Оборотные цветы (СИ) - Флокс Северина - Страница 6

Почти каждый день я спускалась к источнику и подолгу купалась в горячей воде, беседуя с Озёрными духами. Иногда мне начинало казаться, что из-за того, сколько времени я провожу в воде, у меня должны были уже появиться жабры. Что было бы неплохо — хорошая защита от смены настроения Озёрных духов.

Волк никогда не составлял мне кампанию. Он только неодобрительно щерился при виде того, как я иду в сторону источников.

Перекинув длинные волосы за плечо, задумчиво посмотрела на ещё тёмное небо и тихо прошептала:

— Скоро я уйду, Восьмой.

Лёгкое дуновение ветра возле плеча переросло в болезненное нажатие.

— Не отпустят. Убьют. Духи не любят ничего менять.

— Я должна идти, пока зима отступила. Через месяц, а может, и меньше холод снова возьмёт своё — мне не выжить.

— Если ты попытаешься уйти, то умрёшь наверняка.

— Я не стану игрушкой для духов, — прошептала, уверенно качнув головой.

— Нет выбора.

— Выбор всегда есть.

Хриплый смех духа разлетелся над источниками:

— Смерть не самый лучший выход.

Я мрачно усмехнулась и погрузилась с головой под воду. Остальные духи стайками поднимались из глубины источника, скользя возле моих ног и обдавая их прохладой. Нужно решаться как можно быстрее — время не терпит.

Вяленого мяса достаточно, чтобы вместе с тёплыми ветрами уйти с этой земли. Хотя бы попытаться уйти.

Вынырнув, я ещё долго сидела на камне, слушая редкую болтовню духов, и смотрела на темнеющий небосвод, словно ожидая чего-то. Восьмой молчал. Я даже не ощущала его присутствия рядом. Пора. Нужно заставить себя встать и совершить безумную попытку бегства, сыграв с духами в догонялки. Жаль будет если проиграю — не хотелось бы камнем пойти ко дну источников. Впрочем, есть наказания и похуже смерти. Уж вечно скучающие духи в этом точно знают толк.

Тело было всё ещё влажным, когда я надела подобие самодельной шубы и неслышно пошла в сторону логова.

— Остановись.

Властный голос Восьмого прозвучал за моей спиной. Я грустно усмехнулась — ведь он следовал за мной так долго, скрывая своё присутствие. Повернувшись на голос, смотрела в темноту даже не вглядываясь — я давно привыкла к тому, что мой собеседник невидим.

Что буду делать, если Восьмой попытается остановить? Ничего. Не смогу просто. Магии нет, а что сгустку чистой энергии мой старый нож? Тоже ничего.

Внезапно перед моим лицом ярко вспыхнул свет. От неожиданности глаза ослепило. Проморгавшись, удивлённо уставилась на тёмно-фиолетовую сферу с чёрными всполохами.

— Так вот ты какой… — Протянула восхищённо, любуясь Восьмым. Но тот словно и не заметил.

— Ступай по следу Предвенечной звезды. Возможно, она выведет тебя к таким же как ты, а может, и нет. Я укрою тебя от остальных духов.

Восьмой подумал и чуть померк.

— Ненадолго. Иди быстро. Не останавливайся.

Я стояла под куполом ночных небес, и только светила были свидетелями того, как Восьмой пытался помочь мне и защитить от остальных.

— Спасибо, — только и смогла сказать.

Безумный дикий север, твоя мёртвая земля пустынна. Она никогда не видела зелени и чего-то другого, кроме угрюмых скал и таких же безразличными ко всему небес. Но именно здесь кровожадная волчица, которая едва выходила своего волчонка и старый как мир дух отнеслись ко мне человечней, чем родная мать.

— Сая.

Вздрогнула и удивлённо посмотрела на Восьмого. Он ни разу не называл меня по имени.

— Мы не забыли кто мы. И имена свои тоже помним, но теперь это ни к чему. Когда-то я был старшим Богом ветров. Мне поклонялись те, чьих следов больше не носит земля. И пусть почти всё кануло во тьму, но я отдаю тебе мои крылья. Мне они больше не нужны.

Свет от сферы стал ярче. Восьмой оказался так близко к моему лицу, что вечный холод, исходивший от него, стал обжигать кожу. Как заворожённая я всматривалась внутрь сферы. Казалось, что внутри неё живёт целая вселенная. Мне нестерпимо хотелось протянуть руку, чтобы прикоснуться хотя бы к малой её части, но Восьмой решил иначе. Он подобно молнии врезался в мою грудь и прошёл насквозь. Удар был такой силы, что меня отшвырнуло в сторону. Глотая воздух, пыталась снова начать дышать. Ничего себе, тут подарочки раздают…

— Беги, беги, беги…

Голос Восьмого заставил меня подняться с земли и я, пошатываясь, бросилась к логову. Там подхватила припасённый заранее небольшой мешок с вяленым мясом хорьков и самодельный бурдюк, который, как я надеялась, воду не пропускал, потому что проверить это случая ещё не довелось. Но если повезёт, то однажды я сумею вырваться из лап зимы, и тогда он сослужит мне хорошую службу. Север недоумённо распахнул глаза и настороженно следил за моими действиями. Присев рядом с ним на корточки, потрепала за ухом:

— Спасибо тебе, брат, за всё.

Стёрла тыльной стороной ладони предательскую слезу и рванула прочь из пещеры. На секунду замерла, внимательно всматриваясь в чистое ночное небо.

Однажды, когда мы разговаривали с Восьмым, он стал называть мне имена самых древних ночных светил. Яркая звезда над горизонтом приветливо сверкнула. Ну что же, Предвенечная, веди меня, к худу ли, к добру… Но желательнее, конечно, второе.

Поправила прицепленный к поясу нож и почти бегом бросилась по глубоко промёрзшему насту. Ветер подгонял, яростно дуя в спину. Что ж, если Восьмой и в самом деле когда-то повелевал ветрами, то стоит расценивать это как добрый знак. Где-то спустя час безумного забега я заметила серую тень, скользящую невдалеке. Не останавливаясь, крикнула:

— Беги обратно, Север! Домой!

А потом с горечью поняла, что и у него нет обратного пути. Не сумеют духи дотянуться до меня, так волка точно растерзают хуже голодный зверей.

Дальше все мысли растворились. Я сосредоточилась только на беге, стараясь не сбавлять темп, напрягая мышцы в решающем рывке. Нужно уйти как можно дальше. В голове, словно мантра, возникал голос Восьмого, шепчущий:

— Беги, беги, беги…

И я бежала до тех пор, пока скупое летнее солнце не вытеснило страшную ночь, а нога предательски не зацепилась за каменный выступ. Растянувшись на белом покрывале, жадно заглатывала воздух, не в силах подняться. Ноги онемели от бега, мышцы сводило судорогой. Рядом лёг, высунув язык, Север. Для него эта гонка не была такой изнурительной, всё-таки он выносливый волк, которому под силу пробежать гораздо больше. Но я заметила, как Север вылизывал свои лапы, израненные в кровь. С трудом поднялась и заставила себя пойти дальше, преодолевая усталость и изнемождение.

Глава 8

Дальше были лишь короткие перерывы на сон и снова изнуряющий путь.

Ночами Предвенечная насмешливо сверкала на небосклоне, словно дразня и раззадоривая своей высотой и недосягаемостью. Днём мы с Севером шли просто вперёд. Редкие остановки на ночлег в укромном месте и кусок вяленного мяса. Где-то на девятый день пути я перестала бояться быть настигнутой духами — видимо, Восьмой сумел выиграть нужное мне время.

Зима чуть отступила, и теперь я могла есть маленький зелёный мох, росший на выступах камней. После вяленого мяса хорьков это было приятным разнообразием. Так мы продвигались около двух лун. Зима стала возвращать свои права. И с каждым днём идти становилось труднее, особенно когда с небес валил снег, закрывая ночное небо и пряча от моих глаз единственный ориентир. Мороз заставлял искать более надёжные убежища для сна и ожидания того времени, когда закончится метель. И всё равно, я чувствовала, что мы с Севером движемся на юг. Холода перестали быть такими суровыми, местность стала более ровной, да и волк однажды подтвердил мои догадки, притащив мне свою добычу, чем-то напоминающую зайца, на которого я когда-то ставила силки. Если появились такие животные, то наверняка есть и крупней — стоило осторожней выбирать место для ночлега.

Снег застилал небо уже третий день. С покрывала богов падали пушистые снежинки, но отчего то мне было беспокойно. Я ожидала сильной пурги и не желала покидать надёжного убежища. Ведь если метель застанет нас в пути, то вряд ли мы вообще отыщем подходящее укрытие. Но время шло, а снег всё так же мирно падал с неба. Север удивлённо вертелся около меня, не понимая, почему мы остановились на столь долгий период времени. Тяжело вздохнув, попыталась себя успокоить тем, что волк не чувствует опасности. Небо спокойное и ветер не предвещает беды. Потрепала Севера и, чуть улыбнувшись, вышла, подставляя лицо снегу: