Отступник (СИ) - Кин Михаил - Страница 84

— Джессамина, куда же ты! Не уходи от меня, я хочу еще один поцелуй! — Заревела вся щелкающая челюстями орава, что бежала за ними. — Не покидай меня Джесс, ну куда же ты.

Ее искаженное перепуганное лицо, оно побелело от страха, и веснушки теперь были отчетливо видны, как голубые расширившиеся глазищи. Они добежали до ржущих перепуганных лошадей, запрыгивая на ходу, даже не думая их запрягать. Кто как сев и сорвавшись сразу в галоп.

— Стой ублюдок! Мы не договорили! — Ревел Эрвиг трубным голосом. Пытаясь вскрыть все неподдающуюся скорлупу. Заклинания сыпались один за одним, стоял жуткий грохот под рев жаждущих крови мертвых. Которые наконец добрались до живой плоти и не хотели упускать свою законную добычу.

Но тут наконец моя небольшая группа прорыла еще один лаз, хлынув им наперерез. А затем через этот лаз выползли собаки, кинувшись в погоню. Огромными скачками настигая уходящих беглецов. Влево, вправо, я вилял ими, уходя от полетевших заклинаний, неуклонно приближаясь. И две мертвые твари растянулись в длинном прыжке, в попытке достать Валуа. Если смогу достать его, то не уйдет никто. Но половина его свиты, его гвардейцы кинулась в самоубийственную атаку, жертвуя собой. Вставая грудью на пути живых мертвецов. Образовалась свалка, куча мала, кричащие люди, ржущие лошади, рев мертвых тварей и шипение багрового пламени. Он накрыл их всех разом своим пламенем. Не разбирая где мой мертвый, а где его еще живые слуги, и тем более ни в чем не повинные животные.

Но я не смог его достать, он уходил, как с ним уходила и Джесс. Выскользнув из моих объятий. Видя это решился повторить побег и Морис, бросив вопящих от ужаса гвардейцев. Морис побежал в лес, пытаясь скрыться в темноте ночи. А за ним побежали в рассыпную и все остальные, пытаясь спасти свою жизнь.

Ээ не-ет дружок, вот это ты зря. Я пришел именно за тобой и темнота моя стихия.

Молоту сильно досталось, он не мог больше особо передвигаться. Ног у него фактически не было, как не было и половины левой руки которой он прикрывался, осталась лишь верхняя половина, раскуроченная до ошметков. И дымящаяся после всех заклинаний, что прилетело в нее, эта груда мяса сейчас ползла передвигаясь с помощью одной руки к моим соученикам. Они видели это и тарабанили в клетки прося, чтобы хоть кто-нибудь открыл им решетки. Но они еще не знают, что она ползла именно за этим. Открыть им клетки, сломав их.

Треск хлопнувшего щита разнёсся на над побоищем. Эрвиг сломал все-таки защиту, продавив ее ударами магии. Но было поздно, его цель ускользала, а догонять конного он не сможет пешком. И его преисполненный ярости крик перекрывал рев мертвых. Но сейчас меня интересовал только Морис. Мертвецов ничего больше не сдерживало. А он в отличии от Валуа убегал на своих двоих. И половина оравы, бросив все, ломанулась за ним.

— Беги Морис, беги-и-и! — Рев мертвых глоток преследовал безумного мага, того, кто не ведал милосердия, утратив человечность. Кто без жалости убивал беззащитных жителей. И хотел положить на стол лаборатории тех, с кем я учился. Кто гонял меня мертвецами. Теперь настала моя очередь! И он на себе прочувствует все то, что ощущает тот, кто спасается бегством от живых мертвецов — воплощения смерти.

Бег во тьме. На перегонки со смертью в буквальном смысле.

Морис петлял, выкладываясь по полной. Он задыхался от страха, а его было хоть отбавляй. Лишь орава рычащих тварей словно чувствовала где он и у него никак не получалось оторваться. Они неуклонно догоняли, десятка два бежали сзади, а еще по десятку отделились, они обходили слева и справа, отрезая пути отхода. Было бы их даже с десяток, проблем бы не было. Но их было слишком много. Резвых и сильных тварей, ведомых злой волей. Он вильнул направо, но напрасно, лишь ободрав себе лицо острыми ветвями до крови. Но Морис даже этого не заметил, побежав дальше. Ночную мглу рассекали топот ног и глухое рычание самых страшных хищников, даже гурры остерегаются связываться с толпами мертвецов.

Он споткнулся о корень и упал выругавшись от бессилия, все напрасно, он не сможет уйти. Он был слишком стар и слаб для таких забегов. Заняв место у очередного дерева, прижавшись к нему спиной он остановился. Готовый драться до конца. Проклятый Валуа, со своими проклятыми планами. Даже сейчас, казалось в безнадежной ситуации он сумел выкрутиться, выскользнуть из западни и сбежать. Бросив всех без зазрения совести. Топот мертвых справа и слева, они догнали его, но пока не подходили. Оставаясь вне зоны видимости, сливаясь с тенями. Лишь хриплое рычание и шорохи в ночи выдавали, что он в западне.

Вперед вышел лишь один, совсем свежий. Один из бывших гвардейцев Валуа с разодранной шеей. Что пали в самом начале, когда гигантская тварь выбралась наружу, а за ней в образовавшийся подкоп хлынули и остальные.

— Что такое Морис?! Устал? Может тебе кофейку принести? Массаж ног сделать? — Голос из-за разодранного горла звучал хрипло, и половина звуков была булькающая. Но понять все равно было можно прекрасно.

— Как ты смог вернуться Эрвиг?! Как ты смог обмануть смерть, и еще меня называют безумцем. Это ты безумец!

— Эрвиг?! Не-е-ет Морис, мастер тут совершенно не причем! Он бы тебя конечно убил бы, но просто так. Ему нужен лишь Валуа. А у меня вот к тебе личные счеты.

— Мастер? Кто ты?! — Морис пытался отдышаться, используя драгоценные секунды, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце.

— Я? Ты уже забыл, я, как ты там в деревне выразился, я молокосос. Это меня ты гонял там в Вирлесе мертвецами в ночи.

— Тот пацан?!! — Внезапно осознание пробило его молнией по позвоночнику. — Все эти твари, это все твоих рук дело! Не Эверарда! И самого Эрвига ты поднял!

Булькающий смех из разодранного горла раздался по округе, а все окружающие мертвецы зарычали.

— Время платить по счетам Морис! Это тебе за Вирлес, за всех тех, кого ты там убил!

— Стой! — Морис выставил перед собой ладонь, — мы можем договориться, у меня есть старые знания, тебе точно понравятся!

— Я с ублюдками не договариваюсь, я их убиваю! — Булькая произнес бывший гвардеец, ринувшись вперед. И последний крик безумного мага потонул в рычании оравы мертвецов.

Все было кончено. Мы разгромили их, разнеся в щепки. Молот не смог доползти до клеток буквально пару ярдов. Так и оставшись лежать горой дымящегося мяса. Валуа сбежал, а с ним сбежала и Джесс. Морис погиб, мертвецы разорвали его на части. Как сбежало и несколько гвардейцев и среди них был Гастон. Никто из них меня не интересовали совершенно как и мастера. В жизни так не часто везет, так что их счастье.

Воздух был перенасыщен взбесившейся магией. Он буквально гудел от напряжения. Оплавленная земля дымилась, кое-где она замерзла, превратившись в лед под воздействием высокоуровневых заклинаний. Груды мертвых тел ужасно воняли, сухой воздух далеко разносил запах паленого мяса. Многие мертвецы уже были изрядно гнилыми и вонючими, и теперь эта паленая плоть нестерпимо воняла, так что мне пришлось взять в несколько слоев тряпку и приложить ее к лицу, пока я шел к месту побоища. Из живых только остались наши соученики, их нужно было их освободить, и привязанные лошади. Эрвиг бушевал, его распирала ярость и злость, и через нашу связь я чувствовал все это. Я отпустил всех мертвецов и они все разом повалились где и стояли, словно куклы в уличном театре, у которых подрезали нити. Все, кроме одного. Я был больше не властен над тем, кто раньше носил имя мастер Эрвиг Эверард. Он разорвал связующие узы ритуала. Но я все еще продолжал его чувствовать. Сейчас это был уже не он, его сознание затмевала злость и сила. Он чудовищно силен. Могущественный лич, сбросивший ярмо контроля. Получивший вторую нежизнь и переполненный силой и злостью под завязку.

Это была насмешка богов над нами обоими. Когда он узнал кто я, и что за возможности у меня есть. Он сказал мне: — Может ты вернешь миру его величие, а можешь низвергнуть в бездну. В любом случае это будет интересно.