Уцененный принц (СИ) - Милютина Елена - Страница 60

В ректорате неожиданно пригласили в кабинет ректора. Эктор Алларинский поднялся навстречу, тепло поздоровался, пригласил садиться.

— Принц Ронгвальд! — обратился он к нему, — А я-то думал, кто это перевелся к нам с Итонии! А оказывается, это вы! Как здоровье? Я слышал, вы лежали в госпитале!

— Да, пришлось. Незалеченная травма дала о себе знать. Еще повторная операция требуется. Так что решил, что стоит этот год здесь проучиться, к врачам поближе!

— Так вы только на этот год! — с видимым разочарованием протянул ректор, — а я думал, заканчивать у нас решили.

— Заканчивать буду у вас, все равно, после операции наблюдение потребуется, так что скакать с места на место нет смысла.

— И ваш отец разрешил? — хитро прищурился Эктор.

— Так решил я, неужели вы не знаете моей ситуации!

— Знаю, Эльриан рассказал, просил присмотреть, не обижайтесь, — Эктор предупредительно поднял руку, — не в том смысле, просил помочь найти спокойную подработку в пределах университета и с прицелом на будущее. Вы же возвращаться не собираетесь?

— Нет, — немного резко ответил Рон. — «Сейчас тоже будет с отцом мирить…»

Но принц-бастард улыбнулся и неожиданно сказал: — Не дождешься!

— Чего?? — удивленно спросил Рон.

— Уговаривать мириться с отцом не буду. У меня худшая ситуация в жизни была, я же в Эльриана стрелял, взяли прямо с оружием в руках, покойником уже себя считал. Это не придуманный заговор, это покушение! За это только смертная казнь. А он меня простил, сказал — дурак, допрашивать безопасникам запретил, это он еще не знал, что я сводный брат! Как узнал, так учиться заставил, среднюю школу закончить, и не где-нибудь, а в Кадетском Корпусе, слышал о таком? В род ввел, полностью признал. Так что я твоего отца не понимаю и понять не могу. Вот так-то. Но вызвал я тебя не за этим. Ты же фактически третий курс закончил, это мы тебя с Эльрианом решили на курс ниже взять, что бы время дать к новому месту учебы привыкнуть, да и в себя прийти. А у меня есть предложение. Сейчас разрабатывают программное обеспечение для моего двигателя, но что-то у разработчиков не получается, вот и решили привлечь свежие головы с нестандартным мышлением. Кликнуть кличь среди четверокурсников и магистрата. Третий курс привлекать не будут, но ты же его закончил, время у тебя будет, попробуй, может, что и выйдет! Здесь основные требования к ПО. Технические характеристики двигателя, основные параметры. Конечно, мы не ждем, что какой-нибудь гений возьмет и разработает такую сложную программу в одиночку, но авторов самых перспективных разработок включат в коллектив, на равных. А их разработки зачтем, как дипломный проект! Попробуешь? — Эктор протянул ему довольно толстую брошюру с мелким текстом.

Ронгвальд радостно схватил брошюру. Он и мечтать не мог о такой удаче — попытаться принять участие в «проекте века», создании ПО к двигателю, который даст возможность человечеству вылететь за пределы родной галактики! Поблагодарив ректора, он поспешил домой, что бы прочесть требованияк работе двигателя. Студенческая вечеринка вылетела у него из головы.

— «Надо сказать Эвелине, — пронеслось у него в голове, — порадовать! Если у него все получится, то будущее можно считать обеспеченным, да и на него перестанут смотреть с жалостью»! Он вспомнил, что коммфон он так и не купил, времени не было, поэтому направился к девушке домой. Вход в ее комнату был отдельный, через кафе проходить не надо было. Эвелина была дома, обрадовалась, только хотела сама к нему идти, узнавать, как у него дела. Предложила пойти, поужинать в кафе, правда, сейчас там гуляют студены, но хозяйка как-нибудь пристроит свою постоялицу. Рон поддержал идею, есть хотелось. Они спустились по главной лестнице в зал, и Рона радостно приветствовали его одногруппники. Оказывается, они планировали праздновать именно в кафе «У дядюшки Жанно»! Рон растерялся, но Эвелина прошептала ему на ухо, что не стоит отделяться от коллектива, предложила представить ее его девушкой, а отпразднуют вдвоем они потом, в ее комнате. Так что Рону осталось только признать ее правоту.

Глава 31

Терра, Обен.

Перед обедом в палату к Габриэлю пришел лечащий врач и еще двое тоже в белых халатах. Парень и девушка. Оказалось, специалист по лечебной гимнастике и ее помощник. Вкатили какое-то приспособление, вроде детских ходунков. Помогли сначала сесть, а потом, взявшись за «ходунок» встать. На ногу просили слегка опираться, но не нагружать весом всего тела. Попробовал, вроде получилось. Нога не болела, приступать на нее получалось, перенося вес на конструкцию. Сделал несколько шагов, похвалили, подали костыли, подогнали под рост, и предложили сделать пару шагов опираясь уже на костыли. Помощник страховал. Тихо передвигаясь дошли до столовой. Там помогли сесть за стол. Так что пообедать удалось по-человечески, не боясь с каждой ложкой облить кровать. Мелочь, а приятно! После обеда попробовал сам добраться до палаты, появилась медсестра, наблюдала издали, но не вмешивалась. По дороге помогал тот самый журналист с поврежденной рукой, двое других соседей тоже пользовались костылями, как, впрочем, и половина отделения, так что бодрый стук сопровождал каждое передвижение. По дороге пожилой конюх предложил посетить санузел, что бы потом не вставать лишний раз. Дверь помог открыть охранник. Прошло успешно, Габриэль приободрился, получилось избавиться еще от одной смущавшей его манипуляции с уткой. Подойдя к койке неожиданно понял, что устал. Улегся с удовольствием, хотя до этого мечтал из этой койки выбраться. Задремал.

Проснулся от криков в коридоре. Голос узнал. Бабушка. Быстро. По-видимому, ее к нему не пускали. Он решил не выходить. Видеть старуху не хотелось, относиться к ней, как к родному человеку никак не получалось. Слишком хорошо помнилась ее дрессура в детстве. Лепила из него кого-то по своим идеалом, лучше бы просто приласкала ребенка, дала почувствовать любовь близкого человека!

— Ого, — тоже прислушался крикам в коридоре журналист, — к тебе прорываются с боем, Габриэль! Пойду на разведку, как более мобильный из всех вас!

Он вышел из палаты, крики стали тише, как бы удаляясь.

Журналист вернулся: — Пошли к главному врачу разбираться. Ты, я смотрю не горишь желанием с родственницей общаться! Она кто тебе, бабушка?

— Бабушка, только я ее родственницей не считаю. Из приюта меня брать не стала, только регулярно появлялась проверять, как учусь, ругалась, если плохо, я даже не знал, что она бабушка, просто думал, злая тетка!

— Не захотела, значит, себя воспитанием отягощать, жизнь усложнять! Бывает. Не расстраивайся, если не захочешь, никто тебя не отпустит из больницы. Рано еще. Вот, если бы у тебя был дом, семья, тогда бы отпустили на пару недель, а я так понимаю, жилья ни у твоей бабушки, ни у тебя на Терре нет. Монастырь не в счет, это не дом, скорее общежитие, да и ты не монах. К тому же тебя протектор опекает, а здесь его слово — решающее! Так что не переживай, все уладиться.

Действительно, в коридоре воцарилась тишина. Правда, примерно через час пришла медсестра с креслом на колесиках, сообщила, что Габриэля хотят видеть у главного врача в кабинете, так далеко ему не дойти, рано, так что она его отвезет. Пришлось ехать, под напутствия соседей не сдаваться и на бабкины провокации не поддаваться.

***

Эльриан объявился, приехал не один с охраной, привез с собой еще довольно молодого мужика. Представил, как начальника отделения Травматологии Военного госпиталя, Теобальда Дитмара, которого он пригласил решить вопросы с его коллегами из университетской клиники. Гости переоделись к ужину после дороги, поприветствовали хозяйку дома, и собирались сесть за стол, когда раздался вызов коммфона Альберта. Соединился главный врач клиники, которого вызвали срочно из дома. Нет, с пациентом все в порядке, скандалит его родственница, требует отдать ей внука. Никаких документов, подтверждающих родство у нее нет, ее даже к нему не пропустила охрана, приставленная протектором. Теперь он понимает, от кого. Очень властная и скандальная особа. Да, конечно, он будет очень благодарен, конечно можно, он сейчас распорядиться пропустить. Ждет. Очень ждет, конечно, и речи быть не может, парня не отдаст, тем более на таких ранних сроках после операции! И в неизвестность. Это немыслимо. Ничего, он потерпит эту ненормальную еще полчаса!