Золотая кровь (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 22

Первый семейный ужин прошёл в натянутой обстановке. Все присматривались к Виго и его компаньону, но уже на следующий день за столом, как и ожидалось, начались обычные разговоры и перебранки всех и со всеми. Дон Диего и Джулиан гнули линию расправы над эйфайрами, донна Виолетта говорила о пожертвованиях в храм святой Маргариты и молебне за здоровье мужа, делая попутно замечания Оливии, а та в свою очередь высмеивала Джулиана и мачеху. Изабель пыталась выяснить, как скоро ей можно будет покидать особняк и ездить в гости, а Доменик молчал, думая о чём-то своём. Он предпочитал не принимать участия в семейных разговорах. И только дама преклонных лет − тётушка Эстер, одна из небогатых родственниц дона Диего, которая жила в особняке, была всем довольна и радостно уплетала омлет со шпинатом.

А Виго просто слушал семейную перебранку, как шум прибоя, и думал о том, что ему со всем этим делать. После того, как стул дона Алехандро за большим столом в гостиной перестал пустовать и жизнь в доме обрела новый стержень стабильности, для него настала очередь заняться всем тем огромным ворохом хозяйственных дел, который накопился в особняке. Для начала управляющим и слугами. И Виго даже представить себе не мог, как много вопросов, касающихся ведения обширного хозяйства, приходилось решать его отцу. Одних только приготовлений к фиесте Фернандо принёс на двадцати листах, исписанных его аккуратным конторским почерком. А кроме них были ещё лошади, фураж, жалование слуг, отчёты о благотворительности, приём управляющих с виноградников и асьенды, мануфактуры, торговля, купчие, закладные… Люди шли вереницей, поскольку эти три недели, пока дон Алехандро был болен, никто не внимал их просьбам.

Потом были дон Диего и сенат. Политика и расшаркивания. Огромное здание с колоннами из зелёного мрамора и широкими лестницами. Большой амфитеатр для заседаний под прозрачным куполом, и ложи, в которых расположились гранды… В этот день все только и делали, что смотрели на Виго де Агилара, который сидел рядом с доном Диего. И он едва ли не кожей ощущал любопытство и вопросы, которые так и витали в воздухе. Насколько силён сын гранд-канцлера? Представляет ли он опасность? Что он предпримет, и можно ли будет перетянуть его на свою сторону? Дон Диего отвечал на все приветствия сдержанными кивками. А племяннику попутно нашёптывал на ухо смачные скабрезные шутки о присутствующих. Заседание было длинным и нудным, и Виго не мог дождаться, когда же оно закончится.

После они долго стояли в большом холле как раз для того, чтобы каждый сенатор мог подойти и поприветствовать младшего сеньора де Агилара, пожелать здоровья его отцу и подтвердить, что обязательно приедет на фиесту.

Все они улыбались и были вежливы, но кто-то из них стоял за покушением и угрозами, и Виго пытался понять, кто. Мориса в сенат не пустили, и он отирался на большом крыльце, обмахиваясь соломенной шляпой и рассматривая всех входивших и выходивших. Он обзавёлся папкой с завязками и блокнотом и теперь повсюду таскал с собой их и карандаш, записывая всё увиденное и услышанное.

Потом был нотариус и посещение торгового дома Агиларов… Орден Санта Требол… К вечеру очередного дня, заполненного такими делами, Виго казалось, что он похож на хомяка, которого засунули в цирковое колесо и как следует раскрутили.

В такой суете решения хозяйственных и политических вопросов он и провёл несколько дней, пытаясь влезть в шкуру отца. А вот заниматься тем, ради чего он собственно и приехал в Акадию, ему было некогда. Морис был предоставлен сам себе и сразу же попал в цепкие руки Оливии, которая обещала помочь ему познакомиться с городом и нравами. Нетрудно было догадаться, что она просто хотела вырваться куда-нибудь из особняка, а Морис с его револьвером и находчивостью мог вполне заменить дюжину гвардов. И, судя по тому, с какой готовностью сыщик согласился сопровождать сеньориту де Агилар и донью Эстер за покупками, Виго понял, что, кажется, к ногам его сестры скоро падёт ещё один поклонник.

Своим изобретением Виго заниматься тоже было некогда, и, глядя на нераспечатанные коробки и ящики, он злился и понимал, что ничего не может сейчас сделать. Ему не хватало толкового помощника, а Фернандо, отвечавший за подбор слуг, присылал к нему исключительно лакеев, умеющих подать сюртук и соскрести с него все до одной пылинки, но не умеющих держать в руках мензурку.

С самого приезда Виго начали мучить головные боли, и он никак не мог их победить. Они мешали думать, сосредоточиться на главном и не давали спать. Он послал служанку за лауданумом, надеясь, что он хотя бы во сне избавит его от мучений, но наутро голова болела уже от снадобья, и легче совсем не становилось. И если раньше ему помогали долгие прогулки в саду, или попойки в кантинах Нижнего яруса, то сейчас гулять было некогда. Вечером он вышел на балкон, но наткнулся на сторожевого филина, восседавшего на ветке перед окном. Филин посмотрел на него своими жёлтыми круглыми глазами, издал предупредительное: «Уру-ру», и гулять сразу расхотелось.

Дом в осаде, какие уж тут прогулки! А ему надо работать…

Виго выкроил одну ночь, понимая, что в другое время ему просто не дадут сосредоточиться, и просидел до утра с чертежами нового опытного образца, который он собирался сделать гораздо меньше предыдущего по размерам. К утру у него голова уже просто разламывалась, и в итоге всё закончилось тем, что у детали, которую он так старательно пытался вогнать в паз, отломилась крепёжная петля. И это стало последней каплей.

Да что же его всё так бесит!

Этот дом. Малиновый бархат портьер. Бесконечные папки с отчётами, которые нужно прочесть. Сенат. Орден. Чопорные служанки и бестолковые слуги, соблюдающие этикет, а ещё камердинер, который разбудил его сразу же, как только он смог задремать, под утро − пришёл выяснять, в какой рубашке сеньор будет завтракать! Предстоящая фиеста и бесконечные списки то гостей, то стоимости заказов, то украшений, которые ему таскала экономка, и которые нужно было утвердить. Звуки пилы — садовник пилил ветви, нависшие над изгородью, хотя Виго сам отдал распоряжения усилить безопасность дома, которая оказалась под угрозой.

Слуга принёс в кабинет кофе и, пытаясь пристроить поднос на загромождённый стол, опрокинул сахарницу на реактивы. На слугу Виго в сердцах накричал и понял, что в этом доме всё идёт не так, как он хотел бы. Здесь неудобный для него распорядок и постоянная суета, никому не нужные ритуалы вроде переодевания к обеду и ужину, и ещё много раздражающих мелочей. Он исполняет роль отца, но не является хозяином в доме и, хотя вынужден принимать решения, касающиеся судьбы семьи, но при этом не может выгнать камердинера из комнаты, чтобы тот не обиделся!

И если ему придётся задержаться на какое-то время, то, во-первых, нужно создать своё личное рабочее пространство, в которое не будут вторгаться камердинеры, горничные или какие-то другие из многочисленных слуг. А ещё ему нужен толковый помощник, способный отличить щёлочь от кислоты.

Быть грандом ужасно утомительно. И все обязанности свалились на него одномоментно, едва он надел на палец перстень отца, который ему торжественно вручил дон Диего.

− Ты теперь дон, Виго, − произнёс он, подняв скрюченный палец. — Не забывай. Ты главный. И заставь всех относиться к тебе соответствующе. Начни со слуг…

Слугами занимался семейный управляющий Фернандо, и уже какой день опрашивал молодых людей, отсеивая тех, кто не подходил на его строгий вкус. Для управляющего главным был безупречный послужной список, а безупречность эта заключалась в знатности предыдущих хозяев. Чем более знатным людям прислуживал кандидат, тем больше у него было шансов остаться в доме Агиларов. Двоих из его кандидатов Виго выслал тут же, а третий задержался на день. Но сегодня всё достигло своего предела после того, как отломилась крепёжная петля, а его несостоявшийся помощник, будто назло, налил воду в кислоту, из-за чего она закипела и едва не обожгла ему руки. С перепугу помощник выронил и разбил мензурку, облив её содержимым угол ковра. Вот тогда Виго и не выдержал.