Дом горячих сердец (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 52

— Ох, уж, эти фейри и их пошлые ритуалы.

— Ты хочешь сказать, что у воронов нет странных брачных ритуалов?

— У нас есть ритуалы, но мы не обмазываем наши тела золотом.

— Вы валяетесь в грязи?

Я замечаю блеск его зубов.

— Мы вороны, а не кабаны. А что касается Эпонины, если ты хочешь разукрасить её и её будущую тещу золотом, ради бога, можешь сходить на пир.

— Мужчин тоже раскрашивают.

Мои брови сдвигаются вместе.

— Разве мне нельзя будет украсить Данте или Пьера?

— Нет.

— Почему нет?

— Ты прекрасно знаешь, почему я не хочу, чтобы ты разукрашивала этих двух мужчин.

— Потому что ты думаешь, что они воспользуются моей близостью, пырнут меня и соберут мою кровь?

Его зрачки сужаются.

— В том числе.

Я представляю, как Пьер ударяет меня кинжалом, и вздрагиваю. Слегка качнув головой, я говорю:

— Вообще-то, я собиралась пойти туда не для того, чтобы кого-то раскрашивать. Я собиралась пойти туда, потому что она сказала, что знает о местонахождении Мириам. Однако, она согласилась рассказать нам об этом, только если ты согласишься, — я понижаю голос и еле слышно бормочу, — убить её отца.

Раздается скрип кожи и шуршание ткани, когда Небесный король расплетает ноги и наклоняет голову из стороны в сторону.

— Джиана думает, что это ловушка.

— А каково твоё мнение?

Мои глаза медленно привыкают к темноте, и теперь я могу разглядеть его чуть лучше.

— Я больше не доверяю своим суждениям.

— Но ты доверяешь моим?

— Я верю в то, что ты хочешь сохранить мою жизнь. По крайней мере, пока ты не изловишь Мириам, а Бронвен не выяснит, как я могу снять твоё заклятие.

— Она это уже выяснила.

От удивления я выпускаю простыни из рук.

— Как?

— Нам нужна Мириам.

— Мириам — ключ к снятию заклятия?

— Мириам — ключ ко многим вещам.

Его взгляд спускается по моему телу.

Я смотрю вниз и замечаю, что мои соски торчат сквозь сорочку. Поскольку его чувства гораздо острее моих, а моя ночнушка слишком тонкая, я хватаю простыни и задираю их повыше.

— Как там мой отец?

— Занят.

— Так занят, что не может меня навестить?

— Он не знает, что ты вернулась в земли фейри.

Теперь понятно, почему он молчит.

— А чем он так занят?

— Мной.

— Ты решил занять его, чтобы он не узнал, что я покинула твоё королевство?

— Я знаю, это может тебя удивить, но я бы не хотел почувствовать его когти на своей шее. Рассказав ему о нашей парной связи, я и так уже потерял его благосклонность.

— Только вот ты помолвлен с другой. Это должно его успокоить.

Когда Лор ничего не говорит в течение долгого времени, я спрашиваю:

— Ты ведь рассказал ему о предстоящей свадьбе?

— Естественно.

— Уже выбрал дату?

— Нет.

— Почему нет?

— Ты так торопишься меня женить, Фэллон?

Его вопрос кажется невинным, но производит тягостное впечатление. Но что его так тяготит?

— Церемония состоится в Глэйсе?

— Место ещё не выбрали.

— А что-то вообще уже решено?

— Вернись домой, и я отвечу на любые вопросы.

Домой… у меня нет дома. У меня есть места, где я могу спать и хранить одежду — одежду, которая мне даже не принадлежит — но у меня больше нет места, которое я могла бы назвать своим.

Я начинаю пожёвывать нижнюю губу.

— Ответь мне на них в моём сознании, и никто не услышит.

— Только вот ты больше не хочешь, чтобы я находился у тебя в голове.

— Я, может быть, и не хочу, чтобы ты там находился, но пока между нами есть эта связь, ты можешь её использовать.

Он снова замолкает.

— Лоркан, пожалуйста, не скрывай от меня ничего.

— Ты хочешь ответов, тогда возвращайся домой.

— Перестань называть это домом! Твоё гнездо — не мой дом.

Раздается звук рвущейся ткани. Неужели он порвал что-то своими когтями?

— А дом Антони — твой дом?

— Нет.

— Тогда почему, ради святой Морриган, ты всё ещё здесь?

— Ты знаешь почему. Я пытаюсь найти Мириам.

— И ты думаешь, что она постучится в твою дверь? Перестань, птичка. Я знаю, что ты не настолько глупая.

— Вообще-то, ты как раз считаешь меня глупой.

Мои глаза начинает щипать.

— Фэллон… — бормочет он и вздыхает.

— И да, я понимаю, что обещать Пьеру выйти за него замуж в обмен на его помощь было поспешным решением, но это не дает тебе право поливать дерьмом меня и то, чего я пытаюсь добиться. Так что, если тебе нечего больше добавить, то убирайся к чертям из моей комнаты.

Он откидывает с лица прядь волос.

— Я предоставил выходной Ифе и другим своим стражникам, так что ты застряла тут со мной до восхода солнца.

Он, должно быть, потерял часть своих нейронов из-за постоянного перевоплощения, если думает, что я позволю ему провести ночь у себя в спальне.

— Тогда я пойду ночевать в комнату к Сиб. Она обо мне позаботится.

— Она с Маттиа. Это будет очень неловко.

— Тогда я пойду к Джиане.

— Она уехала по делам.

— В такое позднее время?

— У бунтарей нет чёткого расписания.

Я игнорирую его насмешливый тон.

— Тогда к Катрионе…

— Я не доверяю этой женщине.

Я вскидываю руки в воздух.

— Тогда я пойду к Антони. Ты ведь ему доверяешь?

— Не тогда, когда дело касается тебя.

Его провокационный ответ заставляет меня сбросить простыни с ног и подняться.

— А какое тебе, мать твою, дело, Лор? Ты скоро женишься.

— Не ходи к нему в постель, Behach Éan.

Его голос звучит так же резко, как взмах его огромного чёрного крыла.

— Почему? Боишься, что я отвлеку его от важного задания?

Края Лора расплываются, и затем что-то холодное и гладкое прижимается к моей груди, чем заставляет мои колени подогнуться, а мою попу удариться об упругий матрас.

— Почему ты так настойчиво не даёшь мне приближаться к нему? Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Когда его вороны снова занимают кресло, он говорит:

— Я знаю много такого, чего не знаешь ты.

— Он хочет моей смерти?

— Нет.

— Тогда я не вижу никакой проблемы в том, чтобы проводить с ним время…

— Ну, хорошо. Он тебе не нужен.

— Только вот у меня зудит в одном месте, а ты обручён с другой, так что твоя компания кажется абсолютно бесполезной.

Мой комментарий, похоже, застает Лора врасплох, потому что он резко замолкает, и эта мёртвая тишина длится всего пару мгновений.

— У тебя есть руки, Фэллон. Тебе не нужны руки Антони.

Мне требуется секунда, чтобы отойти от шока.

— К тому же, он уехал вместе с Джианой и Риккио.

— Как жаль, что в доме не осталось никого с членом.

Его кожаные доспехи снова скрипят, и, хотя я уверена, что это мне только кажется, я как будто слышу, как скрежещут его зубы.

— Но да, ты прав. У меня есть десять функционирующих пальцев и чертовски богатое воображение.

Я ложусь на кровать.

— Я просто представлю язык Антони и попробую унять этот долбаный зуд. Тебе, вероятно, стоит выйти. Не хочу, чтобы ты чувствовал себя неловко, — говорю я крайне раздражённым тоном.

— Я не покину твою спальню, Behach Éan, но я аплодирую твоей попытке заставить меня убежать.

Ну, конечно же, он не воспринимает меня всерьёз.

— Ладно. Оставайся смотреть представление. Погляди, как я мечтаю о мужчине, к которому ты так отчаянно меня не подпускаешь, Котёл знает, почему.

Котёл и он сам. И может быть Бронвен…

Что если Антони может изменить моё будущее? Что если она видела что-то…

— Лучше поспи, птичка.

Его ответ разжигает во мне бунтарскую искру. Я не собираюсь ложиться спать, пока он сидит в моей комнате. Я, вероятно, не смогу больше уснуть, учитывая то, как взволнованно я себя чувствую. Поэтому я решаю помучить его и показать ему, что я не какой-то неуверенный ребенок с глупыми планами в голове и ещё более глупыми угрозами.