Экс-любовница олигарха (СИ) - Черника Ника - Страница 15

Это безумие, сумасшествие, дикая страсть, которая словно копилась все эти годы, чтобы выплеснуться в одно мгновенье сейчас. Мы не должны были встретиться, не должны были оказаться в одной постели, и уж тем более не должно было быть так хорошо, как сейчас. 

Когда все заканчивается, Стас ложится рядом со мной, переводит дыхание, а я просто не могу двигаться, не могу, даже если бы хотела. Сердце все еще стучит быстро, тело дрожит, в ногах вялость и расслабленность. 

Я не открываю глаза, пытаюсь прийти в себя, а в голове уже начинается работа. Что делать дальше? Что-то сказать? Или он что-то скажет? Как в глаза-то ему смотреть? Это было слишком… 

Слишком по всем параметрам, выглядеть равнодушно у меня не получится при всем желании. Хоть бы он ушел, куда угодно, просто несколько минут, чтобы прийти в себя.  Стас как будто слышит меня, поднимается, натягивает штаны и выходит из комнаты. Я провожаю его взглядом и выдыхаю, глядя на потолок. 

Это было неправильно. Все неправильно, от начала и до конца. Слишком хорошо, слишком чувственно, слишком близко. Это было больше, чем секс. Это было единение, как раньше, тогда, девять лет назад. Когда секс был сродни космосу, что-то нереальное, сильное, внеземное, выше обычного материального. 

Я сажусь, спускаю ноги с кровати, оглядывая комнату с разбросанной одеждой. И все-таки это был только секс по договору. Как бы хорошо мне ни было, это ничего не меняет.

Я быстро натягиваю одежду, чулки комкаю, чтобы убрать в сумочку, у меня нет сил сейчас с ними возиться. Приглаживаю рукой волосы и иду в гостиную. Стас показывается из кухни, как раз когда я убираю чулки. Мы замираем, разглядывая друг друга. Он смотрит исподлобья, хмуро, внимательно. Я первой отвожу взгляд, беру кофту, натягиваю.

- Я могу идти? - задаю вопрос. Стас усмехается, привалившись плечом к дверному косяку.

- Иди, - отвечает мне и уходит обратно в кухню.

Я киваю сама себе. Вот так правильно, вот так и должно быть. Равнодушно, холодно. 

Я быстро обуваюсь в прихожей, косясь в сторону гостиной, но Стас так и не появляется. Ухожу, тихо закрывая дверь. За ней выдыхаю, прикрывая глаза. Вот и все, закончилось, можно жить дальше. 

Такси везет меня в сторону дома по пятничным пробкам, толкаемся в рядах машин, водитель бурчит себе под нос, но ко мне, сидящей на заднем сиденье, слава богу, не цепляется. Да я сейчас и не в состоянии поддерживать разговор. 

Я словно прихожу в себя, начинаю потихоньку осознавать на уровне ума, что между нами произошло. А не только на чувственном, хотя тело все еще посылает импульсы, стоит мне только вернуться мыслями к случившемуся. 

Конечно, я не знала, чего ждать, но не того, что это будет так похоже на тот наш секс, когда мы были вместе. Это сильно выбивает из колеи. 

Словно мы должны были быть вместе всегда. Словно время оказалось невластно и в насмешку вернуло нас обратно, за мгновенье стерев годы, ненависть, обиды.

Только вот теперь стало еще больнее. Потому что близость прошла, а все остальное вернулось: и обиды, и ненависть. Они будут между нами всегда, и от этого никуда не деться.

- Ну хочешь я спрошу Пашку о твоем Стасе? - Лиля сидит напротив меня на кровати в общаге и смотрит сочувственно. 

Хочу ли я? Очень хочу. Узнать, как он там, почему не звонит, не пишет. Не отвечает мне. Просто хоть что-то о нем узнать. Я смотрю на телефон по тысяче раз на дню, обновляю страницы соцсетей - и ничего. Просто тишина, как будто Станислава Ярова стерли напрочь из этой реальности. 

- Не надо, - говорю Лиле. 

Пашка ведь может рассказать Стасу. А тот или велит ничего не говорить, или сказать что-то определенное. Или вообще разозлится на меня, потому что он попросил времени, чтобы побыть одному, а я одолеваю его. Но прошло уже три дня! ТРИ!

С того момента, как мы вместе, мы разлучались максимум на два, и то постоянно списывались. А сейчас я чувствую себя падающей в черную дыру, меня засасывает в состояние обреченной безнадежности.

- Настен, - Лиля откашливается и аккуратно продолжает. - Как бы там ни было, нельзя настолько зависеть от парня. Это как-то не здорово. Ты хоть куда-то выходила эти дни?

Я пытаюсь вспомнить и не могу. Да и куда мне выходить? Я сижу в общаге и жду звонка, плачу в подушку. Я готова уже сорваться и поехать к Стасу домой, осталось только адрес узнать. 

Я ведь даже этого не знаю, потому что мы в основном проводили время у меня в общаге. Соседки на лето уехали, комната пустая, а у него мать дома и младший брат. Так было просто удобно. 

“Или он не хотел пускать тебя в свою жизнь? - шепчет надоедливо внутренний голос. - Потому что ты действительно для него только этап”.

Нет, нет. Тогда бы он так не реагировал на мои претензии насчет Кати. Я обидела его своим недоверием, задела его чувства. 

- Почему он не напишет, Лиль? - смотрю на нее умоляюще, она только вздыхает.

- Я не знаю. 

Я снова проверяю сообщения, потом залезаю в соцсети. Последний раз Стас появлялся сутки назад.  Колеблюсь, но набираю в поиске Зеленцову Катерину. Я успела найти ее страницу и теперь с маниакальным упрямством захожу. И вот сейчас оно оказывается вознаграждено.

Она выложила фотографию, видимо, это загород, потому что озеро и зелень на фоне. Стас сидит на траве, смеется, пока Катя ерошит его волосы, стоя возле. На ней короткие шорты и майка, и она так близко к Стасу, что меня прошибает пот. Я показываю фотографию Лиле. Она кидает взгляд, поджимая губы.

- Это ничего не значит, Насть, - говорит мне, - ты сама сказала, предки хотят их свести. Он ее даже не касается на фотке. А то, что она к нему лезет… Ну знаешь ли, некоторые считают, что девушка - не стена, подвинется.

- Она ему нравится, - говорю я обреченно. - Иначе бы он не позволял ей так себя вести. И на юбилее она его касалась постоянно, держала за руку…

- Детский сад, - поджимает губы Лиля. - Это ничего не значит.

Воцаряется тишина, я рассматриваю фотографию, приближая и удаляя, пока подруга не отнимает у меня телефон.

- Хватит уже, - говорит сердито, - в конце концов, он ведет себя, как мудак, если ничего не пишет. Он ведь знает тебя, знает, что ты будешь переживать. Тебе нужно отвлечься, Насть, так нельзя.

Я знаю, она все правильно говорит, но теперь я точно не могу думать ни о чем другом. Я буду смотреть на это фото и изводить себя мыслями. Да, наверное, я долбанная мазохистка, но я ничего не могу с этим поделать.

Потому эгоистично избавляюсь от подруги, даже не чувствуя угрызений совести. Еще два дня почти не встаю из постели, почти не ем. Ничего не хочу, только лежать и сжимать в руке телефон. Стас не появляется ни в одной соцсети оба дня. Итого, уже три. Катя бывает онлайн, но ничего больше не выкладывает. Вместе они или нет?

Мое сообщение, написанное два дня назад, висит непрочитанным, телефон находится вне зоны действия сети. Казалось бы, современный мир, высокие технологии, все на виду, а как просто вычеркнуть человека из жизни. И не достучаться, не дозвониться. Где он сейчас? И с кем?

Стук в дверь раздается около семи вечера, я лежу, укутавшись в одеяло, и пялюсь в сумерки. Надежда взрывается в груди, учащая сердцебиение, я с трудом вылезаю из одеяла, падаю, зацепившись за него ногой, пока освобождаюсь, приглаживаю волосы. Боже, я, наверное, выгляжу отвратительно. Плевать, просто плевать.

Распахиваю дверь и замираю. На пороге не Стас. На пороге Олег Обузов.

- Что вам надо? - слова вырываются впереди меня. Впереди мыслей о том, что можно поздороваться, например. Мужчина только усмехается, окидывая меня быстрым взглядом. Я вспоминаю, как он смотрел на меня на юбилее, снова на задворках сознания становится неуютно.

- Мы можем поговорить?