Элли вылупляется (СИ) - Горная Ирина - Страница 3

Но вокруг стало пусто и страшно. Рядом оставался только тот высокий мужчина, которому помог странник, да коза смотрела огромными чёрными бусинами, не зная, плакать или радоваться.

— Спасибо вам, — поклонился мужчина. — Вы просто не представляете! Этот урод заявил, что моя коза принадлежит ему, раз поела его сено!

Удивительно, но странник что-то почувствовал. Только что именно, он не мог сказать. Происходящее вызывало неприятие.

— Твоя коза съела его сено? — переспросил странник.

— Ну да, — сказал мужчина, напрягшись. — Но совсем чуть-чуть…

Страннику всё стало понятно. Он вынес вердикт:

— Значит, и ты злодей.

Он вновь достал чёрный меч. Верёвка выпала из рук жертвы, глаза расширились.

— О Всевышний… — пробормотал мужчина.

Меч перерубил ему шею: странник убил очередного злодея.

Вокруг не осталось ни одного человека. Два трупа лежали в нескольких шагах друг от друга, разделив несчастье. Трава была заляпана кровью. Осиротевшая коза заблеяла и попрыгала вдаль. Странник спрятал чёрный меч в ножны. Дело сделано, всё идёт как надо.

«Он сказал ”Всевышний”… — подумал странник. — Так меня ещё никто не называл».

***

Посреди небольшой горной деревни лежали камни. Они явно были украшением: слишком гармонично установлены и подобраны по размеру. Странник смотрел на них, но не чувствовал восхищения, поэтому присел на средний по величине и порылся в заплечной сумке, ища тряпку и точило.

Стояли сумерки. В небе всё ярче светился полумесяц, такой похожий на рога чёрта или сегодняшней козы. В воздухе рассеялась прохлада.

Странник протёр чёрный меч от крови и начал точить его. Свежий воздух разодрался лязгом, и жители поспешили закрыть ставни на окнах. Стало ещё темнее.

Странник подумал: «Это они, наверное, боятся Зла». Хотя сам не знал, что значит бояться. Он ведь не чувствовал. Ничего и никогда.

Удивительно, но, несмотря на жуткий лязг, кое-кто всё же ходил по улицам. Это была девушка. Дыша лёгкостью, она передвигалась вприпрыжку, странно улыбалась и что-то напевала. Какая-то ненормальная: надела платье задом наперёд.

Она остановилась напротив странника и перекатилась с пятки на носок и обратно.

— Ты выглядишь страшно, — радостно сказала она. — Все говорят, сегодня ночью лучше не выходить из дома.

Странник медленно поднял взгляд. Раньше к нему никто так просто не подходил.

— Ничего страшного, мне не нужна благодарность, — ответил он, хотя никто и не благодарил его. — Я делаю своё дело. Зачем ты вышла из дому, раз тебе не велят?

— Я люблю ходить по ночам, и сегодня это особенно интересно. Ты ведь не похож на человека. Почему выглядишь так?

Странник отложил меч. Он не чувствовал горечи.

— Потому что я отличаюсь от вас.

— А, понятно…

Девушка задумчиво походила взад-вперёд.

— Как тебя зовут? — полюбопытствовала она.

Странник напрягся: ему давали разные имена. А среди этих лачуг его называли… Точно…

— Здесь меня зовут Всевышний, — сказал он.

— Странная фамилия. Или это прозвище?

Ответом было молчание. Лицо девушки стало серьёзным. Она сказала:

— Знаешь, те двое, они правда были людьми не очень хорошими.

Странник что-то почувствовал: его состояние изменилось, но как — непонятно. В голову пришла мысль:

«Она — человек, пожалуй».

Девушка продолжала:

— Но, мне кажется, достаточно было их напугать… пригрозить, что ли…

Странник опустил глаза, взял меч и продолжил его затачивать.

— Горбатого могила исправит, — сказал он. — Они ведь тебя обижали?

— Нет. Здесь не любят меня, но не обижают. Меня нельзя обижать, — девушка хитро улыбнулась, — потому что я сглажу.

— Как?

— Это получается против моей воли. Вот просто так. Недавно парень залез в баню и всем растрепал, на каком месте у меня родинка. Так он упал со стремянки и сломал ногу. А бабушка меня назвала бездельницей. И у неё через час прихватило сердце. Я колдунья! Поэтому люди меня опасаются. А это что?

Девушка протянула руку, коснулась рукояти висящего на поясе странника кинжала и достала его из чехла.

— Ого, — благоговейно произнесла она. — Он белый. Ты сейчас и его будешь затачивать?

Странник отмахнулся:

— Его нельзя затачивать.

Девушка поднесла руку к острию… Но резкий крик оборвал её:

— Осторожно!

Застыли испуганные глаза. Странник выхватил кинжал из руки девушки и воскликнул:

— На лезвии — яд!

Всё произошло быстро. Она ничего не успела понять.

— Я не виновата… Я не знала… — начала оправдываться девушка. — О боже! У тебя рана!

Действительно, странник схватил кинжал за лезвие, пытаясь не допустить её идиотской гибели. Теперь на руке зиял порез.

— Яд! — закричала девушка. — Там же яд!

Она не могла сразу разрыдаться, потому что была в сильном шоке. Только смотрела на руку мужчины огромными глазами и прижимала ладони ко рту. Затем она издала странный звук. Кажется, сейчас начнётся истерика.

Странник взял меч и спокойно продолжил его затачивать.

— На меня яд не действует, — сказал он.

Стояла тишина, лишь где-то вдалеке мучилась бессонницей ворона — зловеще каркала. Девушка медленно приходила в себя. Она в последний раз всхлипнула и спросила жалобно:

— Тебе больно?

Странник ответил:

— Я ничего не чувствую.

Девушка недоверчиво покосилась на него.

— Как? Совсем ничего?!

— Ничего и никогда.

— Ты не чувствуешь боль?

— Нет. Не умею.

Странник сомневался, что сказал правду. «Ты можешь чувствовать боль. Сердцем», — таковы были последние слова матери. Но как проверить её догадку? Настолько глубоко его никто не ранил.

Девушка подсела поближе с некоторой осторожностью.

— Ты действительно как будто не имеешь чувств, — сказала она.

Странник не мог не согласиться:

— Да.

Упрямое неприятие отразились на милом личике девушки.

— Ты не можешь ничего не чувствовать. Если ты ничего не чувствуешь, то зачем тебе что-то делать?! Зачем убивать, зачем точить меч?! Зачем просыпаться по утрам? Ты можешь просто сесть и сидеть как истукан… Как камень.

Удивительно, насколько очевидные вещи порою приходится объяснять окружающим.

— Таков мой путь. Я делаю что должен, — сказал странник.

Девушка задумалась.

— Ты чувствуешь страх смерти?

— Я знаю, что у других он есть. Но у меня — нет, я бессмертен.

— Но когда-нибудь ты состаришься и умрёшь.

— Я не старею.

— Ты чувствуешь голод?

— Нет, я просто знаю, что необходимо поесть.

— Ты чувствуешь радость, удовлетворение?

— Я не знаю, как это.

Девушка поразмышляла.

— Это… ну… такая наполненность, приятная расслабленность… ты доволен и кажешься себе выше.

Странник промолчал.

«Возможно, — подумал он, — я чувствую удовлетворение, действительно. Когда убиваю».

— Ты кого-нибудь любишь? — продолжала девушка.

— Я ничего не чувствую.

— Невозможно никого не любить! А свою маму?

Странник что-то почувствовал… кажется. Его мать, его создательница, экспериментировала со своим телом во время беременности: накачивалась малоизвестными опиатами, намеренно заражалась болезнями и оперировала себе живот. Не ограничившись обычной женской способностью к вынашиванию, она решила по-настоящему созидать. Никого иного, как человека, который бы превосходил других. И именно поэтому он не чувствует ни боли, ни эмоций; его тело не восприимчиво к ядам, которые ему с раннего детства добавляли в пищу; на человека он даже внешне не похож — существо странное и страшное. Всё, что осталось настоящего, — предназначение убивать. Но он — герой, и ему подобает убивать только злодеев.

Любит ли он свою мать? В конце концов, она раскаялась… Ребёнок должен любить родителя, это логично.

— Да, я люблю её, — произнёс странник.

Девушка сразу преобразилась. Она радостно засмеялась и вскочила на ноги. Её лицо озарилось ликованием…