Идеальная девушка (СИ) - Шелкопряд Мария - Страница 27

Но я моментально забыла об этом, едва увидела информацию о планете, к которой мы направлялись.

Тау Сианерт.

Планета, пользовавшаяся исключительно дурной славой.

Пристанище убийц, психов, и остатков самых жутких сект, истребленных империей в остальных частях галактики. Незаконные операции на людях, личности, настолько неадекватные, что их принадлежность к homo sapiens определялась лишь биологическим видом — вот, пожалуй, самые достоверные сведения об этом месте. Остальное терялось в бесконечном мраке страшноватых баек, любая из которых могла оказаться как полным вымыслом, так и чистой правдой.

Неужели Марк прилетел сюда для отдыха? Почему-то я легко могла представить, как Заррон-младший развлекался здесь самыми отвратительными способами. Только все мысли о предстоящем он спрятал за настоящей стеной из движущихся внутри его разума геометрических фигур. Пытаться заглянуть за эту стену я особого желания не испытывала. Но хотя бы больше не удивляло, почему мы сунулись в такое место на крошечном кораблике, а не на внушительном имперском крейсере.

Несколько раз Тау Сианерт дотла выжигали имперские войска, но каждый раз психи и преступники собирались вместе снова. Тау Сианерт продолжала существовать, словно просто выскакивала из гиперпространства в новом месте. В конце концов, империя сделала вид, что смирилась с существованием в галактике этого притона и оставила Тау Сианерт в покое. Ходили слухи, что из опасений — однажды при очередном воскрешении Тау Сианерт возникнет не на одной планете, а в разных частях галактики. Так что сианертцы сейчас спокойно жили своей странной и ужасной жизнью на очередном терраформированном планетоиде.

И насколько их жизнь ужасная и странная мне в скором времени доведется узнать лично.

Гладкая черная броня Марка переливалась под малейшим лучом света миллиардами сверкающих бликов, словно ее отлили из усыпанного звездными скоплениями сгустившегося космоса. Затрудняюсь определить, красиво это или скорее нелепо. Кажется, блеск отвлекал от металлических частей странной брони. Если присмотреться, создавалось впечатление, что некоторые явно гибкие части могут выскользнуть из пазов. Может, это какое-то оружие? Мне он выдал более нормальную одежду — просто черные штаны и блузку, украшенные неброскими точками круглых белесых кристалликов.

До того, как мы ступили на мерцающее из-под грязи пластиковое покрытие улиц одного из городов Сианерт, я считала, что самый ужасный человек в галактике держит меня за руку. Теперь за руку держала его я. Крепко и обеими руками.

Для прохожих это выглядело, словно выросшая где-то в лесной норе женщина боится — на ее мужчину вот-вот набросятся и отберут у нее. Я не успела заметить, как мои губы от мыслей окружающих разъехались в широкой ухмылке. Точно такой же, как у любого в непривычно-пестрой толпе. Каждый улыбался, словно на улице распылили веселящий газ.

Многорукие химеры шагали по улицам с царственным видом, карлики, увешанные килограммами драгоценностей, громко требовали уступить им дорогу.

Неужели я действительно на Тау Сианерт и вижу все это? Все, что я знала об этом месте, стремилось обернуться дымом и исчезнуть.

Разве плохо то, что вместо сережек у девушек из ушей растут десятки крысиных хвостов, извивающихся в такт музыке? Почему к человеку с четырьмя руками должны относиться хуже, чем к обитателю помоек?..

Чья-то мысль удивила и заставила задуматься — к моему глазу, который до сих пор выглядел так, словно в нем поселился какой-то паразит, подошел бы черный раздвоенный язык какого-нибудь ящера. Мне моментально захотелось узнать, есть ли в действительности такая операция. Глядя на перекрученные тела, верилось — на этой планете возможно все.

Здания вдоль улицы, по которой Марк вел меня, обладали кривыми углами, неожиданной планировкой, а иногда могли похвастаться изысками, словно их строили с помощью генератора случайных комбинаций. Казалось бы, кричащая безвкусица: наслоения пчелиных сотов, пены, огромных труб и словно вросших в это месиво кусков обычных домиков, и это только один дом, но мне нравилось.

Мне ли? Да не важно.

Прямо под ногами у прохожих ползала женщина, разрисовывая тротуар вереницей крылатых червяков, а никто не пытался на нее накричать и убрать с дороги. На перекрестке громко булькало и тарахтело что-то вроде завода, сколоченного из хлама. Из его труб в небо поднимались столбы странного дыма впечатляющих объемов. Моей собственной мыслью было, что это все же местный веселящий газ, но я тут же узнала, что это одно из приспособлений, поддерживающих атмосферу пригодной для жизни. Такое важное, оно выглядело донельзя нелепо и беззащитно. На нормальной планете вокруг поставили бы ограждение, не говоря об охране и прочем. Здесь же почти впритык к стенам проезжал наземный транспорт, и любой при желании водителя или из-за несчастного случая, мог врезаться прямиком в тонкую стену и навредить оборудованию.

Действительно ли вокруг одни психи и разыскиваемые по всей галактике маньяки?

Пока что те, кого я видела, больше напоминали оживших персонажей древних мифов или чьих-то кошмаров.

Марк не без удовольствия разглядывал уродство, переходящее в красоту и красоту, переходящую в уродство, не забывая следить за моим состоянием. А меня мотало туда-сюда, в зависимости от того, кто оказывался рядом.

От мужчины, чье тело испещряли круглые отверстия, меня в буквальном смысле затошнило. Отверстия сокращались и вновь открывались, с их краев стекала мутная слизь. Я так и не узнала, механика это, паразиты или симбиот. Дурнота быстро прошла, но тело ещё несколько минут чесалось от пережитых ощущений.

Благо, мы свернули в относительно немноголюдный квартал.

Для чего Марк привел меня сюда? Хочет, чтобы я тут чему-то научилась? Или искал кого-то из тех, чьи имена я назвала? Но он не мог выяснить чье-то местонахождение за тот короткий срок, который занял наш путь к Тау Сианерт. Нет, Заррон-младший изначально направлялся именно сюда.

— Слава, смотри, какие интересные девчонки, — вдруг шепнул он мне на ухо. — Хочешь, сделаем тебе такие ручки или ножки? Как по мне, смотрится стильно. И, как ты однажды удачно выразилась, для похорон остатков моей репутации, рабыня с Тау Сианерт — лучше не придумаешь.

Язвительный ответ замер на губах так и не прозвучав, а через секунду я начисто забыла, какие вообще слова собиралась сказать.

Калейдоскоп чужих мыслей, полных соображения о тонах и отблесках, освещении и ракурсе, захватил внимание без остатка. Здесь художники словно объединялись со своими картинами в одно целое, а павильон со стеклянной крышей, накрывавший квартал целиком, дополнял и продолжал их, бросая на улицу столбы света, в которых купались прохожие.

По стенам и тротуару за людьми здесь следовали цветные тени и солнечные зайчики, а траектории движений на улице определялись тем, хотел ли человек создать композицию или наслаждаться игрой света в одиночестве. Едва уловимые жесты прохожих складывались в сложную систему, разработанную специально для того, чтобы избежать длинных и громоздких словесных объяснений. К слову сказать, улица, которую я сейчас видела, отличалась невероятной чистотой.

Такой мне предстала одна из общин Тау Сианерт. Прекрасная и не нашедшая понимания где-то в другом месте галактики.

Неужели руки или ноги из стекла воспринимаются так плохо? Есть ведь много механических протезов, не прикрытых искусственно выращенной кожей. Взять хотя бы громадный глаз Кирилла. В чем разница?..

— Так что, Слава, идем дальше?

В ответ я, молча, потащила Марка вглубь квартала.

Фиолетовые, черные, синие, белые, розовые и остальные цвета. Материал отличался не только по цвету, но и по прозрачности. Сквозь некоторые тела легко виднелась улица, а кто-то предпочитал выставлять напоказ внутренние органы или их заменители. Встречались вкрапления блесток, внутренняя подсветка огоньками.

У некоторых кожа чередовалась с местным «стеклом», нарезанным ломтиками-полосками, спиралями, узорами, шедшими насквозь через все тело.