Лучший друг моего парня 2 (СИ) - Манич Мария - Страница 22

Сняв верхнюю одежду и здороваясь со всеми подряд, останавливаюсь напротив пустующего места.

— Ната, — представляется рыжая и машет рукой куда-то в сторону. — Если голодная, там есть кейтеринг.

— Что?

— Еда для всех. Можно перекусить и взять воды. Мы здесь надолго, я всегда хочу есть, когда сижу без дела, а сидеть мы будем почти всё время, — улыбается.

Я бы не отказалась от кофе после бессонной ночи, потому что могу залипнуть прямо в процессе, когда мне будут красить глаза. Выйдет совсем не профессионально.

Около стола с напитками нет никого, кроме блондинки в чёрных лосинах и длинной сиреневой футболке, доходящей её хозяйке до середины бедра. Понимаю, что это ещё одна сегодняшняя модель.

— Привет, — произношу, поравнявшись. — Ангелина.

Девушка вздрагивает от моего голоса, стремительно оборачивается и приветливо улыбается. Только вот стаканчик с водой в её руке заметно мнётся, а улыбка тотчас увядает.

Не ожидала.

Мы узнаём друг друга моментально. Делаю шаг назад.

— Мы с тобой уже виделись, да? — мягким тихим голосом произносит девушка, первой приходя в себя, уголки её губ опять ползут вверх. — Не успели познакомиться. Я — Ева.

Она протягивает мне руку, и я зависаю, не зная, стоит ли её пожимать.

Последний раз, когда я видела Еву, её парень пытался убить Мирона и меня за компанию. За что поплатился несколькими сломанными рёбрами и своей машиной, из которой Мирон чуть позже вытаскивал ревущую Еву, которая тоже была в это ввязана.

В моей памяти отчётливо засели кадры, где Мирон ей улыбался, так, как никогда не улыбался мне. Открыто и по-настоящему. Где он смотрел на неё так, как никогда не смотрел на меня. С нежностью.

Ева особенная для братьев Гейден. И она мне не нравится.

— Я тебя помню, такое трудно забыть. Как поживает твой парень? — спрашиваю, приподнимая бровь. — Срастил кости?

Игнорирую протянутую руку, и через мгновение она повисает вдоль тела блондинки.

— Мы не общаемся после того случая, — бубнит, отворачиваясь. — Мне жаль, что тогда всё так вышло. Илья перегнул палку. Хорошо, что никто не пострадал.

— Вот уж точно, — усмехаюсь невесело. — В тот раз не пострадал.

Ева кидает в мою сторону острый как бритва взгляд и бледнеет. Понимает мой намёк и стремительно отходит подальше.

Смотрю в чуть сгорбленную спину девушки, потягивая через трубочку яблочный сок. Я не верю в такие совпадения.

Отыскав среди толпы Ирину Гейден, понимаю, что она всё это время с интересом за нами наблюдала.

12.1

Атмосфера в студии царит сама дружелюбная, но меня немного потряхивает. Словно вот-вот должно что-то случиться. Все нервные окончания напряжены, не могу расслабиться и постоянно кошусь в сторону двери. Однако пока в нее выходит и выходят только участники съемки.

Ева сидит рядом и больше мы с ней не разговаривали, я чувствую ее смущение и отстранённость. Спина идеально прямая, головы не поворачивает в мою сторону. Нападать на нее прилюдно с обвинениями не собиралась, но и промолчать не могла. Ее парень чуть нас с Мироном не угробил. Двинутая золотая молодежь, до сих пор не могу понять, что ими руководствуется, когда они идут на игры со смертью.

Третья модель Ната, участвует в такой съемке не в первый раз, потому что, судя по ее поведению знает здесь всех, и не на секунду не замолкает, пока визажист откровенно не предлагает ей заткнуться. Рыжая громко смеется и выполняет просьбу.

Визажисты, колдуют над нашими лицами, стилисты по волосам создают параллельно прически, фотограф проводит предметную съемку декоративной косметики. Ирина делает замечания или дает советы, придирчиво рассматривая и контролируя работу своих сотрудников. И лишь ненадолго выходит из студии, когда ей поступает телефонный звонок.

Парня фотографа зовут Роман, и он всех смешит, подсказывает, как двигаться перед камерой и вообще располагает к себе всех, позволяя расслабиться. К середине съемки все от него без ума и чуточку влюблены. Ната успела разглядеть кольцо у него на пальце и найти страницу в социальных сетях, которая пестрит снимками с женой и тремя детьми.

— Сколько ему лет, что у него трое детей? — произносит в ужасе.

Мы все смеемся.

Я работаю с девушкой по имени Мальвина, у нее длинные черные волосы, в которых путаются голубые пряди. Она нахваливает мой цвет лица и пухлые губы.

— Делала инъекции? — спрашивает с легким прищуром, оценивая свою проделанную работу на моем лице.

Меня словно нарисовали за ново с нуля. Кошусь за спину Мальвины и не узнаю свою отражение. Дерзкие черные стрелки, длинные порхающие ресницы, несколько сверкающих страз на подвижном веке. Нос кажется длине и тоньше, скулы острее. Только губы еще не тронуты макияжем, но судя по обей концепции образа они будут кроваво красными.

— Нет.

— Повезло. Не вертись, последите штрихи и отдам тебя в руки стилистов, — говорит девушка, фиксируя мой подбородок и берет в руки темно рубиновый карандаш для губ.

— Кто заказывал кофе? — раздается от входа громкий и веселый голос Марка Гейдена. — И помогите мне кто-нибудь разгрузить башню из двенадцати стаканов, если не хотите получить кофейную лужу.

— Марк! — восклицает Ирина, спеша на помощь к сыну — Я просила прислать курьера!

— Чем я хуже, ма? И как я мог пропустить такое сборище красивых женщин? — присвистывает ее сын. — Всем привет!

Меня так и тянет вырваться из цепких рук Мальвины и посмотреть явился близнец один или за ним, как всегда, двигается темная тень его брата?

Скосив глаза насколько это возможно впиваюсь взглядом в дверной проем, пока там никого больше нет. Марк двигается среди народа, стреляя из стороны в сторону шутками и остротами и раздает кофе, как какой-то официант. На близнеце сегодня белая толстовка и серые спортивные штаны, волосы всклокочены и торчат на затылке в разные стороны. Будто он поднялся с кровати несколько минут назад и сразу приехал в студию.

Ради чего?

— Ангелина, киса, тебя не узнать. Что у нее за образ, детка? Плохой девочки? Плетка будет? — произносит младший Гейден, останавливаясь рядом. — Я могу побыть твоим рабом.

— Марик, что ты несешь? — говорю, стараясь не смеяться, чтобы не испортить макияж.

Мальвина хмурится и отходит в сторону, меняет кисти. Марк приближает лицо почти в плотную к моему, будто собирается меня поцеловать, но вместо этого впихивает мне в руки теплый бумажный стакан с кофе и громким шепотом произносит:

— Лавандывый раф. Угадал?

— Я люблю черный.

Вся моя выдержка и воля брошена на то, чтобы не пошевелиться и не отстраниться. И не только у меня.

Ева с боку от меня делает такой судорожный и громкий не то вздох, не то всхлип, что девушка, работающая с ней, интересуется все ли в порядке.

— Да…— тихо говорит блондинка. — Устала сидеть.

Марк не смотрит в ее сторону, продолжая нависать надо мной. Его зрачки расширяются, когда он слышит голос Евы, а крылья носа начинают подрагивать.

— А я люблю флэт уайт.

Приподнимаю брови. Она точно его типаж.

— Мне надо это запомнить?

— Тебе лучше запомнить, что кое-кто любит лунго, — растягивает губы в улыбке Марк.

По коже проносится холод и покалывание. Рецепторы кричат об опасности, нервы натягиваются как пружина, собирающаяся вот-вот лопнуть. Мирон тоже здесь. Остро чувствую присутствие второго Гейдена.

И сейчас он видит, что видят и остальные.

Его брат близнец в опасной близости у моего лица, пытается заставить ревновать девицу в соседнем кресле и ставит меня в слишком дебильное положение, потому что на нас пялятся все.

Отворачиваю голову, чтобы отыскать Мирона взглядом. Я не могу контролировать этот процесс, мне нужно его увидеть. Потому что последнее, что я хочу, чтобы он решил, что за его спиной я заигрываю с его братом-близнецом.

И тут же вызываю шипение и недовольства своего визажиста этим резким движением.

— НЕ ВЕРТИСЬ! — рычит Мальвина, бедром отпихивает Марка и занимает его место напротив меня.