Мой милый шрам (СИ) - Джелли Элли - Страница 12

Я доедал уже четвертый блин, они были слегка сыроваты и слишком сладкие, но это были определенно лучшие блины в моей жизни.

— Почему ты не ешь? — спросил я и сделал глоток.

— Я что, дура? Они же не вкусные, я пробовала.

Я прыснул смехом и изо рта потек капучино прямо на белую футболку. Отвратительно!

— Но это максимум, на что я способна! Ах да, — Марта полезла в сумку, — Принесла для тебя подарочек…

Она положила на стол книгу в классическом зеленом переплете с золотыми вензелями. «Нетерпение сердца» Стефан Цвейг. Я не читал ее.

— Это действительно хорошая книга, малыш.

— Спасибо, — сказал я, — Какие у нас планы на день?

От словосочетания «у нас» на душе стало горячо, мне нравилось, как это звучало.

— Небольшое путешествие и пицца «Четыре сыра», — интригующе произнесла Марта, — Пожалуйста, иди собираться. И дай мне ключи от мустанга, я поведу.

Я собирался очень быстро и суетливо, я жутко волновался и томился от приятного предвкушения. Мне было совершенно не важно, что мы будем сегодня делать, я просто хотел провести время с Мартой, я даже забыл, о чем именно писал в своем списке. Мне нравилось быть рядом, есть сырые блины, смотреть, как прекрасно и заразительно она улыбается, как ведет мою машину и ругается на других водителей. Она выглядела восхитительно в свободной серой футболке, черных джинсах и тряпичных кедах. Всю дорогу я смотрел только на нее, не замечая ничего вокруг и, когда мы припарковались, я удивлено округлил глаза.

— Вокзал? — я недоверчиво покосился на Марту.

— Ага, — спокойно ответила она, — Мы едем в Тверь.

— Куда? — я еще больше выпал, — Зачем?

— Погулять. Шевелись, электричка через десят минут.

— Просто объясни мне, для чего мы едем в Тверь?

— А почему нет? — раздражено сказала Марта.

Она открыла водительскую дверь, выбираясь наружу, я вылез из машины следом за ней. У меня был миллион вопросов, как будто чувствуя это, моя блондинка закатила глаза и процедила сквозь зубы.

— Все, малыш! Расслабься и получай удовольствие от поездки. Обещаю, на дороге не будет пробок, как ты и хотел.

Неужели, она тащит меня за двести километров только ради этого?

Ни разу в жизни мне не доводилось ездить на электричках. Я думал увидеть перед собой старый советский поезд, но снаружи она выглядела довольно неплохо и современно, но внутри…

Как только мы вошли вагон меня передернуло, в проходе грязные следы от обуви тянулись бесконечным потоком коричневой пыли, синие сиденья, хоть и были новыми, но уже успели опшарпаться и обзавестись противными, замызганными разводами, подлокотники, повидавшие миллион людей, кишили микробами и пугали меня до ужаса.

Марта спокойно села к окну и положила сумку на колени.

— Ну чего встал? Присаживайся…

Я очень неуверенно опустился на сиденье с идеально прямой спиной, чтобы касаться своим телом, как можно меньше, бацильной поверхности. Я не смог выдержать и минуты, быстро залез в карман джинс за маленьким, плоским флакончиком антисептика, который всегда носил с собой, и густо побрызгал руки, подлокотники и все вокруг.

— О Боже! — взвизгнула Марта, — Дай сюда!

Она силой выдернула у меня флакон и разъяренно швырнула его в сумку. Я видел, что сейчас ей очень хочется сказать мне что-нибудь обидное, но она держится из последних сил. Поезд тронулся. Я чувствовал себя крайне не комфортно. Фобию не возможно контролировать, и даже если ты пытаешься казаться спокойным, излишняя нервозность и дерганые жесты будут выдавать тебя. Я барабанил пальцами по коленям и кусал губу. Черт, сколько нам тут ехать?

— Закрой глаза и представь, что здесь все стерильно, как в операционной, — Марта наклонилась к моему уху.

Я попробовал, не получилось. Меня все равно потряхивало. В операционной не пахнет потом, грязными ногами, перегаром и вонючими туалетами. Я все еще держал глаза закрытыми.

Марта скользнула своей рукой по моей кисти и легонько ее погладила, а потом повернула мою ладонь и переплела наши пальцы.

— Я не думала, что с тобой настолько всё плохо, — шепотом сказала она, — Обратно поедем на такси.

Я чувствовал, как второй рукой она достала наушники и засунула их в уши, в ту же секунду из динамиков понеслись едва уловимые звуки Hoizer. Марта обхватила свободной рукой мое предплечье, и все еще продолжая сжимать мои пальцы, положила голову на мое плечо. Не открывая глаз, я уперся подбородком в ее макушку и вдохнул аромат ее волос. В принципе, не так тут и плохо.

Когда поезд остановился, мы вышли из вагона и в нос ударил приятный запах свежести, вопросов о том, зачем мы приехали в Тверь, больше не было. В Москве было просто облачно, здесь же небо обволакивало пасмурными тучами, дул прохладный ветер и в воздухе ощущалось приближение надвигающегося дождя. Я посмотрел на Марту и захотел сжать ее хрупкое тело до хруста костей. Прежде, для меня никто и никогда не делал ничего подобного.

— Ты можешь гулять под дождем хоть каждый день, — Марта поймала на себе мой взгляд и коварно улыбнулась, — Но для этого необходимо немного заморочиться и не ждать, когда счастье само к тебе придет.

— Куда пойдем? — оживлено спросил я.

— Не знаю, — она пожала плечами, — Куда тебе хочется?

— Мне вообще все равно, куда идти.

— Тогда прямо.

Мы вышли с территории вокзала, завернули на какой-то проспект и двинулись вверх по улице.

Как же мне сейчас было хорошо, я просто шел в никуда и ни о чем не думал, пока Марта копалась в своем телефоне

— Зайдем на минуточку? — она указала на супермаркет, — Нужно купить воды.

Я кивнул и мы заспешили в сторону магазина.

— Вот видишь, стоит начать, и Вселенная сама делает следующий шаг, — сказала Марта и остановилась.

У самого входа, на крыльце, сидел старый, лохматый рыжий пес и высовывал язык от жажды.

— Давай, — она подтолкнула меня, — ты же хотел потрогать мокрый нос.

Я не решался. Пес выглядел очень пыльным и грязным.

— Да перестань, Марк, ему тоже хочется немного тепла, — наседала Марта.

— Вдруг, у него лишай? — неуверенно сказал я.

— Тогда ты покроешься жуткими, зудящими пятнами и, возможно, облысеешь!

Она опустилась на ступеньку и потрепала собаку за ухом. Пес неторопливо завилял хвостом. Я наклонился и провел рукой по его лохматой мордахе, он щурил глаза и глубоко дышал, под пальцами я чувствовал песок, но продолжал его гладить. Когда пес достаточно мне доверился и понял, что угрозы ждать не стоит, я провел подушечкой пальца по его носу. Влажный, шершавый и классный! Я улыбнулся уголками рта.

— Ты должен забрать его домой!

— Я не могу, у меня аллергия на животных, — грустно сказал я.

— Ты же не умрешь прямо здесь?

— Не думаю, но я давно их не трогал.

— Пока, пёсик, — Марта еще раз потрепала рыжее ухо и потянула меня за руку.

Пока мы шли вдоль рядов магазина, она вытащила из сумки мой антисептик и протянула его мне. Ну какая же она чуткая!

Я быстро побрызгал руки, распределил жидкость по коже и вернул флакон Марте, она тоже сделала несколько нажатий, а потом брызнула его себе в рот и жутко сморщилась.

— Бе! Я думала это спирт…

Я громко засмеялся и она ударила меня кулаком в плечо.

— Стой, вот то, что нужно! — мы остановились около стенда со стиральными порошками, капсулами для стирки и кондиционерами, — Запахи свежего постельного белья!

Я еще раз благодарно посмотрел на нее, похоже Марта решила пройтись по всем пунктам из списка.

Хоть это было запрещено, Марта откручивала крышки на всех флаконах и прикладывала их сначала к моему, а потом к своему носу. Мне больше всего понравился запах хлопка и «Брызги водопада», а ей «Загадочный лотос».

Мы еще немного побродили по магазину, купили воды и вышли на улицу. Как только мы спустились со ступенек, Марта достала из кармана шоколадный батончик, который крутила в руках у кассы, развернула обертку и откусила кусок, причмокивая от удовольствия. За этот батончик мы не платили.