете. А значит… — она юркнула между углом шкафа и его плечом, выбираясь из ловушки.

— Ага. Если точнее, есть два способа снять проклятье, — Кристиан резко обернулся и снова настиг царевну, которая на этот раз упёрлась в край стола. — И первый из них… кстати, самый эффективный, — он практически навис над ней, — убить наложившего чары. То есть… тебя.

Пара огромных зелёных глаз за стёклышками очков ещё больше увеличилась, от лица отхлынула кровь, а вот губы-вишни, которые она сосредоточенно покусывала, стали только ярче.

И его затопило новое чувство. Точнее, не новое, просто давно забытое, придавленное другими, более правильными и подобающими наследнику, но такое нежное и светлое, лишающее смысла все обиды, и оттого какое-то…

«…окрыляющее?»

Больше Кристиан не думал. Он притянул Виренею за хрупкие плечи, замечая, что она ещё больше удивилась, даже приоткрыла рот, и…

Глава 6. Поцелуй, который мог быть весьма хорош

Виренея

— Кристиан, нет! — крикнула она, когда разгадала намерение принца. А когда поняла, что он не собирается останавливаться и продолжает тянуть к ней губы, решила применить проверенный приём. — Тина болотная! Лягушечья икра!! — крикнула она ему в рот.

Принц ожидаемо отпрянул.

— Что? — на его лице отразилась растерянность.

— А то! Не хочу превращаться в лягушку… У меня ещё полно работы сегодня, и девочки вот-вот чай пить придут.

— Прости… те, — он видимо, и сам понял, какую глупость хотел сотворить. — Наваждение какое-то.

— Удивительно, за 5 лет вы так и не отучились целовать всё, что движется? — едко усмехнулась царевна.

— А-а, нет. То есть, конечно, отучился, — принц вытер пот со лба. — Поэтому и злюсь… злился на вас.

— Ладно. Давайте забудем это недоразумение и лучше приступим к делу. — Виренея уселась за стол и открыла блокнот для записей. — Я ведь верно понимаю, убивать меня вы не собираетесь?

— Значит, не отрицаете. Та незнакомка на выпускном балу…

— Я вас, кстати, — тоже не собираюсь, — Виренея сочла за лучшее проигнорировать воспоминания Кристиана о спектакле с переодеваниями, который она устроила 5 лет назад. — То, что вы тоже отыскали рецепт эликсира, снимающего заклятье… это хорошо. Так даже проще. Предлагаю сверить часы, так сказать.

— Что предлагаете? — принц явно ещё не отошёл от случившегося.

— Перечислите ингредиенты исцеляющего зелья, которое вы нашли. Я назову свои. Вдруг наши рецепты отличаются? — она проглядела заветный список, который был написан на последнем форзаце её блокнота.

— Хорошо. — Кристиан начал перечислять на память сначала основу зелья, потом закрепляющие элементы, и только потом все редкие. — Перо птицы Сирин, спелое молодильное яблоко и зуб Василиска.

— Поразительно. Рецепт точь-в-точь совпадает, — Виренея захлопнула блокнот. — Ну основу-то сварить не составит труда, как и закрепление… А вот пёрышка, яблока и, особенно зуба, у меня нет. И при всех своих связях я не могу их достать. Хотя не оставляю попыток.

— Так вот зачем это всё? — усмехнулся Кристиан, разваливаясь в стуле напротив.

— Мне должно быть стыдно за желание вернуть себе нормальную жизнь?

— Ни грамма. Я вас понимаю, поэтому помогу, чем смогу. Ну и вы, уж будьте любезны, постарайтесь.

— Чем смогу, — заверила царевна.

Разговор принял деловой оборот. Это очень понравилось Виренее, так как было привычно, а кроме того, уберегало её…

«…от глупых чувств и странных желаний,» — она отвела взгляд от привлекательного мужского лица.

Кристиан начал с хороших новостей:

— Я знаю, где находятся все три редких ингредиента. Перо птицы Сирин хранится у Чернокнижника моего папаши. Яблоню давным-давно привезла из какого-то путешествия виконтесса Древелл. Да-да, та самая, что живёт буквально на соседней улице.

— Не всё так просто. Виконтесса почти никого не впускает в свой чудесный сад, а слухи о наличии у неё молодильных яблок всячески опровергает.