Насколько больно? (СИ) - Медведева Евсения - Страница 24

— Все? Закончил? Теперь слушай меня! Мы познакомились, когда еще учились в институте. Андрей приехал из Питера и потащил меня сюда, чтобы посмотреть на непобедимого бойца. Я видел тебя на ринге, я любовался точными и быстрыми ударами. Ты двигался, как кобра, увиваясь вокруг своей жертвы. Ты был быстр, несмотря на свое мощное телосложение! И ты делал свою работу так, словно это была главная цель твоей жизни. Ты выбивал дерьмо из каждого на протяжении всего вечера. Сначала я подумал, что ты под наркотой. Мы с Андреем поспорили даже. Поэтому нашли тебя после боя… И я проиграл. Ты был трезв и не под кайфом. Вот тогда я тебя зауважал… С момента нашего знакомства я перестал пытаться угадать твое дальнейшее действие, потому что это бесполезно. После случившегося ты кардинально изменил свою жизнь, взвалив на себя весь груз ответственности! Потом ты женился, получил красный диплом, переехал, пахал… Ты каждый раз делаешь не то, что сделал бы я. Но сегодня ты осекся! Я видел все. Я видел ваши взгляды, ее глупую улыбку… Вы из одного города… Рассказывай, я все равно всё знаю… просто хочу от тебя это услышать!

— Не, Горов! Сегодня осекся ты. Я твою хитрую задницу знаю восемь лет. Я много раз видел то, что ты сейчас пытаешься провернуть! Меня не нужно отчитывать за то, что я занимаюсь в свободное время тем, чем хочу! Нет, ты ничего не знаешь! И я тебе ничего не скажу! — рассмеялся я, всматриваясь в его потемневшие глаза. — Вы мои братья, друзья! Но не нужно лезть сюда! Забирай Андрея и уезжайте! Все. С меня хватит!

— Расскажи…

— Влад, уезжай! Все! Черт, ты должен быть полным придурком, если подумал, что меня, как телку нужно искать!

— Я все знаю! — продолжал повторять Влад, но не смотрел на меня.

Я еще раз посмотрел на него, но покачал головой и вышел. Я запрыгнул в машину и уехал. Мне было всё равно, что я делаю. Единственное, что я знаю — то, что они поступили бы так же! Я выехал к реке и остановился у самой воды. Черт! Черт! Черт! Упав на землю, я задрал голову к небу.

Черт! Последние семь лет я прятался… Я прятал себя и свое прошлое за строгим костюмом. Труднее было с темпераментом, моя вспыльчивость, трудный характер — это всё, что я ломал в себе все эти годы. Я, словно актер театра, никто не видит меня! Иногда кажется, что всем нравится видеть меня таким. Причёсанным, солидным, гладко выбритым и одетым в деловой костюм. И как только я смог, появилась Мира. Одним только взглядом она заставила меня рассыпаться. Я рассыпался на песчинки каждый раз, когда видел ее, каждый раз, когда запах ее кожи щекотал мой нос. Мне говорили, что так бывает, но я не верил. Моя броня из костюма и спокойного выражения лица рухнула в тот день, когда она уехала… Я знаю, каково это — терять близких людей. Я знаю, что значит чувствовать пустоту там, где должен быть близкий человек… У меня там пусто.

— Подонок? Чем ты так разозлил Горова? — голос Макса раздался над моей головой.

— Б*ять, у меня в заднице передатчик что ли? Как ты меня находишь? — но я ошибся, он был не один. Здесь были все, кроме Горова и Андрея. Ну и хорошо, вот теперь мы повеселимся… Теперь мне не страшно… Я не могу больше брать на себя ответственность за чужую жизнь.

— Черт! Нашел! Теперь придется перепрятывать! — заржал Макс, присасываясь к бутылке.

— Пошли вы…

— Кстати, тебя жена потеряла! — Макс сел рядом, я чувствовал, как он отвел глаза.

— Бабки кончились что ли? — ответил я, не поднимая головы.

— Ага… Напиши Мире? Скажи, что ты жив и здоров! — Макс кинул мой телефон мне на грудь. Но как только я взял в руки телефон, на экране светилось сообщение.

«Орел, планы меняются. Бой сегодня! Или никогда!»

В нос ударил знакомый запах алкоголя и пота. В зале были сотни пьяных мужиков, в центре зала стоял ринг, прикрытый темной тканью. По углам ринга стояли подиумы, на которых танцевали стриптизерши.

— О! Черт! Кого я вижу! Это же Орел и его орлята! — передо мной возник Дикий.

— О! Павлик! Знаешь, говорят, что у тебя теперь крутая кликуха? А мне нравилось, когда тебя звали Павлик! — рассмеялся я, рассматривая маленького толстого Дикого.

— Я же тебе говорил, что он опасен! — зашептал мне на ухо Белый.

— Черт! А мне здесь нравится! — Макс уже был готов броситься танцевать, но не отходил, боясь пропустить драку. Драки он любил больше, чем стриптизерш.

— Говорят, что ты приехал, чтобы защитить честь своей рыжей сучки-наркоманки! Ты будешь биться, чтобы отработать ее долг? — хрипло рассмеялся он.

— О, ублюдок! Ты что-то путаешь. У тебя был только один вариант — взять бабки и исчезнуть с моего пути! А теперь я приехал, чтобы мстить! Сука, если ты уедешь позже, чем я закончу рвать твоих сучек с мускулами и мужским придатком, то ты сильно облегчишь мне работу!

Клянусь, что чувствовал запах его мокрых штанов, его маленькие поросячьи глазки бегали, спотыкаясь о насмешливые лица мои друзей. Да! Подонки. Я стоял на ринге, наблюдая за ними.

— Давай, Орел! — знакомый голос заставил обернуться. К рингу пробирались Влад и Андрей, они оба расталкивали народ, крича, что я обязан порвать всех и закусить их яйцами… Я потирал лоб, понимая, что если они не уймут свой пыл, то драка будет не на ринге, а там, внизу. Я отвернулся, стараясь сосредоточиться, но мои уроды были другого мнения об этом.

— Черный Ворон… Что ж ты вьешься… — пел хор пьяных голосов.

Вот уроды…

Глава 25

Никита

— Орел! Орел! Орел! Орел! Орел! — скандировала толпа, пока рефери отсчитывал секунды, которые провел противник в луже своей крови. Я чувствовал, что теряю форму. Руки, словно чужие, а в ногах нет былой быстроты. Раньше мне хватило бы и четырех минут…

Я стоял, прислонившись к сетке, огораживающей ринг в форме восьмигранника.

— Чувак, напомни мне, чтобы я тебя не злил больше! Я сыном клянусь, что подниму тебе зарплату! — я повернулся, вцепившись в сетку пальцами, на ней висели парни.

— Придурки, вы меня позорите! Я — кровожадный противник, а вы тут веселите меня, повиснув на сетке, как пьяные гориллы! Вон отсюда! У меня еще три боя!

— Дикий что-то задумал! Он оттягивает время! — зашептал Белый, крепко прислонившись к сетке. Я не смог не заржать, рассматривая его лицо, превратившееся в панцирь черепахи.

— Белый, не кипишуй! Моя задача — драться! Условие было, что я выйду ни ринг, я не обязан победить!

— Черт! Ты не можешь поступить так с нами! — заныл Макс, надувая губы.

— Б*ять, вот придурки… — выдохнул я и отвернулся от этих клоунов. Я тут практически жизнью рискую, а им лишь бы поржать!

— Орел! Ты не можешь поступить так с ними! Они все пришли посмотреть на тебя! А ты знаешь, сколько Дикий загнул денег за вход? Десять штук с рыла! Эти работяги отдали по ползарплаты, чтобы НЕ увидеть твои сопли на ринге! — зарычал Гера, стараясь подцепить меня, сквозь сетку.

Меня спас рефери, который вышел на ринг. За ним вышел боец, одетый в шелковый халат.

— Б*ять! Какого он роста? — вскрикнул Кирилл.

Я внимательно посмотрел на парня. Да… Два метра в нем есть точно! Я стал разминать шею и руки.

— Я напоминаю вам, что в нашем турнире запрещено царапаться, кусаться, хватать за промежность! И главное — стоящий не может бить лежачего ногами в лицо!

— Черт, Орел! Пошли отсюда! Я думал, что мы увидим, как ты подержишься за его промежность! — кричал Андрей, стуча рукой по ограничительной сетке…

Ну что за придурки?

Сначала боец скинул капюшон. Черт! Это же Череп! Я дрался с ним, но это было давно. Да и выглядел он лучше. Сейчас же — синяки под глазами, впалые щеки. Когда он скинул халат, мне все стало ясно. Тоже нарик. Его локти были синими, а тело лишено жировой прослойки. Под дряблой кожей были только мускулы.

— Все ясно? — спросил рефери и поднял руку, после того, как мы кивнули почти одновременно, он крикнул: — Бой!!

Здоровенный верзила с гипертрофированными мышцами, растопырив лапищи, с диким рыком бросился на меня, пытаясь провести серию ударов по голове, но я пригнулся и нырнул под мышку, вцепившись в его ногу. Я рывком повалил его на пол. Он рухнул, поднимая клубы пыли с ринга. Череп оказался выносливее, поэтому быстро вскочил. На его лысом скальпе блестели капли пота. Его пошатывало, а это значит, что с дыханием большие проблемы. Хорошо, еще один бросок и все… Я стал наносить короткие и быстрые удары по лицу, а потом точным ударом пробил в челюсть и снова, нырнув под мышку, совершил бросок через спину. Я так припечатал его к полу, что после недолгой возни под моим весом, Черепу пришлось сдаться.