Страшно Упрямый (СИ) - Падалица Виктория - Страница 21

— Останови! Дай мне выйти! — накричал на него Бейрут, не оставляя попыток высадиться на полном ходу.

— Хватит, я сказал. Осади свой пыл.

— Но… он же нарывается! Ты сам это видел! — рыкнул Бейрут, не желая пускать все на самотек, но и не в силах противостоять воле главаря.

— Не обращай внимания. Остынь, тебе говорят. С тобой дама вообще-то.

Ох! Хоть кто-то здесь задумывается о манерах…

— Как же не обращай. Не обратишь тут. Уродец, блядь… — пробухтел Бейрут и, с психу захлопнув дверь, снова закурил.

Ах да, у него же нервы ни к черту. Потому и смалит одну за одной.

Очень много курит Бейрут.

Очень много нервничает Бейрут…

Спустя пару кварталов пути, сошел и «цыган».

Дальше мы поехали втроем.

— Зачем тебе этот головняк с Саней? Зачем пытаться что-либо доказывать, если он не догоняет? — продолжал убеждать главарь, который и приказал тем двум прогуляться, чтобы уши не грели и дали им спокойно перетереть о наболевшем. — Оставь его, пусть идёт своей дорогой. Ты ведь знаешь, где наш Саня побывал и через что прошел.

— Знаю. — нехотя отозвался Бейрут, упрямо отстаивая свою, непреклонную точку зрения, отличную от позиции главаря. — Но это его не оправдывает.

— Да, не оправдывает. Но он уже не тот Саня, кого ты знал. Он вернулся другим. Совершенно другим, Бейрут. В силу психического расстройства он не способен себя контролировать. У него нет тормозов. Особенно, в некоторых вещах.

— Вот именно, Мишка! — без устали доказывал ему Бейрут. — Он на мою бабу позарился. На мою! При мне, рядом сидящем! И что я должен был сделать? Позволить ему лапать ее? Или может свечку подержать, блядь?

— Нет конечно. Но дурканулся ты. Согласись, Бейрут. Не прав здесь ты. Можно было объяснить мягче. На словах.

— Он не понимает слов. Только силу понимает. — с завидным упорством спорил с ним Бейрут, не желая признавать свою неправоту.

Я сидела смирно, молча слушала их спор и мысленно поддерживала Бейрута, подписываясь под каждым его словом.

Я тоже не разделяла мнения главаря, всерьез считая, что Бейрут поступил благородно, защитив меня от нападок и домогательств того садиста, который еще и страдает психическими расстройствами.

С запозданием, но все же допетрив, что Бейрут так и останется стоять на своем, чтобы ему не говорили, главарь Мишка сменил тему.

— Ладно. Забили. Удачный улов. — похвалил он Бейрута, под «уловом» имея в виду меня. — К моей бабуле ее повезешь?

Я поймала себя на мысли, что как в воду глядела, ведь этот выхоленный хряк, которого Бейрут назвал Мишкой, и есть бабушкин внучок.

Водитель Мишка — мягкий, как мишка. Но при этом главарь банды отморозков. И называет девушек уловом.

Это все ладно. Бог ему судья.

Да вот только зачем мне к его бабуле?

Складывалось нерадостное впечатление, что всех, по каким-то причинам похищенных девушек, так сказать отловленных, свозили к бабуле главаря. И что делали с ними после? Зачем бабуле понадобились похищенные девушки?

Что за продуманная схема наличествовала в преступных буднях банды Мишки — бабушкиного внука, на самом деле, я не знала и даже не догадывалась. Но моя бурная фантазия уже обрисовала бабулю главаря чуть ли не Адольфом в фартуке из латекса, с плеткой в руке, в сапогах со шпорами, которая содержит пленниц в подвале особняка и каждое утро начинает с того, что отрывается на них за ошибки своей молодости.

Отчего у меня неминуемо задергался глаз.

— Честно говоря, не собирался.

Успокоив тем, что не передаст меня бабуле — явно не божьему одуванчику, ведь бабуля главаря банды априори не может быть добродушной, беззащитной старушенцией, а сама сожрет и волка, Бейрут предпочел сменить тему на относительно нейтральную.

— Что так долго ехали?

— Да дебил один под колеса прыгнул. Пришлось отмываться. — заявил Мишка безо всякой эмоции.

Словно не о сбитом человеке говорил, а о пакете из-под сока, который шумно лопнул под колесами его Хаммера, чем вызвал небольшой дискомфорт для его изнеженных ушей.

Мишка сбил человека.

И не испытывает чувства вины.

Не такой уж он и мягкий, как оказалось. И видимо, у него это не впервые.

Равно как и похищать девушек тоже не впервые.

Ох, какие они жуткие, бандиты эти. Один хуже другого. Но Бейрут на их фоне все равно выглядит менее опасным. Возможно, это мое личное заблуждение, наивные попытки закрыть глаза на то очевидное, что Бейрут не лучше их всех. Но иначе я не хотела воспринимать его. Ведь я уже прониклась к нему доверием и симпатией. Дура.

— Ты ж помнишь, что нужна замена, и срочно. — настаивал Мишка на своем. — Бабуля не довольна неполным составом «лядей». Ей надо вернуть ту, что была. А эта вроде похожа. Тоже белая, и фигура такая же.

— Нет, они не похожи. — в очередной раз воспротивился Бейрут указам главаря, не желая передавать меня на съедение его бабуле. — У нее фигура другая и ростом она меньше.

— Да что там рост? Бабуля слепая как крот, разницы не заметит.

— Я найду похожую или верну старую. Но не эту. С этой у меня свои счеты. — озвучил Бейрут свою непоколебимую позицию и поглядел на меня, добавив. — И к тому же, она немая.

Понимая, что таким образом он спасает меня, намеренно солгав главарю и подставив себя, я моргнула обоими глазами. Приняла к сведению, что я немая и что не буду подставлять его.

— Так вот почему у нее рот не заклеен. Потому что она не разговаривает. — догадался Мишка, рассмеявшись с того факта. — Тогда ее можно нигде не оставлять, а взять с собой. Хороший свидетель — немой свидетель.

— Кстати о свидетелях. Сделай погромче, будь добр. — снимая с себя куртку, попросил его Бейрут.

— Не вопрос.

Главарь Мишка охотно выполнил просьбу, от души наболтав радио.

Я почти была уверена в том, что Бейруту, который пребывал весь на нервяках после разборок с Косоротом, всего-то необходимо отвлечься и переключиться на "рабочий" лад, а музыка в этом поспособствует.

Бейрут же решил, что раз отвоевал меня, и раз я такая послушная, а главное, немая, то ему можно делать со мной все, что угодно, где угодно, и при ком угодно.

По-хозяйски закинув руку ко мне на плечо, Бейрут притянул меня и вопиюще бесстыже усадил к себе на колени.

Чтобы я не хлопала глазами в замешательстве, а уяснила, что он хочет от меня прямо сейчас, Бейрут, плотоядно ухмыляясь, умышленно задел подушечкой пальца мой сосок, заметно торчащий через ткань блузы.

— Ну что, детка. Продолжим наше знакомство?

Глава 22

Малая, твои локоны цвета золота,

Мы пропадаем в ритме города,

Пока молоды — к черту поводы,

Ты позови так тихо, шепотом….

Gazan, «Скажи мне ДА».

Я застыла, глядя на Бейрута с четким желанием прикончить его голыми руками. Ведь я совершенно не ожидала, что этот наглец снова выкинет что-то подобное сегодня, да еще и при главаре. И к тому же взяв с меня клятву не выражать словесных протестов, если не хочу куда больших проблем, чем уже успела нахватать.

Провел меня Бейрут. Обманул. Нагрел. Наебал, если его же словами.

А хотя это было предсказуемо. Это я излишне наивна, не разгадала его коварные намерения с ходу.

А Бейрут был очень даже последователен и предусмотрителен в своих действиях. Ведь именно ради этого он попросил сделать радио громче. Чтобы музыка заглушала все, что будет происходить на заднем сидении. В том числе и обрывки моих словесных возражений, которые тут же будут подавлены его рукой.

Бейрут упорно и сосредоточенно продолжал водить пальцем по моему соску, совершая мягкие, но настырные движения по кругу, то слегка надавливая на него, то вытягивая и пощипывая.

Я героически выдерживала принудительные ласки, делала вид, что мне все равно, но уже чувствовала под кожей необузданное, бескомпромиссное либидо, проникающее из него в меня с каждым действием.

Недолго потерпев мой опрометчивый игнор, Бейрут взялся за ткань блузки обеими руками и рывком дёрнул. Перламутровые пуговицы, которые мне так нравились, в тот же миг разлетелись повсюду, словно брызги шампанского, от которого бы я сейчас не отказалась.