Ариш и Маг. Отсвет феникса (СИ) - Стефнклэр Аманди Джоан - Страница 17

— Боишься залететь от выродка?

Ну, всё. За живое задела, придётся расплачиваться.

— Не особо, — оглядываю его с ног до головы таким же взглядом, каким он смотрел на меня в первые минуты «знакомства». — От такой внешности желания не возникнет. Какие дети? Дотронуться противно!

Хватила лишнего. Сильно хватила! Мгновенно убеждаюсь в непреложности сего факта: под потолком образуются грозовые тучи, разбрасывающие молнии. Откуда взялись? От этого видного мужчины, с презентабельной внешностью, породистым лицом, отменной осанкой, выдающей высокородное происхождение. От того, кто облачён в дорогие одежды. Такие не по карману даже мне. Зарабатываю хорошо, но до магических тканей, из которых сшит его приталенный костюм, как до вселенских мощей! Поэтому ничего удивительного, что аристократ оскорбился, и теперь напоминает каменное изваяние.

Я даже мысли не допускаю извиниться.

Первым кто гадость сказал? А я просто эстафету подхватила.

Скрестив руки на груди, жду. Постепенно приходит осознание, что грызться мы можем до бесконечности. Если подумать, единственный, кто способен пошатнуть мою сдержанность — этот маг. Тогда как перед Ваниусом фон Трисом всегда удавалось сдерживать негативные порывы. Но клиент, сидящий в тени и бросающий неприятные эпитеты относительно танцевальных навыков, доводил до белого каления неоднократно. Не набросилась раньше, предполагаю, по одной причине — лица не видела. А ныне вот оно, высокомерное… Придушить-то как хочется! Вонзаю ногти в ладони, сдерживаясь.

Как ни посмотри, непонятные вкусы у личной силы, которую в глаза ни разу не видела, но абонесса уверяет — есть! Зачем мне сдался этот высокомерный, самонадеянный… В общем, этот вот человек, готовый испепелить на месте и охаять прилюдно? Ведь должно в душе моей распрекрасной присутствовать чувство самосохранения? Как выживать, если взаимное четвертование — основная мечта? Нелогично. А раз так…

Отворачиваюсь от аристократа.

Шагнув к одному из двух кресел, стоящих напротив массивного стола, я грациозно присаживаюсь. Разглаживаю несуществующие складочки на узкой юбке. Руки поверх цивильно складываю, демонстрируя во всей красе скромную деву. Грозовой фронт под потолком начинает таять, молнии блекнут, и вскоре с незатейливым «пуф!» они полностью рассеиваются. Долетает лёгкий скрип — это клиент занимает бежевое кресло слева от меня. Закинув ногу на ногу, он всем своим видом выражает готовность обсудить условия выкупа.

Поджимаю губы. И тут же расслабляюсь, скрывая эмоции. Пора успокоиться — поливая друг друга оскорблениями, мы не обретём взаимопонимания. А какое-никакое, оно нам необходимо. Выкупа явно не избежать. Остаётся компромисс. Нужно спокойно выслушать о моих обязательствах, приняв как данность, что всё происходящее — служение, а высокомерный аристократ — очередной клиент, пожелавший Хвори. И она у него будет! Правда, никто не помешает сделать всё от меня зависящее, чтобы мысли о женитьбе его не посетили.

Изучаю надменный аристократический профиль. Не понимаю, зачем связываться с жрицей, вызывающей отвращение? Мужчина довольно предвзято ко мне относится. Из-за Ваниуса фон Триса? Или существует иная причина? Он даже не пытался сгладить острые углы при обмене любезностями.

Переплетаю пальцы, лежащие на коленях. Не будем лукавить — тоже хороша. Сорвалась. Избранный не виноват, что его приманил Зов жрицы. Не виноват, что рушит мои планы. Много он о них знает? Морщу нос — всё-таки не стоило говорить гадости, тем более называть мужчину бастардом. Неэтично и довольно жестоко вышло, ведь родителей не выбирают — мне ли не знать. Тогда почему ярость в душе никак не уляжется? Глупо злиться и злить другого человека, но импульсивная часть меня, ранее незнакомая, предвкушает новое столкновение.

Ребёнок внутри проснулся? Или я желаю отомстить за своё задетое самолюбие?..

Лёгкий озноб вдоль позвоночника. Это не месть. У неё другой привкус. Отвратительно-мерзкий, ядовитый, холодящий кровь, когда почти до рассвета не удаётся сомкнуть глаз. Тёмное чувство пропитано устрашающими шепотками исстрадавшегося ветра, гонящего вдоль пыльных дорог перекати-поле, злонамеренными тенями, крадущимися вослед, чтобы сломать выбранную жертву…

Настоятельница выпрямляется, хотя и так сидит прямее некуда.

— Пришло время обсудить условия. Так как речь пойдёт о выкупе, на данный момент исключающем формирование супружеской пары, мы сосредоточимся на стандартных пунктах договора между Хвори и абуканом. Срок его действия — год. В течение этого времени вы решите, станете ли жить вместе, прежде сформировав полноценный союз, или порознь, обменявшись магической клятвой, которая позволит каждому из вас идти своей дорогой, но без возможности сойтись с кем-то другим. Если решите разойтись, сила Хвори, благодаря уже состоявшейся встрече с избранным Зовом, будет подчинена относительному контролю, однако одиночество стает вашим общим уделом…

Для себя я заранее всё решила, пусть и надеялась, что предстоящего года тоже удастся избежать.

— Расхождение путей. Закономерный итог, — заявляю уверено. Просто не представляю противоположного исхода.

Как выясняется, только я страдаю отсутствием воображения. Маг резок.

— Не стал бы загадывать, — колючий взгляд.

Подавляя взметнувшиеся в душе эмоции, плавно оборачиваюсь.

— Вы воспылали ко мне небывалой страстью? — откровенный сарказм призван смутить оппонента.

Увы, кремень! Глядит прицельно — прямо в глаза. Бросает лаконично:

— Нет!

Будто презрением плюнул, чтоб бездна его побрала!

— И всё равно верите в союз сердец и душ? Как наивно! — прикрываю усмешку ладонью.

— Знаете, Ариш… — впервые обращается по имени. — Не имея никакого представления о собственных силах, в моём мире вы не более чем наивное дитя, оказавшееся на пороге неизведанного. Поэтому будьте благодарны за возможность попасть под крыло мага. Притом сильного мага! — сделано ударение на слове «сильного».

А с самомнением у него всё в порядке.

— Хотите поклонения? Ну-ну… — срывается с языка, прежде чем успеваю подумать. Ладонью оглаживаю юбку от бедра к колену с той стороны, с которой мужчине виднее. Придаю голосу оттенок лёгкой томности: — Подумайте вот о чём, мистер. Вы удостоены внимания настоящей жрицы Храма Амунаи. Притом внимания долгосрочного. Фактически становитесь единоличным обладателем «золотой рыбки», исполняющей сокровенные желания, — посылаю воздушный поцелуй, проигнорировав внутренний сигнал тревоги. Вот точно себе могилку рою провокационным поведением, поэтому необходимо в срочном порядке исправлять допущенный промах. Перехожу на обыденный тон, убирая всякий налёт игривости: — Так что будьте благодарны за оказанную честь и смирите чувство собственного превосходства!

Уголки его губ неожиданно приподнимаются в подобие улыбки.

— Значит, мы равны? Бесподобно! И… хм… «золотая рыбка»? — не то рык, не то смешок. — Буду иметь в виду, многоуважаемая жрица. Аквариум вам наверняка придётся по душе.

Да он откровенно издевается! Ну, знаете!

Прежде чем колкая шпилька срывается с языка, нашу перепалку прерывает абонесса. Ей явно надоела эта словесная баталия.

— У меня встреча с другой парой приближается, поэтому налаживать контакт будете позднее и наедине. Вернёмся к насущным делам, — это почти приказ, и спорить мы с магом не намерены. — Итак. Обязанности сторон. Ариш, — она бросает строгий взгляд, — ты соблюдаешь привычный договор. Господин фон Трис сам сообщит о желаемом проявлении внимания: либо танцы, либо что-то другое, не выходящее за рамки морали Храма Амунаи.

Значит, ничего нового.

— Раньше он только танцами ограничивался.

— Раньше и сейчас — разные вещи, — чеканит клиент.

Разные? Ну, ладно. Выказываю заинтересованность.

— То есть постель в обозримом будущем планируется?

С защитой стерплю. Стонать для виду умею. С заносчивым типом справлюсь. Клянусь! Пусть бесит жутко, но выдать вершину экстаза навыков хватит!