Оборотные цветы (СИ) - Флокс Северина - Страница 20

Промыв рану водой, подложила нагорный мох, тут же пропитавшийся липкой кровью. Нахмурившись, огляделась вокруг в поисках чистого куска ткани, которым можно было бы перебинтовать рану. Но по всему выходило, что из подходящего осталась только моя льняная рубаха. Коротко вздохнула и с глухим треском оторвала два рукава. Что же, василиск прекрасно знал, что по факту я бесполезный свидетель, и мог бросить меня в чёрном пламени, но не сделал этого. Возможно, у него лишь змеиные глаза, а не сердце. Поднесла флягу с водой к плотно сжатым губам стража и осторожно приподняла голову.

— Пей.

— Ссая, — Змееглаз посмотрел на меня воспалённым взглядом и жадно припал к фляге.

— Ты всё-таки вернулась.

Холодная усмешка появилась на его губах и так же быстро исчезла.

— А были сомнения?

Постаралась добавить в голос больше оптимизма, но вышло очень скверно. Вообще-то сомнения были. И в первую очередь у меня, особенно когда я пятый круг по лесу давала.

— Бездушные эльфийские леса. Здесь всегда холодно.

С тревогой посмотрела на говорившего мужчину. Ну вот, уже бредит.

— Нет, здесь тепло, просто тебя знобит. Потерпи немного, сейчас я разведу костёр.

Василиск ничего не ответил, только безразлично закрыл глаза.

Легко сказать — разведи костёр. А как теперь наломать ветвей, если знаешь, что ты можешь причинить боль нимфе. Придётся идти и собирать хворост. Много хвороста.

Через некоторое время костёр радостно осветил покрытую вечерними сумерками поляну. А я вновь и вновь возвращалась за сухими ветвями в лес, чтобы их количества хватило на всю ночь. Лютик пытался мне помочь, старательно изображая вид деятельности и таская небольшие ветки. Только отчего-то он усиленно уносил их от костра, возвращая обратно под своды деревьев.

Устало села у огня, наблюдая, как алые искры вихрем взлетают вверх. Живот жалостливо заурчал, требуя еды. Грустно вздохнула, вспоминая заманчивые малинники в лесу, которые вполне могут подождать и до завтра. Лютик положил голову мне на колени и видимо тоже размышлял о чём-то кошачьем, что тревожило его пушистую душу.

К ночи Шерсара стало сильно лихорадить, пришлось долгое время неотрывно сидеть рядом. Наверное, зазубренный наконечник стрелы действительно был смазан ядом. Оставалось надеяться, что василиск имеет врождённый иммунитет к подобным неприятностям. Выдохнув облачко пара, удивилась тому, как сильно упала температура, и подбросила побольше хвороста в костёр. Лютик с тихим урчанием охотился на мотыльков, порхающих возле огня. Судя по всему, маленький охотник уже отоспался, ожидая, когда я вернусь из леса, и теперь будет скакать до тех пор, пока не свалится от усталости.

Свернувшись калачиком, легла рядом со Змееглазом и прикрыла глаза, рассматривая его из-под пушистых ресниц. Резкие черты лица в тёплом свете костра выглядели более плавными, красные блики огня танцевали на бледной коже, словно чьи-то горячие поцелуи. Без леденящего душу змеиного взгляда страж выглядел обманчиво безобидным. Вспомнила, как магическое лассо под его рукой обвило мою шею и невольно поёжилась. Шерсар — элитный воин императора, который убьёт всякого, на кого укажет его величество. Цепной пёс господина на длинном поводке, от которого нужно держаться как можно дальше. Закрыв глаза, отвернулась в другую сторону, чтобы не видеть строгого профиля василиска, и почти сразу провалилась в мир сновидений.

Глава 25

Первые лучи солнца нежно прикоснулись к лицу, вынуждая проснуться. Сладко потянулась и с недоумением посмотрела на широкий плащ, постеленный подо мной. Неужели я так сильно ворочалась ночью, что сдвинула Шерсара с нагретого местечка? Поднялась на локтях, оглядываясь вокруг. От горячих углей костра остались одни чёрные головешки, присыпанные пеплом. Лютик мирно спал, уткнувшись носом в мой бок, весь измазанный в саже, словно он был маленьким чертёнком. Очевидно, кто-то играл до самого рассвета, гоняясь за своим хвостом. Змееглаз сидел рядом, внимательно рассматривая ногу.

— Где достала нагорный мох?

— И тебе доброе утро. — Неприязненно сощурилась, всматриваясь в подзатянувшуюся рану. Никакой благодарности: почему я не удивлена?

— Местные жители поделились.

Страж вопросительно поднял бровь, ожидая продолжения.

— Нимфы, — коротко сказала, не желая рассказывать всю историю с самого начала.

— Настоящие лесные нимфы?

Мужчина продолжал смотреть на меня так, словно я рассказывала ему забавную небылицу. Очень хотелось сострить, что это были его нелюбимеы одичавшие эльфы, но сдержалась.

— Если быть точнее, то всего одна нимфа, которая после недолгого обмена видениями оставила мох в подарок и ушла.

— Просто удивительно, Сая.

Внимательно посмотрела на Шерсара, ожидая подвоха, но видимо, моё короткое повествование действительно его впечатлило.

— Дикие нимфы крайне редко показываются кому-то на глаза, и уж тем более не вступают в контакт, и не преподносят дары обычным людям.

Не обратила внимание на последнюю колкую фразу, которой василиск разом выделил мою незначительность и обозначил социальное положение, указав мне на подвал иерархической лестницы нашего общества. Ну-ну, кому-то придётся высоко падать с таким самомнением.

— Что значит дикие? Неужели есть одомашненные?

Змееглаз захохотал, разорвав предрассветную тишину над поляной. Его бархатный, чуть хриплый голос заставил мою кожу покрыться мурашками.

— Нет, Ссая. Если лесная нимфа выберет отцом для своего ребёнка представителя другой расы, и так будет продолжаться в течение нескольких поколений, то её правнучка будет выглядеть точно так же, как ты или я. Причём, рождаются у лесных духов исключительно девочки.

— Значит, те нимфы потеряют связь с природой, если будут жить нормальной жизнью?

— Нет, этот дар останется с ними навсегда, как и ух детей, от кого бы они ни были. Просто из-за смешения крови постепенно он будет ослабевать, только и всего. Лесные духи имеют тесную связь с каким-то одним видом растений или животных. Они чувствуют боль, причинённую их любимцам и сами страдают от этого, если нимфа последняя в своём роде, то с её смертью перестанут существовать оберегаемые ею растения и наоборот.

Вспомнила, как чернели дымчатые цветы, погибая вместе со своей затравленной хозяйкой, и невольно до боли впилась ногтями в ладони, оставляя следы полумесяцами. Хорошо, что люди больше не ступают в запретные леса. Эльфы всегда бережно относились к тому, что их окружает. Утончённые эстеты, сумевшие добиться нейтралитета со всеми расами, населяющими империю. Интересно, изменились ли их отношения с оборотнями после всего случившегося или они до сих пор не приняли чёткой позиции, ожидая развязки и холодно улыбаясь на дипломатических миссиях? Змееглаз нарушил затянувшееся молчание:

— Буди кота, нужно уходить отсюда.

— Но как же твоя нога?

Жёлтые глаза полыхнули нетерпением:

— Пройдёт по дороге. Магический резерв постепенно восстанавливается. Рана затянется самостоятельно.

Покачала головой и даже не стала спорить: днём — герой, а ночью умирающий лебедь, значит. Ну, ладно. Если всемогущему стражу так необходимо в спешке убегать с эльфийский земель, то пусть так оно и будет. Назовём это стратегическим отступлением. Только если у него во время трёхдневного перехода воспалиться рана, а потом загноится нога, то я её просто отрежу, подумала мстительно. Пусть на одной до столицы прыгает. Ласково потрепала котёнка за ушком, разрушая крепкий сон. Шерсар уже пересекал другой конец поляны, скрываясь в тени.

— Идём, Лютик. Нужно догонять колючку, иначе этот болезненный ещё в лесу потеряется.

Недовольно фыркнув, четвероногий потянулся и лениво последовал за василиском.

Глава 26

Полдень навалился удушливым зноем, таявшим над землёй дрожащим маревом, которое обманывало доверчивое человеческое зрение. Надоедливая мошкара, словно королевская свита, неотступно следовала за нами, постоянно жужжа и периодически покусывая. Раздражённо отмахнулась от жирного слепня, норовившего отведать свежей крови, и пропустила осиновую ветку, тут же оставившую красный след на щеке. Змееглаз уверенно шёл впереди, прорываясь сквозь густые заросли молодняка. Просто восхитительное упрямство.