Лучше бы измена (СИ) - Морис Ева - Страница 2

Хорошо хоть самого начальника он в интересе ко мне не обвинял, тому было хорошо за пятьдесят, и он с первой встречи относился ко мне как к дочери, иногда излишне сильно опекая.

– А знаешь, – вдруг поговорил Вова, проследив за заехавшей на территорию парковки иномаркой, – если тебе нечего скрывать, смывай макияж.

Я удивленно хлопнула глазами.

– Да какой макияж? Я только тушью воспользовалась и блеском губы помазала. Что, по-твоему, выглядит вызывающе?

– Да все! Ресницы длинные слишком, а губы аж светятся, настолько розовые. Ты хочешь, чтобы мужики от тебя глаз не отводили?.. Нечего замужней женщине перед незнакомыми губы так красить, тем более перед москвичами. Или обратно в столицу захотелось?

Вова нагнулся и достал из переполненного всяким хламом бардачка пачку салфеток.

Я молча достала одну и с силой провела по губам.

Хорошего настроения, появившегося из-за прекрасной весенней погоды – как не бывало.

Последнее время Вова, как с цепи сорвался. В любом моем жесте, в любой улыбке или в рассказе о коллегах он видел неприличные намеки.

Он и раньше просил меня поменьше выделяться из толпы, а на платья смотрел как на личных врагов. Но на прошлой неделе Вова вышел за любые рамки, устроив скандал, после того как я задержалась на работе, помогая готовиться к проверке... Тогда он прямо на моих глазах изрезал и выкинул платья, которые ему казались слишком легкомысленными...

Я вложила в требовательно протянутую руку салфетку.

– Вот и молодец, Машенька, – довольно улыбнулся он мне и, подтянув поближе, чмокнул меня в щеку.

На моем лице появилась неискренняя улыбка.

Проглотив вопрос: «Ну теперь-то ты доволен?», – я потянулась к ручке двери, собираясь попрощаться с мужем, но он неожиданно положил мне руку на колено.

– Что-то я их раньше не видел. Кто это?

Я непонимающе осмотрелась, заметив идущих от припаркованной иномарки мужчин. Уверенных, широкоплечих, одетых в строгие, будто сшитые ровно под них костюмы. Да, от местных работников они отличались и сильно!

– Наверное, это из проверки, – нахмурилась я, понимая, что офис к их приходу еще не готов.

Мы ждали их позже, хотя бы через пару часиков, а они, оказывается, ранние пташки!

Я схватилась за ручки нашей поддержанной приоры, но тут Вова неожиданно поймал меня за руку.

– Отдай свою помаду.

– Что? – с недоумением переспросила я.

– Помаду или блеск, неважно. В общем, то, что ты так спокойно сейчас с губ стерла. Думаешь, я не понимаю, что ты поднимешься в офис и опять накрасишься? Отдавай.

– Да не буду я так делать, раз ты против! Вов, отпусти, мне бежать надо…

Глаза мужа нехорошо сверкнули.

– Отдавай, – произнес он спокойно и холодно, но таким тоном, что я поняла: спорить бесполезно.

Я с досадой распахнула сумку. Я ведь и правда не собиралась краситься, но поведение Вовы переходило все рамки!

Недавно муж сообщил, что его лучшему другу изменила девушка. И я честно старалась относиться с пониманием к закидонам Вовы и его обострившейся ревности, но сколько раз повторять, что она – не я?!

Пока я, борясь с возмущением, пыталась найти блеск, рука мужа сама просунулась в сумку, и, схватив необходимое, Вова открыл дверь.

– Куда ты?!

Ничего не понимая, я выскочила за ним следом, и в ужасе замерла, когда муж с размаху закинул мой блеск в мусорку.

– За что?!

– Чтобы даже думать было неповадно. И чтобы с первого раза выполняла требуемое, –рыкнул он. – Все настроение испортила! Как представлю, что ты перед этими костюмами красишься, и как им весь день улыбаешься… – Вова некрасиво сплюнул на пол. – И еще. Вечером зайдет Ира. У нее вопросы по программированию. Ясно?

Я машинально кивнула.

Спорить не хотелось. Хотелось по-глупому разреветься и пожалеть себя вместе с новеньким, практически неиспользованным блеском.

Вот почему Вова себе напридумывал, а страдаю я? Я что, недостаточно проявляю свою любовь, раз он так боится измены с моей стороны?..

– И не задерживайся. Я не буду прерывать занятия, чтобы поздороваться с тобой. Это непрофессионально, – сообщил он, перед тем как развернуться и уйти.

– Я постараюсь не задерживаться, – безрадостно сообщила я его удаляющейся спине.

Грустно проследив, как муж садится в машину, я повернулась к входу в здание и… И едва не налетела на блондина, идущего мне на встречу. На «Костюма», как его назвал Вова.

– Простите. Вы в порядке? – улыбнулся он, увернувшись в последний момент.

Я чуть было не кивнула, но тут блондин посмотрел вначале на мусорку, потом на отъезжающую приору моего мужа.

– Д-да… – отозвалась я, судорожно размышляя, что «москивч» успел услышать.

В голове все смешалось, и я, хоть убей меня, не могла вспомнить, что Вова говорил в машине, а что уже на улице… Стыдоба какая…

– Буйный брат? – с легкой насмешкой в голосе поинтересовался зачем-то блондин.

Я замешкалась.

Ужасно не хотелось признаваться, что это не брат «буйный», а муж…

– Да, – брякнула я, не подумав, и тут же смутилась собственного поступка.

А блондин, будто именно этого ответа и ждал, расплылся в улыбке и, подхватив мою руку, вдруг поцеловал кончики пальцев.

– Тогда очень приятно с вами познакомиться. Никита.

«Да»? Зачем я сказала: «да»?

Может, прав Вова в своих подозрениях?.. Я заигрываю с посторонними мужчинами, пусть и неосознанно?

– Я… Мне пора идти, – смущенно вырвала я свои пальцы у Никиты и тут же спрятала их за спиной.

Никита чуть насмешливо улыбнулся, проследив за моей рукой.

– А вы представиться не хотите? – произнес он странным, практически мурчащим голосом.

Никогда еще не чувствовала себя… так.

Одновременно мне было стыдно за свой ответ и… приятно, что на меня обратили внимание. Причем кто. Не голодный студент, подошедший к девушке то ли чтобы познакомиться, то ли чтобы она угостила его пирогом… как было со мной в случае с Вовой. А взрослый, уверенный в себе мужчина… Симпатичный и…

И в этот раз все точно не закончится отчислением с первого курса института, свадьбой спустя полгода и ипотекой на ближайшие восемнадцать лет…

Я тряхнула головой, приходя в себя.

– Нет, не очень, – произнесла я, сжав для уверенности руки за спиной. – Простите, я опаздываю.

Больше не говоря ни слова, я, не поднимая головы, обошла Никиту и направилась к входу.

И только поднявшись по высоким ступеням на третий этаж, я поняла. какую глупость совершила.

Если я не ошиблась, и Никита действительно приехал к нам с проверкой, то он все равно узнает, как меня зовут, и мы продолжим общение… Надо было не убегать, а сказать, что я уже два года как замужем!

Теперь он подумает, что я флиртую…

Решено, как только встречу его, сразу же скажу о замужестве!

Я толкнула дверь в небольшую приемную, где располагался мой стол, и тут же встретилась лицом к лицу с Павлом Олеговичем, подошедшим к кофемашине.

– Здравствуй, Машенька. Раз пришла, приготовь мне кофе, – улыбнулся он мне и, окинув взглядом, похвалил. – Чудесно выглядишь. Говорю же, юбочки тебе к лицу. И не слушай своего мужа. Ты слишком молода, чтобы надевать на себя бабкинские тряпки и застегивать блузки на все пуговицы. И вообще, что это за муж такой? Надо же. Не хочет, чтобы жена хорошо выглядела! Ты подумай, может, с ним что-то не так? Понимает, что при прямой конкуренции он из себя ничего не представляет?

Я вздохнула, заправив прядь волос за ухо. Да, Вова не любил моего начальника, а тот со всем пылом отвечал ему взаимностью…

– Не нужно, Павел Олегович. Он хороший, – произнесла я, начиная расстегивать пальто.

– Хороший, – фыркнул мой начальник. – Единственное, что он сделал правильно, так это привез к нам в город. И то, обычно молодежь в Москву бежит, а у вас все не как у людей… Ладно, теперь уже неважно. Сделай мне кофе и скажи Максиму, чтобы еще раз проверил презентацию… И на склад позвони. Если, спустившись с москвичами, увижу там хоть одну пылинку – пожалеют.