Между (СИ) - Бьякко Лана - Страница 48

— Создадим совместное воспоминание.

— Нет уж, спасибо…

— Давай! — и продолжает кривляться, танцевать и подпевать.

Август двигается легко, ничего не стесняясь, подпевает во весь голос, крутится вокруг меня. И я не могу сдержаться. Это правда смешно. И вот уже мы вместе с ним кривляемся на камеру, представляя себя рок-звёздами.

Не знаю сколько прошло времени, но все уже приехали. Студенты, выходя из автобусов могли наблюдать занятное представление. Кто-то даже начал снимать на камеру, но мы так были увлечены, что не обращали на них внимание. Я смогла отвлечься, отпустить ситуацию, хотя бы ненадолго и кайфануть. Да, осознание потом накроет, но сейчас мне хорошо.

— Как видишь, они добрались нормально, — замечает Костя, обращаясь к Лизе.

— Надеюсь, что это на самом деле так, — хмурясь отвечает Лиза, а я даже не подозреваю, каким серьёзным и внимательным взглядом она на меня смотрит.

Когда песня закончилась, нам аплодировали все, а мы не могли отсмеяться и отдышаться. Нам было очень весело, и я благодарна за это Августу. Благодарна, что не стал докапываться, а просто отвлёк меня.

— А ты хорошо поёшь, — говорит Август.

— Да, ну…

— Прада. Давай как-нибудь сходим в караоке.

— Нееет, ни за что, — смеюсь я.

— Ещё посмотрим, — хитро ухмыляется он.

Нас всех распределили по командам и дали первое задание. К утру нужно было придумать визитную карточку команды. Я думала, что Август палец о палец не ударит и пустит всё на самотёк, но я ошибалась. Он умело находил общий язык со всеми, поднимал настроение и фонтанировал идеями. Вторая девушка больше брала на себя педагогические моменты, и распределив силы, мы подготовили крутую визитку.

—

— Что у тебя стряслось? — спрашивает Рома, когда я злющий, как чёрт усаживаюсь рядом с ним и даю бармену знак, чтобы мне плеснули в стаканчик. Похоже у меня настрой напиться, да и чёрт с ним, закажу трезвого водителя. И, прежде чем ответить, осушил рокс, после чего подал знак повторить. — О… — протягивает Роман. — Вижу у нас дела совсем плохи. Что стряслось?

— Позже, — говорю я. Надо сначала собрать мысли в кучу.

— Работа на тебя так бы не влияла, значит это что-то личное, — чуть погодя замечает друг.

— Личное, — подтверждаю я, получая вторую порцию вискаря, делаю глоток и откидываюсь на спинку дивана. В «Arcturus» как всегда своя атмосфера, поэтому мы сюда и приходим регулярно.

— Тебе нужен собутыльник или верный слушатель?

— Мне нужен друг.

— Ну это всегда, пожалуйста. Готов внимать.

Рассказывая другу о том, что произошло, я потихоньку осознавал абсурдность произошедшего и совершенно пока не понимал, что с этим делать. Мыслей было так много, что рассортировать их и сложить в какую-то схему казалось невозможным. Отрицать тот факт, что Алиса завладела моим вниманием и мыслями было бессмысленно. Здесь уже не отвертеться и себя не обмануть — она мне безумно нравилась, и я хотел её в своей жизни.

— Как-то так, — потирая лицо руками, говорю я.

— Ну, что могу сказать. Ты вляпался, — бросаю на него сердитый взгляд. — А что? Сам виноват. Прекрасно видел, что нравишься девчонке, но рогом упёрся и строил из себя благородного, а-ля возраст-хуёзраст и так далее.

— Это всё, что ты можешь мне сказать?

— Почему же? Понимаешь же, что сам заварил эту кашу? Понимаешь, — видя моё молчаливое согласие, говорит друг. — Ей будет довольно сложно поверить тебе.

— С чего ты взял?

— Думаешь, она сама верит в то, что у вас может что-то быть?

— Чёрт…

— Как ты собираешься ей всё объяснять?

— Ещё не знаю. Она очень злиться на меня.

— Дай ей время остыть, — знать бы ещё сколько времени на это потребуется. — Но во всём этом есть один жирный плюс.

— И какой же?

— Ты наконец-то признал, что она тебе небезразлична и наплевал на свои принципы.

— Ей всё ещё нет восемнадцати.

— Опять завёл старую волынку. Ей скоро будет восемнадцать. Я не понимаю, почему тебя так это цепляет?! Закон что ли нарушить боишься? Так вроде не нарушаешь.

— Не в этом дело…

— А в чём тогда? Объясни.

— Я боюсь её сломать!

— Вот так новость. И почему же ты должен её сломать?

— Она ещё так молода и наивна…

— Но ты взрослый мужик, который в состоянии её защитить. Просто не делай ничего, что может ей навредить, — пожимая плечами, говорит мой друг.

Проснулся с тяжёлой головой. Такое ощущение, что по мне танк проехался. Давно я не бывал в таком состоянии, даже не помню, как добрался домой. С трудом поднявшись, нашёл шипучку аспирина и побрёл на кухню.

Мне нужно было встретиться с тем единственным человеком, мнение которого для меня было важным. Приведя себя в порядок, отправился домой, чтобы переговорить с отцом.

Дома, как всегда, царила атмосфера уюта и тепла. Я задумался о том, что в отличии от Алисы, я рос в полной и любящей семье. Хотелось дать и ей частичку этого всего.

— Сынок, как я рада тебя видеть! Проходи, давай!

— И я рад видеть тебя, ма. Отец дома?

— Конечно, где ему ещё быть.

Отец сидел в гостиной и читал газету. Пожав ему руку, сел напротив и даже растерялся. Не знал с чего начать, но как-то же надо.

— Отец, я хотел получить твой совет.

— Давненько ты за ним не обращался. Что-то случилось?

— Это личное, — отец кивнул, давая понять, что внимательно слушает. — Помнишь, ты как-то сказал, что, встретив ту самую, забываешь обо всех своих принципах.

— Помню. И ты её встретил?

— Да. Но…

— Но? Разве тут могут быть «но»?

— Это Алиса, — и смотрел отцу прямо в глаза, чтобы по ним всё понять. Он какое-то время молчал.

— Я хорошо тебя воспитал, что, даже влюбившись, ты ведёшь себя, как мужчина и думаешь не только о себе, — я пока не понимал к чему клонит отец. — Но скажи, чего ты так боишься?

— Я боюсь причинить ей боль. Она столько уже натерпелась в жизни. Пытался убедить себя в том, что мы просто друзья, и как последний дурак игнорировал её чувства. А теперь она на меня злится и очень обижена.

— Основательно?

— Есть такое.

— Тогда вам стоит объясниться друг перед другом.

— Это сейчас немного проблематично.

— Наберись терпения. Постарайся её понять, — я задумался над словами отца. Посмотреть на всё глазами Алисы? В этом и правда есть толк. — И будь предельно честен с ней. Не скрывай ничего.

— Что случилось? — весело спрашивает сестра, усаживаясь рядом со мной. — Какой-то ты грустный, братишка.

— Муки совести и влюблённости, — хохотнул отец.

— Ты влюблён?! — воскликнула Арина. — Скажи, что это Алиса! Пожалуйста! Это она?! — я аж дар речи потерял от такого заявления. Когда моя сестра успела сблизиться с Алисой и я при этом не в курсе. — Ну, не томи!

— Это она, — улыбнувшись, сказал я. Видеть, что моя семья принимает мой выбор — бесценно.

— Я так рада! — захлопала в ладоши сестра.

— Ты-то чего так радуешься?

— Потому что она тебе идеально подходит! Алиса хорошая, — обнимая меня, восклицает мелкая.

— Просто доверься своему чутью, — говорит отец. — Построение и поддержание отношений непросто. Всё должно строиться на доверии.

— Это правда, — говорит мама, расставляя чашки с чаем. — Я полюбила твоего отца, когда поняла, что безгранично могу ему доверять, что он уважает меня и слушает.

— Главное в отношениях — это диалог. Говорите на языке друг друга.

Позже отец добавил, когда мы были наедине, что мне надо учитывать то, как росла Алиса, и то, что у неё в принципе сложности с доверием. Для неё многое будет в новинку, неизведанным и неиспробованным, и мне необходимо быть внимательным даже к мелочам. Поскольку она мне доверяет, как человеку и в силу своей влюблённости, а хорошо было бы, чтобы она могла доверять мне, как мужчине.

Я был рад, что переговорил с отцом. Это придало мне какой-то уверенности в правильности своего решения. Путь только начинается.

—